Гнев бумажного Императора. Часть 1 - Дмитрий Ласточкин

Он оглянулся на подручных, а у тех тоже стояли, как корабельные мачты. Это было хорошо видно, потому что они изо всех сил сжимали ягодицы, помогая себе руками.

— Простите, но на такое я не согласна! — гневно заявил я. — Линь Ань, я думала, ты хочешь двойной культивации! На четверную я никогда не соглашусь! Пошляк! Извращенец! Чудовище!

— Но я…

Хрясь! Я с удовольствием залепил ему пощёчину, развернулся и пошел к лестнице, всей спиной показывая, как я в нём разочарован. Только жутким усилием воли мне удавалось сдерживаться, чтоб не ржать как лошадь.

— Я совсем не для этого!.. — крикнул было парень…

— Быр-быр-быр! — перебил его живот.

— Рррыыыы! — отозвались животы подручных.

— Аааааа!

После этого я услышал только удаляющийся топот.

Хе-хе-хе! Где там остальные? Приходите все разом, чтоб потом не ловить вас по коридорам обители!

Старейшина Линь Ванцинь бежала по коридорам, гневно поджав губы. Её любимый правнук прислал ей сообщение, что он в опасности! И почему-то на этаже с животными, которых разводят для опытов и еды младшим послушникам. Что он там делает⁈ Что происходит⁈

— Где он⁈ — гневно глянула она на распорядителя этажа, когда спустилась на него.

— Там. В коровнике. — ткнул пальцем испуганный мужчина.

Старейшина метнулась к нужному помещению, пинком распахнула дверь — и застыла, потрясённая зрелищем.

В законе, потеснив коров, стоял её правнук. И не один, рядом с ним стояли два его друга, которые бегали за Линь Анем, как бычки на верёвочке. Все трое были голые снизу до пояса и издавали отвратительные бурлящие звуки. В такт этим звукам из них сзади извергались потоки нечистот, такие вонючие, что старейшина Линь чуть не потеряла сознание от запаха, зайдя в помещение. Но самое странное — их мужские достоинства стояли колом и они неистово водили по ним руками, закатив глаза от усердия, и напряженно пыхтели. Коровы и бычки, что сгрудились по краям загона, презрительно поглядывали на троих засерь.

— Да что тут, разрази вас небеса, происходит⁈ — только и могла, что крикнуть старейшина Линь. Потому что её мозг отказывался понимать, как до такого могло дойти.

Глава 15

— Сестра Сяонин, я хотела бы с вами поговорить. — старейшина Линь смотрела на меня холодным взглядом.

Да что там холодным! Если бы она сейчас зашла в мой холодильничек, где было минус три тысячи, то в сравнении с этим взглядом там была бы адская жара!

— Конечно, сестра Линь, если вам нужно, я всегда рада пообщаться с вами! — я изобразил милое непонимание.

— В последние дни наши ученики, что с вами контактировали… у них была некоторая… гиперреакция. — Слегка запинаясь и подбирая слова, начала старушка. — Причём у всех. Мне сложно предположить, чтоб вы их чем-то травили, и надеюсь, что я ошиблась. Но вы не можете это пояснить? Будьте так добры, сестра Сяонин!

Хе! Ну да, не идиотки же эти старейшины, каждая из них хитрая лиса, а уж втроём. Я и не думал, что можно будет всё держать в тайне. Ладно один случай засранства, но их произошло уже три! Даже самый скорбный разумом сложил бы два и два и выдал правильный результат — пять. Поэтому я совсем не удивлён, что эта Линь Ванцинь пришла ко мне, удивительно, что не все три старейшины, обдристались-то все три их родственничка.

— Что? Травила? Как вы могли такое подумать!- я выпучил глаза и сделал вид оскорблённой невинности. — Да, я признаю, с моей стороны была некоторая невнимательность… Но ни капли злого умысла!

— Невнимательность⁈ — старейшина Линь выдохнула носом две струи ледяного воздуха, аж снежинки кристаллизовались. — Мой правнук почти три дня не выходил из коровника!

— Ээээ почему? — я невинно захлопал ресницами.

— Он… плохо себя чувствовал!

Ну да, летал по коровнику на реактивной тяги, чудом цепляясь за всякое. Чудо потом, наверное, опухло и долго болело.

— Эх… И снова прошу прощения! Вы же знаете, старейшина Линь, я изучаю пилюли по трактатам, что мне выдали в вашей библиотеке. Смею предположить, что после множества экспериментов на мне остались частицы этих самых экспериментов. Смешавшись, они могли дать разнообразный эффект. — я развёл руками, типа, не при делах, оно само.

— Почему же на вас эти эксперименты не подействовали таким же образом? И на учениц, что вам помогают? — всё ещё гневалась старушка.

— Так они воздействовали на нас продолжительное время, постепенно, дав организму привыкнуть. А те молодые люди, что так прискорбно пострадали, попали под воздействие резко и не успели выработать резистентность. — с умным видом заявил я.

— Возможно… — крыть ей было нечем. А что бы она могла сказать? «Больше не занимайся алхимией»? После такого я могу просто свалить отсюда с чистой совестью и всё, ничего другого мне делать не оставалось бы. — Постарайтесь тогда удалять следы экспериментов с одежды после лаборатории!

— Я постараюсь! — добродушно закивал я. — Но вы же знаете, наверное, пока голова занята формулами пилюль, то о другом думать не получается.

Старушка скрипнула зубами, проглатывая пилюлю. Считай, я ей сказал «Ваши засранцы так и будут в коровнике обитать, если будут лезть ко мне», а ответа нормального она, опять таки, дать мне не может!

— Я поняла. И предупрежу всех. — она успокоилась, хотя бы внешне, и кивнула. — Кстати, как ваши эксперименты продвигаются?

— Прекрасно! Я уже перехожу к пилюлям Земного ранга! Думаю, за месяц или два смогу уже изучить их рецепты достаточно, чтоб выдавать соответствующую норму.

— Что ж, это обнадёживает. — Линь Ванцинь поджала губы, понимая, что говорить больше не о чем. — Что ж, удачи вам, сестра Сяонин.

— Благодарю, сестра Линь! — я улыбнулся и кивнул.

Мы разошлись в разные стороны, и воздух в коридоре стал нагреваться.

Я и правда почти закончил с пилюлями Мистического ранга. Всё же это база, тот фундамент, на котором будет строиться дальнейшая алхимия. Нельзя вот так сразу взять и ваять пилюли земного ранга — просто потому, что не поймёшь логику внутренних процессов. Будешь что-то делать по рецепту, иногда даже будет получаться, но это просто механический, бездумный процесс получится. Если хочешь разбираться в каком-то деле, нужно разбираться с