Смерть Мао Цзэдуна - Юрий Михайлович Галенович

Генералы Су Юй и Сун Шилунь, которые держали в своих руках вооруженные силы в районе Пекина, пришли к Е Цзяньину и спросили: «Старый маршал, как идет подготовка? Когда будем действовать?»

Е Цзяньин ответил: «Тут нужно будет еще уловить удобный случай; нужно воспользоваться самым благоприятным стечением обстоятельств, самым благоприятным моментом для атаки».

Су Юй и Сун Шилунь жили неподалеку от Е Цзяньина, и почти каждый день прогуливаясь по вечерам, они заходили к нему. Оба с давних времен служили под его началом. В 1958 г. Е Цзяньин основал Академию военных наук, стал ее начальником и политкомиссаром. Су Юй и Сун Шилунь были у него заместителями. Оба были боевыми генералами. Части, которыми они в свое время командовали, были расквартированы в Северном Китае, в районе Пекина; командиры этих частей были их подчиненными или учениками.

Сун Шилунь в разговоре с Е Цзяньином сказал: «Старый маршал, докладываю тебе, что мы приготовили даже соломенные сандалии на тот случай, если, паче чаяния, дело обернется не так, как мы предполагаем. И тогда нам останется только уйти в горы и партизанить. Хорошо еще, что в этих местах мне хорошо знаком рельеф местности».

Су Юй, понизив голос, добавил: «А если придется, то тогда тебя мы понесем на носилках».

Е Цзяньин с уверенностью произнес: «Вы далеко глядите. Действительно, надо иметь в виду и самое худшее. Однако мы должны приложить максимальные усилия и хорошо сделать наше дело. Я верю, что мы сумеем победить их!»

Ван Хунвэнь вызвал из Шанхая в Пекин одного из своих доверенных лиц — Сюй Цзинсяня — для доклада ему и Чжан Чуньцяо о том, как идет подготовка народного ополчения, и для обсуждения плана действий.

«Четверка» считала народное ополчение своего рода «вторыми вооруженными силами» или параллельными вооруженными силами.

Еще в 1967 г. Чжан Чуньцяо, который являлся тогда главной опорой «штаба» Мао Цзэдуна по руководству «культурной революцией» и захвату власти у прежнего парткома города в Шанхае, приказал при только что образованном новом органе власти — шанхайском революционном комитете — создать штаб по руководству силами, действующими под лозунгом, выброшенным Цзян Цин: «Нападать словом, защищаться с оружием в руках». Тогда Чжан Чуньцяо дал установку: «Защищать революцию, осуществляемую людьми с перьями в руках, в опоре на винтовки». В этих целях Чжан Чуньцяо и создал свои собственные вооруженные силы.

В следующем, 1968-м году, Ван Хунвэнь прямо заявлял: «Сумеем ли мы наладить строительство этих наших сил, это как раз и есть вопрос о власти».

На протяжении нескольких следующих лет они расширяли эту вооруженную организацию, выделяли средства, наладили производство вооружения, создавали материальную базу.

В сентябре 1975 г. Ван Хунвэнь побывал в Шанхае и сказал своим единомышленникам: «Меня беспокоит то, что армия не находится в наших руках. Поэтому необходимо создавать штаб по руководству народными ополченцами, слить его с отделом вооружения шанхайского горкома партии. И это не формальный вопрос, а проблема стратегического значения. Шанхайское ополчение создали мы с Чжан Чуньцяо, а вы должны у меня это дело наладить. В настоящее время вы должны быть морально готовы. Когда они вознамерятся нанести удар, тогда это и будет испытанием и покажет, способны ли мы выдержать их удар».

В августе 1976 г., когда Мао Цзэдун был при смерти, выдвиженцы «культурной революции» полагали, что приближается время борьбы за власть. При этом свою роль должны были сыграть и «вторые вооруженные силы».

Тогда в Шанхай приехал один из военачальников, который сначала поддерживал Линь Бяо, а затем стал ориентироваться на Цзян Цин. Этот генерал Дин провел в Шанхае совещание с руководителями города Ма Тяньшуем, Сюй Цзинсянем, Ван Сючжэнь. Генерал сказал им: «Если, паче чаяния, в Шанхае что-нибудь случится, то я окажу содействие. Меня более всего беспокоит 60-я армия, которая расквартирована в окрестностях Шанхая. Эта армия моим приказам не подчиняется. Вы должны быть готовы на этот случай».

Руководители Шанхая спросили: «Нельзя ли передислоцировать эту армию, отвести ее от Шанхая?»

Генерал Дин ответил: «Это невозможно. Даже для того, чтобы изменить место расквартирования одной роты, и то требуется санкция военного совета ЦК КПК, что уж тут говорить о целой армии! Кроме того, если в такой момент, как сейчас, затеять переброску войск, это произведет обратный эффект и вызовет у них подозрения».

«Что же делать?» — Сюй Цзинсянь и Ван Сючжэнь посмотрели на Ма Тяньшуя.

Ма Тяньшуй сказал: «Надо поторопиться и усилить вооружение всего городского народного ополчения, немедленно открыть арсеналы, выдать ополченцам дополнительно оружие и боеприпасы. Нужно быть готовыми действовать в любой момент!»

Штаб ополчения начал стремительно действовать: начиная с 15 августа они выдали ополченцам более 74 тысяч единиц различного стрелкового оружия, более 300 орудий, более 100 миллионов патронов.

Ван Хунвэнь и Чжан Чуньцяо ежедневно поддерживали связь с Шанхаем. Но этого им казалось недостаточно. Поэтому 21 сентября они и вызвали в Пекин Сюй Цзинсяня.

Сюй Цзинсянь доложил о подготовке ополчения.

Чжан Чуньцяо подчеркнул, что следует готовиться не к схватке, а к войне по-настоящему, создавая необходимые запасы продовольствия и прочего; развитие обстановки в этом смысле не зависит от воли людей; на шанхайском ополчении лежит большая ответственность, если иметь в виду возможные направления развития классовой борьбы.

23 сентября Ван Хунвэнь позвонил в Шанхай Ван Сючжэнь и сказал: «Необходимо повышать бдительность; борьба никоим образом не закончилась; буржуазия внутри партии ни в коем случае не смирится».

28 сентября Чжан Чуньцяо направил в Шанхай своего секретаря Сяо Му со следующими указаниями постоянному комитету шанхайского горкома КПК:

«Необходимо постоянно изучать ситуацию в области классовой борьбы; с одной стороны, следует повышать бдительность, с другой стороны, следует повышать уверенность в своих силах.

Конечно же, необходимо видеть сложные изломы и повороты; видеть то, что у буржуазии все еще имеются силы; весь вопрос ныне в том, кому удастся взять верх.

Шанхаю еще не приходилось по-настоящему проходить через серьезные испытания; вот Линь Бяо пытался подчинить себе Шанхай, но никто не оказывался для Шанхая авторитетом».

Сторонники Чжан Чуньцяо понимали, что хотя Чжан Чуньцяо и выражался иносказательно и туманно, но суть его указаний сводилась к тому, что кое-кто пытается поставить Шанхай под свой контроль, а потому в Шанхае следует быть готовыми воевать. Чжан Чуньцяо ориентировал своих сторонников в Шанхае на мобилизацию их сил и на подготовку к выступлению.

Цзян Цин стремилась к тому, чтобы стать «императрицей», занять высший пост в КПК. При этом она видела самого опасного врага в Е Цзяньине. Формально Е