Православные подвижницы XX столетия - Светлана Владимировна Девятова

со свечами, которые сделали матушки-сестры. После литургии отец Иоанн благословил мне ехать на машине с иеромонахом М. в Пюхтицы. По дороге, разговаривая с шофером, иеромонах сказал, что он вскоре уезжает на святой Афон, а поэтому решил повидаться с отцами перед отъездом, а в Пюхтицы едет лишь потому, что он там еще ни разу не был. «Теперь, слава Богу, — продолжал он, — есть такая возможность поехать на Афон. Для этого надо подать прошение на имя патриарха и ждать разрешения от греческих властей». Когда я все это услышал, то весьма обрадовался и сказал сам себе: тогда и я поеду на Афон. И вот в машине, по молитвам старицы, определился мой дальнейший путь. Вскоре я подал прошение, а в мае 1978 года, накануне памяти св. Николая мы, пять монахов, вступили на св. Афон и поселились в русской обители св. Пантелеймона».

Блаженная старица советовала всем как можно чаще, достойно подготовившись, приступать к Святым Тайнам. Не любила, когда священники ходили в мирской одежде.

К блаженной старице приезжали архимандрит Кирилл (Павлов) вместе с ключарем Троицкого собора архимандритом Николаем (Самвоновым) († 1990 г.). Получив исцеление от болезней, по молитвам старицы, приезжали поблагодарить молитвенницу.

В 1970 году блаженная тяжело заболела, долгая изнуряющая болезнь подкосила подвижницу. Она лежала без движения, часто теряла сознание. Старица выздоровела. Спустя несколько лет, в ноябре 1975 года, неожиданно для всех скончалась. Проводить подвижницу в последний путь собрались многие люди. Ее похоронили на Новосельском кладбище.

Старица Евдокия Токаревская

Краткое воспоминание о блаженной старице Евдокии Токаревской мы нашли в книге игумена Романа (Загребнева), ниже приводим эти воспоминания с небольшими сокращениями.

«Случилось так, что одна блаженная старица по имени Евдокия, жившая в селе Токарево Рязанской области, прислала письмо моей духовной дочери монахине Варваре, в котором просила меня приехать и пособоровать ее. С этим письмом я пошел к отцу Алипию.

— Отец наместник, — говорю, — вот блаженная Евдокия просит меня приехать пособоровать ее. Как вы благословите?

А он ответил:

— Бери требник и кати́. Бог благословит!

По благословению все получилось удачно, и в один из ближайших вечеров мы уже предстали пред блаженной матушкой Евдокией.

— Ну что ж, хорошо, что приехали, — сказала та, — я сегодня приготовлюсь, а завтра, часикам к девяти, милости просим, уж соизвольте прийти и исполнить таинство елеосвящения. Но к случаю, батюшка, осведомляю тебя, что собороваться-то буду не одна, а будет еще много людей, потому что случай-то хороший, и все этому рады.

— Да ведь мне-то, — объяснил я, — все равно читать чинопоследование, положенное по требнику, а уж сколько будет помазываться, думаю, проблем не будет.

В назначенное время мы были на месте. Народу собралось человек двадцать… Приготовясь к молитвословию, я, как обычно, начал читать и петь чинопоследование… У одной женщины появился внутренний ропот на меня и на затянувшееся, по ее мнению, свершение таинства. Я бы, конечно, никогда и не узнал об этом, если бы матушка Евдокия всенародно не обнаружила сего.

Лишь только нетерпеливая женщина окончила свой внутренний монолог, полный негодования, в мой адрес, как блаженная во всеуслышание раскрыла ее тайные мысли… Когда матушка огласила вслух весь ее внутренний ропот, все насторожились. Недоумевали, почему блаженная произнесла такие слова, да притом в адрес батюшки? Но недаром русская пословица говорит: на воре шапка горит. Заговорила совесть и у этой женщины. Покраснев лицом и, видно, испытывая жуткий стыд, она попросила:

— Да молчи ты, дорогая матушка, пусть батюшка читает, я уже согласилась до конца стоять!

По окончании соборования, когда все разошлись, матушка пригласила за стол покушать и, между прочим, сказала:

— Батюшка, никогда ничего не пропускай из требника, ведь для кого же написано, как не для священнослужителя, чтобы этими словами молиться Жизнодавцу? И для чего написаны эти молитвы, именно Духом

Святым, чтобы совершить любое таинство для пользы и во спасение? Не пропускай из чинопоследования ничего, ибо молимся святыми молитвами духоносных отцов Живому, Вечному Богу и Творцу нашему. Если будем искажать и пропускать, не услышит Господь. Еще раз говорю, не человеку молимся, но Богу, слышишь, батюшка?

— Дорогая матушка, я стараюсь и впредь буду делать, как вы сказали, ибо другого намерения у меня нет, ведь я монах. Отдав себя Богу, как живую жертву, как же можно иначе? Спаси вас Господи за святые советы.

— Что бы ты хотел от Бога, я могу помолиться, и Он даст тебе! — сказала матушка. — Ибо я, как видишь, калека, на руках у меня нет по два пальчика, но когда молюсь я, грешная, Он слышит меня, убогую! И всегда верую по слову Самого Господа: «Просите, и дастся вам!» И так бывает.

Такая радостная встреча с человеком горячей и дерзновенной веры меня умилила до слез.

— Ничего не хочу в этом мире: ни славы, ни почестей, — сказал я, — если можно, попроси у Господа о моем вечном спасении, чего я, дорогая матушка, всеусердно желаю!

— Ну, этого я буду просить у Господа! Вот за то святое желание я помолюсь!

Какие есть у Господа на земле люди! Они, поистине, дерзновенны в своих молитвах! Действенность молитв обнаруживает внутреннюю красоту сих богомольцев. Вот что рассказал мне брат Николай, впоследствии бывший иеродиаконом Псково-Печерской обители… Они жили почти рядом с матушкой и часто приходили к ней оказать необходимую по хозяйству помощь: поколоть дров, принести воды, сходить в магазин или что-то другое. «Как-то прибежал я к матушке, — рассказывает Николай, — рано утром и, чтобы не нарушить ее покоя, осторожно открыл дверь. Она сидела на стуле посреди своей комнатки перед образами, плача и приговаривая: «Господи, вот какая я калека, не могу Тебе затеплить лампаду, а ведь так охота, чтобы она горела пред образом Твоим!» Я же, застыв как мертвый, продолжал стоять на пороге. И что же вы думаете? Лампада сама по себе зажглась. Я от радости заплакал и ушел назад домой, чтобы не смущать молитвенницу. Сам же с изумлением думал о том, какое же дерзновение имеют люди пред Богом? Какая сила молитвы этой матушки? Господи, слава Тебе, что есть у Тебя на земле такие сокровенные люди, ради которых мы, грешные, живем, часто без страха и рассуждения!» На этом Николай закончил свой рассказ!»

Псковские старицы

«Милостыней купи себе помилование от Бога, смирением — вечную славу, чистотою и целомудрием — венец, кротостью — в рай вхождение, молитвой — с ангелами житие. Купи себе трудом