Смерть Мао Цзэдуна - Юрий Михайлович Галенович

Вместе с тем эти старые руководители принимали во внимание и стремились использовать в своих политических целях недовольство населения, в том числе и членов партии, целым рядом последствий политики времен «культурной революции». Широкие слои населения были недовольны массовыми репрессиями, тем, что именовалось «внутренней» или гражданской войной в стране, разрушением хозяйства, падением жизненного уровня. К этому можно добавить и стремление выдвиженцев «культурной революции» не только захватывать власть в партийных и административных органах, но и осуществить передел сфер влияния группировок военачальников.

Е Цзяньин и другие ясно видели, что Цзян Цин и ее сторонники создают по всей стране сеть своих опорных пунктов, замышляют взять власть и в партии и в государстве, окончательно устранив прежних или старых руководителей.

С точки зрения Е Цзяньина и других старых руководителей, события 5 апреля 1976 г. свидетельствовали о том, что массы населения не довольны результатами политики, проводившейся Мао Цзэдуном и его «штабом» во время «культурной революции».

Таким образом, выступление против Цзян Цин и ее сторонников было, с точки зрения Е Цзяньина, неизбежным и необходимым. Оно позволяло старым руководителям сохранить власть в своих руках, сохранить имя Мао Цзэдуна в качестве своего прикрытия и обоснования легитимности своей власти и в то же время свалить все недостатки политики Мао Цзэдуна или политики, проводившейся при его жизни, на Цзян Цин и ее сторонников.

Е Цзяньин, очевидно, также понимал, что сам ход событий поставил его на такое место в руководстве партией и государством, где он должен был принять решения, взять на себя роль лидера. Теперь, когда не было ни Мао Цзэдуна, ни Чжоу Эньлая, ни Чжу Дэ, ни Лю Шаоци, а Чэнь Юнь, как обычно, оказывался где-то в тени, и при этом Дэн Сяопин формально был отстранен от всех постов в партии и вне ее решением политбюро ЦК КПК, принятым 7 апреля 1976 г. и одобренным тогда же Мао Цзэдуном, Е Цзяньин имел возможность и должен был сыграть роль главного действующего лица, руководить действиями, направленными на отстранение Цзян Цин и ее сторонников от власти. Это была трудная миссия, но Е Цзяньин оказался готов к ее выполнению. На этом этапе позиции Е Цзяньина и Дэн Сяопина совпали, и они нуждались друг в друге. Уже упоминалось, что в данном случае многое определялось тем, что Дэн Сяопин выступал как представитель маршалов Лю Бочэна — Сюй Сянцяня.

Не менее важно, что Е Цзяньин мог пользоваться поддержкой армии, во всяком случае, большей ее части, ибо все существовавшие к тому времени группировки военачальников были настроены в пользу возвращения старых руководителей и устранения выдвиженцев «культурной революции», потому что только в этом случае старые военачальники, «старые маршалы», и сохраняли свое положение и власть.

Итак, с одной стороны, после смерти Мао Цзэдуна произошло острое столкновение Цзян Цин и Е Цзяньина на заседании политбюро ЦК КПК, в результате чего Е Цзяньину стало очевидно, что он должен действовать немедленно, должен опередить выдвиженцев в борьбе за высшую власть в партии.

В то же время, с другой стороны, сами выдвиженцы «культурной революции» очень хорошо понимали, что и для них промедление смерти подобно.

После окончания заседания, как и обычно, состоялся обмен мнениями между Цзян Цин, Чжан Чуньцяо, Ван Хунвэнем и Яо Вэньюанем. Он был кратким, занял полчаса.

Затем Цзян Цин вернулась к себе, в резиденцию на территории Чжуннаньхая.

Она позвонила Мао Юаньсиню и вызвала его к себе.

Мао Юаньсинь — племянник Мао Цзэдуна. В последние несколько лет своей жизни Мао Цзэдун, вызвав Мао Юаньсиня из Северо-Восточного Китая к себе в Пекин и сделав его «своим голосом», стал через него общаться с членами руководства партии.

Мао Юаньсинь понимал, что дни Мао Цзэдуна сочтены, и стал ориентироваться на Цзян Цин. Он даже называл ее «мамой».

Цзян Цин, вызвав Мао Юаньсиня, дала ему задание: пойти к секретарю Мао Цзэдуна, с которым договорилась о том, что он передаст ей через Мао Юаньсиня стенограммы бесед Мао Цзэдуна и черновые записи его высказываний в последнее время.

Тем временем Яо Вэньюань, отвечавший за пропаганду и агитацию, которым Цзян Цин и другие придавали громадное значение, а потому все рычаги в этой области держали под своим контролем, готовил текст официального сообщения о смерти Мао Цзэдуна, которое должно было быть опубликовано в 3 часа дня 9 сентября 1976 г. Перед Яо Вэньюанем стояла сложная задача — Цзян Цин считала необходимым не допустить того, чтобы пропагандистская работа ограничивалась только темой скорби. Это означало указание внимательно следить за обстановкой, исходя из соответствующего понимания состояния «классовой борьбы» в стране.

Чжан Чуньцяо являлся, по сути, тем лицом, на основании мнения которого все четверо и принимали решения. После смерти Чжоу Эньлая, по логике вещей, Чжан Чуньцяо, будучи фактически первым заместителем главы правительства, должен был стать премьером Госсовета КНР. Однако Мао Цзэдун поставил на этот пост Хуа Гофэна. Теперь, после смерти Мао Цзэдуна, Чжан Чуньцяо стремился использовать вновь представившуюся ему возможность и занять пост главы правительства КНР.

Ван Хунвэнь много сделал для того, чтобы ориентировать своих сторонников в партийном аппарате по всей стране на подготовку к серьезным событиям, которые произойдут после смерти Мао Цзэдуна.

Ван Хунвэнь, маскируясь, от имени управления делами или канцелярии ЦК КПК, передал в провинции, на места указания немедленно докладывать о проблемах, а в том случае, если решить проблемы не удается, запрашивать указания из центра.

Сторонникам Цзян Цин эти указания сигналили о неких действиях, а у старых руководителей вызвали подозрения в адрес Цзян Цин и ее приверженцев, которые таким образом пытались выступать от имени ЦК КПК.

Е Цзяньин всегда работал до глубокой ночи, а утром вставал не ранее 10 часов. На другой же день после смерти Мао Цзэдуна он проснулся в 8 часов утра и больше не мог заснуть. Он встал, прошел в кабинет и сел за письменный стол. Обычно перед принятием важных решений он должен был молча и спокойно посидеть и поразмышлять. Затем его мысли выливались в кратко записанные решения. В эти часы никто: ни секретарь, ни медсестры — не должен были его беспокоить.

Е Цзяньин понимал, что ему предстоит решить задачу, которая по сложности превосходила иные сражения на войне.

Он знал, что его противник — целое «царство» или «княжество».

Говоря военным языком, Е Цзяньину предстояло решить, как использовать имевшиеся в его распоряжении силы, какие отдать приказы, как преодолеть сопротивление противника