Случайная мама для сына магната - Анастасия Владимировна Иванова

В кабинете Лев усаживает меня в своё кресло, открывает ноут. Хмурюсь, не до конца понимая, что он хочет, пока не замечаю тему письма. Сердце начинает бешено биться.

— Пришли результаты? Что там?

— Я ещё не смотрел. Подумал, будет правильнее, если посмотрим вместе. Но перед этим у меня есть для тебя маленький подарок.

Не обращаю внимание на его слова. Подарок? Зачем он мне, если самое важное вот здесь — передо мной. Один щелчок мышки — и моя жизнь перестанет быть прежней. Не знаю, откуда такая уверенность, но я не сомневаюсь, что результат будет положительным.

— Свет, каким бы ни был результат, это ничего не поменяет. Ты его единственная и официальная мать.

Передо мной ложатся документы: свидетельство о рождении и паспорт. От догадки, что увижу, руки начинают дрожать. Но я всё равно сначала открываю паспорт.

Макарова Светлана Витальевна.

— Листай дальше.

Послушно листаю. Новая прописка, но я не останавливаюсь на этой странице. Переворачиваю лист за листом, пока не останавливаюсь на семнадцатой странице.

Тук-тук-тук.

Сердце отбивает бешеный ритм, а перед глазами скачут буквы.

Макаров Макар Львович.

Провожу пальцем по чернилам. Словно хочу убедиться в их реальности. И снова перечитываю, а потом резко тянусь к свидетельству о рождении и вчитываюсь в собственное имя в строке «мать». Поднимаю непонимающий взгляд на мужа.

— Неважно, что будет в том письме, Свет, для нас с Макаром ты давно стала его настоящей матерью.

Лев опускает ладони на мои плечи, слегка сжимает, согревая. Ласково целует за ушком.

— А теперь открывай письмо, малышка. Я здесь. С тобой.

Пальцы не слушаются: слишком сильная дрожь от волнения охватила меня. Но я всё же справляюсь с собой и щёлкаю по кнопке «Открыть». Читаю письмо, но буквы не складываются в слова, пока не дохожу до нужной строчки.

Вероятность родства: 99,9 %.

— Лев, — едва шевелю губами я.

Но больше ничего сказать не получается.

Мужские пальцы лишь сильнее сжимают мои плечи. Перечитываю письмо снова и снова. Ищу ошибку, опечатку, хоть что-нибудь, но ничего! Громкий всхлип вырывается из меня. Потом ещё один и ещё.

Поворачиваюсь и смотрю в окаменевшее лицо мужа. Сейчас Лев похож на мраморную скульптуру. Такую же красивую и холодную. Даже загорелое лицо теперь выглядит бледным.

— Лев, как такое возможно? Я же была…

— Не знаю, Свет.

Слова ему даются тяжело, словно каждое царапает изнутри, причиняя невыносимую боль.

— Но я выясню, слышишь?

Активно киваю. Верю. Он всё узнает.

Снова вчитываюсь в текст письма.

У меня есть сын.

И я так много пропустила в его жизни. Первая улыбка, первый зубик, первое слово, первый шажочек. А что, если бы он не налетел на меня тогда в торговом комплексе. Я могла никогда не узнать о нём или Льве.

Нет, нет, нет. Не стоит думать об этом, но поздно. Первая слеза обжигает кожу щеки. Следом срывается ещё одна.

— Котёнок, тише.

Лев подхватывает меня на руки, несёт к дивану, усаживается сам и устраивает меня на коленях, крепко сжимая в объятиях.

— Не думай об этом, ты с нами, слышишь? Сейчас ты с нами, и это главное.

Киваю. Он прав, зачем думать о том, что не изменить, но как же больно это осознавать.

Муж губами собирает мои слёзы, успокаивающе гладит по спине и что-то беспрерывно шепчет. Только все слова проходят мимо меня: я оглушена нахлынувшими эмоциями. И даже трель моего телефона проходит мимо меня.

— Да, Дарья Дмитриевна?

Имя матери возвращает меня в реальность. Мама редко сама мне звонит. Знает, что вечером я ей позвоню.

— Что-то случилось? Что-то с Ингой?

Лев мотает головой.

— Дарья Дмитриевна, я сейчас переключу на громкую связь.

— Привет, мам.

— Доченька, что с голосом? Ты плакала? Успела посмотреть интервью? Не обращай внимания, не стоит он ни единой твоей слезинки!

— Какое интервью?

— Ты не знала? Тогда что случилось, Светочка?

— Мам, какое интервью?

Мама тяжело вздыхает.

— Ма-а-ам.

— Виталя дал интервью одной скандальной блогерше. Наговорил всякой ерунды, что муж тебя не содержит и Виталику бедному, приходится тебе помогать финансово. Ну и заявил, что Макар не твой сын.

— Он мой, мам. Не знаю, как так получилось, но Макар мой.

Лев словно чувствует, как меня снова начинает накрывать, крепче прижимает к себе. Спустя долгую минуту мама тихо выдыхает:

— Что ты имеешь в виду, Света?

— Дарья Дмитриевна, мы к вам вечером приедем и всё расскажем, хорошо?

— Да, да, конечно. Незачем на такие темы по телефону говорить. А насчёт интервью…

— Его уже удалили, — отрезает Лев, не давая маме договорить.

— Хорошо. Очень хорошо. Тогда я вас вечером жду. С внуком.

Лев прикасается губами к моему виску, то ли целует, то ли втягивает мой аромат. Он не спешит отстраняться, чувствую его тяжёлое дыхание. И нашу боль от неправильности ситуации — одну на двоих.

Не знаю, сколько проходит времени. Да и неважно. Но я успокаиваюсь, уже не так больно дышать: грудь изнутри не раздирает на мелкие куски.

— Котёнок.

Всегда уверенный и холодный голос Льва сейчас звучит надсадно.

— Побудь с сыном, пожалуйста, мне нужно сделать несколько звонков.

И словно в подтверждение его слов телефон Льва оповещает о входящем звонке. Целую мужа в щёку и, пока он приветствует друга, слезаю с его колен.

— Денис, ты узнал что-нибудь о «Здоровье»?

Застываю у самой двери, так и продолжая сжимать дверную ручку. В голове нахлынивают воспоминания. Меня направили в эту частную клинику от моей консультации.

— Вам ничего не придётся платить, — заверяет врач, — но там прекрасные специалисты, лучшее оборудование в городе. Если вы хотите иметь детей в будущем, не теряйте время и сразу направляйтесь туда.

Я согласилась. А дальше понеслось: постоянные обследования, медикаментозное лечение. И здесь нам тоже сказали: повезло. Все нужные препараты выдавали за счёт клиники. Объяснили, что у них какой-то договор с фармацевтической компанией. Говорили складно, да и подтверждающие бумаги нам с мамой предоставляли. Только не помогло: анализы оставались плохими. И в нужный день меня пригласили для лазерного удаления новообразования.

— Света? — Муж сжимает моё плечо.

Но я не реагирую, жмурюсь лишь сильнее, вспоминая, как сильно тогда была напугана. Лев, грубо выругавшись, обращается к собеседнику на том конце телефона:

— Денис, перезвоню.

Теперь он двумя руками хватает меня за плечи, разворачивает к себе лицом.

— Что случилось, малышка?

Чуть встряхивает, приводя в чувство.

— Я там лечение проходила.

Лев хмурится, снова не сдерживается от крепкого ругательства.

— Денис поднял архив клиники: ты никогда не была их клиенткой.

Не сразу понимаю, что Лев