Один на рассвете - Ден Шиллинг

снова взвалили на плечи свое снаряжение и двинулись в путь под прикрытием густого тумана, надеясь добраться до своего наблюдательного пункта. Ночной марш оказался сложнее первого — рельеф местности оказался экстремальным, горную тропу загромождали отвесные обрывы и расщелины. За шесть часов движения им удалось пройти всего три километра.

*****

Когда у группы «Мако-31» начался второй день, боевой диспетчер Джим Хоталинг вместе с шестью солдатами австралийской САС сидел, замерзая, в кормовой части другого Ми-17, управляемого ЦРУ, в обнимку со своим снаряжением. Он смотрел, как в афганских сумерках проплывают долины и вершины, и думал о боевой задаче, которую он получил от майора Терри Маки, командира 22-й эскадрильи специальной тактики ВВС, в Кандагаре за три дня до этого, без всякого уведомления и фанфар. У него было всего двадцать минут на подготовку, прежде чем его перебросили в Баграм, где он и встретился со своей группой и ее командиром Мэттом Б.

Хоталинг был тридцатитрехлетним боевым диспетчером-резервистом. Несколько лет он прослужил на действительной службе, а затем был переведен в запас по программе индивидуального мобилизационного резерва (IMA)[52], которая давала возможность бывшим военнослужащим, не желающим служить в Национальной гвардии ВВС, по-прежнему оставаться в строю. Эта программа позволила ему пройти переподготовку в 22-й эскадрилье специальной тактики ВВС на авиабазе Маккорд в штате Вашингтон, где он работал патрульным полицейским в дорожной полиции. При росте 5 футов 11 дюймов, это был человек плотного телесложения, коренастый, с коротко подстриженными грубыми каштановыми волосами и веселыми чертами лица, за что и получил свое прозвище «медведь Фоззи». Когда началась война, его мобилизовали, а в октябре отправили в Афганистан.

По прибытию на место он вместе с еще одним диспетчером по имени Джон Уайли были сразу же приданы подразделению САС, и в течение трех последующих месяцев «гонялись за операциями» — термин, описывающий переход из подразделения в подразделение и переброску из операции в операцию. Это была лучшая возможность поучаствовать в боевых действиях и авиаударах, и он успел поработать с 1-м эскадроном австралийской САС, с норвежским спецназом Marinejegerkommandoen (MJK), немецкой группой спецназа Kommando Spezialkräfte (KSK), а также с отрядами «B» и «C» 3-й команды «морских котиков». Такая способность свободно перемещаться между подразделениями, службами и союзными силами, иногда раз в неделю или даже на протяжении одного дня, уникальна для боевого диспетчера, что еще раз доказывает необходимость быть компетентным и опытным во всем спектре навыков, необходимых для проведения любых специальных операций в глобальном масштабе. Хоталинг работал вместе с австралийцами в восьми предыдущих боевых выходах, включая одно воздушное патрулирование.

Специальная Авиадесантная Служба пыталась найти свое место в операции «Анаконда» и успешно пролоббировали возможность взять на себя часть задач. За свои усилия они были вознаграждены двумя патрулями, которым было поручено блокировать южную часть долины Шахикот, чтобы предотвратить отход противника. Австралийцы, осознавая свою неопытность в работе с американской авиацией и авиаударами в целом, сразу же запросили двух знакомых им боевых диспетчеров.

Предбоевое планирование стало для обоих диспетчеров, ни один из которых ранее не работал с назначенными им разведгруппами США или САС, сплошным вихрем координации и сборов. Внезапные назначения в незнакомые подразделения не были чем-то новым, но оба знали, что в данной конкретной ситуации ставки были очень высоки. Не только в САС высоко ценили их участие, каждый диспетчер нес на себе груз ответственности не только за ВВС, но и за всю страну[53].

Австралийцы, как правило, берут больше снаряжения, чем их американские коллеги, поэтому весь груз Хоталинга завесил на 110 фунтов (50 кг). В отличие от Джея Хилла из «Дельты» (который не желал нагружать бойцов своей группы), австралийцы следили за тем, чтобы вес у каждого человека в разведгруппе на боевом выходе отличался между собой не более, чем на два фунта, поэтому Хоталинг добавил тридцать фунтов «боевой нагрузки», включая разгрузочный жилет с боеприпасами, средства первой помощи, воду, сигнальные устройства, винтовку M4 с глушителем и прицелом ACOG, а также очки ночного видения.

Часовой перелет из Баграма прошел без происшествий, но люди, сидевшие сзади, были на взводе — как и «морские котики», САСовцы не имели опыта ведения разведки в горах к востоку от Гардеза. Вертолет приземлился в темноте в пяти километрах к югу от долины Шахикот, и бойцы с трудом сошли с рампы под тяжестью своих рюкзаков. Ночью они вышли прямо к намеченному наблюдательному посту, господствовавшему над маршрутами, ведущие в долину. В отличие от групп АФО Блейбера, австралийцы, как и остальные военнослужащие американских и союзных сил, не возражали против использования вертолетов для высадки, в данном случае прямо на место расположения НП. Это также было причиной того, что разведгруппа стремилась взять с собой больше снаряжения, — спецназовцы не собирались перемещаться или пополнять запасы, о чем вскоре пожалели.

*****

Находившиеся в полусотне километров к северу, Энди и «морские котики» с нетерпением ждали прибытия в назначенное место и помнили о своем обещании, данном Блейберу. Они выдвинулись в 14:30, все еще находясь почти в двух километрах от места своего НП, и местность между ними и их целью оказалася более сложной, чем накануне вечером. Прошедшая ночь полностью истощила разведчиков, которые смогли преодолеть лишь 1100 метров вверх по горному склону, закончив путь на высоте почти 11 тысяч футов (3353 метра) над уровнем моря и в 600 метрах от запланированного места НП. По мере продвижения пот градом стекал по их телам, пропитывая униформу под непосильным грузом. Любая остановка на холодном горном воздухе, даже на несколько мгновений, заставляла их мерзнуть; избежать этого было практически невозможно, поэтому, хотя ноги болели при каждом тяжелом шаге, а легкие горели огнем от каждого вдоха, лучше было продолжать двигаться, чем останавливаться.

Заняв укрытие, спецназовцы выставили охранение, переводя дыхание и разминая затекшие плечи и спины. Времени на то, чтобы оборудовать индивидуальные позиции, было крайне мало: близилась полночь, а время «Ч» — время, когда подразделения 10-я горной и 101-я десантно-штурмовой дивизий должны были высадиться в долине, — было назначено на 06:30 следующего дня. Если бы им нужно было добираться до долины до рассвета, они никогда не попали бы туда всей группой, обремененные рюкзаками и всем снаряжением. Не имея особого выбора, Гуди выслал вперед двух снайперов «морских котиков», Криса и Эрика, чтобы доразведать место их наблюдательного пункта, пока Энди будет устанавливать связь со штабом АФО.

Освободившись от рюкзаков, двое «котиков» незаметно начали пробираться вперед сквозь снежный шквал, на ходу осматривая окрестности на наличие боевиков «Аль-Каиды».