Англия и США – великие пиратские империи - Александр Борисович Широкорад

На захват Мальты Бонапарту потребовались 48 часов. Потери французов составили 3 человека. 12 июня в 2 часа утра на борту флагманского корабля «Орион» была подписана капитуляция Ордена. Мальта стала частью Французской республики. Рыцари получили гарантию неприкосновенности своего имущества на острове.

Французский генерал Каффарелли на следующий день, осматривая укрепления Мальты, в шутку заметил: «Хорошо, что в них были люди, чтобы открыть нам ворота».

Трофеями французов стали огромные запасы оружия и продовольствия.

Наполеон писал: «К 18 июня на Мальте не оставалось больше ни одного рыцаря. Великий магистр 17-го отплыл в Триест. Найденная в казнохранилище серебряная посуда стоимостью в миллион была по прибытии в Каир перечеканена в монету»[35].

Наполеон из скромности не упомянул о неизвестно куда девшихся сокровищах Ордена.

На Мальте Бонапарт оставил гарнизон из 3053 солдат во главе с дивизионным генералом Вобуа.

Англичане безуспешно осаждали Мальту 20 месяцев. Под конец осады на помощь «просвещенным мореплавателям» пришла цинга, унесшая жизни 550 французов.

5 сентября 1800 г. генерал Вобуа согласился на почетную капитуляцию, согласно которой гарнизон Мальты отпускался вместе со знаменами и личным оружием. А сама Мальта должна была оставаться в руках англичан до заключения общего мира. Затем Мальта должна была быть передана ордену иоаннитов, или русскому царю, или неаполитанскому королю.

Первую часть условий капитуляции англичане честно выполнили – генерал Вобуа вместе с уцелевшими защитниками Мальты на британских кораблях были перевезены в порт Тулон. А вот отдавать Мальту Лондон принципиально не хотел никому.

27 марта 1802 г. Англия и Франция подписали в городе Амьене договор, согласно которому англичане должны были очистить Мальту. Но прошло два года, а англичане по-прежнему держали там свой гарнизон. В мае 1804 г. Наполеон сделал ультиматум: «Мальта или война». Лондон выбрал войну.

Британский военный историк Муррей писал о Мальте: «Географическое положение острова – исключительно; если бы англичанам пришлось искусственно сооружать остров для стратегических целей, трудно было бы выбрать более подходящее место, чем то, на котором в действительности находится Мальта. Расположенная почти посредине пути между Суэцом и Гибралтаром, в 60 милях к югу от Сицилии и почти на равном расстоянии от Мессины (180 миль) и мыса Бон (220 миль), Мальта фактически делит Средиземное море на две половины. Базируясь на Мальту, английские броненосцы Средиземного моря могут совершенно преградить проход с запада неприятельскому флоту, которому нельзя будет пройти на восток иначе, как предварительно померявшись силами с английским флотом»[36].

Официально Мальта перешла в руки Великобритании в 1814 г., что оговаривалось в Парижском соглашении. Англичане, чтобы заручится поддержкой населения, восстановили все прежние местные учреждения, за исключением Священного Синода. Но в 1812 г. из Англии прибыла комиссия для изучения общественного мнения по поводу введения самоуправления на островах. Самоуправления мальтийцы потребовали ещё в 1801 г., когда члены мальтийского Конгресса, который управлял островами во время французской блокады, составили историческую Декларацию прав мальтийского народа.

Комиссия 1812 г. решила дело не в пользу мальтийцев, и в 1813 г. сэр Томас Майтланд был назначен первым британским генерал-губернатором Мальты. Мальтийцы прозвали Майтланда «Король Том» за ярко выраженный автократизм методов его правления. Он убрал всех мальтийцев с постов начальников госучреждений и понизил их в должностях, прекратил государственную монополию на ввоз и продажу кукурузы, зато ввел налог, который позже получил название «налога на хлеб» и стал причиной мальтийско-британских конфликтов в конце XIX века. Этим налогом облагалась и продажа кукурузы.

Фактически в первое тридцатилетие XIX века на Мальте власть принадлежала английской военной администрации.

Лишь в 1835 г. на Мальте был учрежден первый Совет Правительства, но власть его была крайне ограничена. Фактически же вся власть оставалась в руках губернатора, что вызвало новое недовольство мальтийцев.

В 1836 г. британское правительство направило вторую комиссию по вопросам мальтийского самоуправления. Эта комиссия и сочла действия колониального правительства неправильными, но вопрос самоуправления опять решился не в пользу мальтийцев. Комиссия решила все же отдать управление госаппаратом мальтийцам, за исключением должностей генерального секретаря, секретаря правительства, начальника полиции и вооружённых сил. Колониальное правительство так и сделало, что послужило началом создания истинно мальтийских госучреждений. Мальта добилась этого раньше Канады и других британских колоний.

Но требования самоуправления не прекращались, и в 1849 г. принимается новая Конституция, согласно которой создается Совет Правительства, состоявший из губернатора, большинства официальных лиц (в основном руководителей важнейших учреждений) и меньшинства выборных членов. Губернатором, которому пришлось пойти на эти уступки, был Мур О’Ферралл, католик по вероисповеданию. Его назначили на этот пост, чтобы продемонстрировать уважение Англии к Мальте. Также О’Ферралл стал первым светским губернатором островов.

Постепенно Мальта, подобно Гибралтару, стала мощнейшей крепостью. Первоначально англичане использовали укрепления госпитальеров без каких-либо изменений. Согласно стратегии того времени, Королевский флот считался наиболее надёжной защитой от вторжения. Причём в 1801 г. британский гражданский комиссар Генри Пигот хотел снести большую часть укреплений Валлетты, но по ряду причин этого так и не произошло.

В 1850-х гг. британцы построили форт Вердала и укрепление Святого Климента в районе Коттонеры, а в Валлетте была построена батарея Ласкарис. Позже, в XIX веке, часть линий Коттонеры, линий Санта-Маргерита и укреплений Сенглеи были снесены, чтобы освободить место для расширения Мальтийской верфи. На протяжении XIX и XX веков британцы строили казармы в разных частях острова, таких как Тинье-Пойнт и Пембрук.

В 1866 г. полковник Уильям Джервуа представил доклад под названием «Меморандум об усовершенствовании оборонительных сооружений Мальты и Гибралтара в связи с появлением броненосных кораблей и мощных нарезных орудий», в котором он присвоил Мальте (наряду с Гибралтаром, Галифаксом и Бермудами) статус «имперской крепости». Вскоре после этого началась программа по улучшению укреплений Мальты, в ходе которой был построен ряд новых многоугольных фортов и батарей, в том числе батарея Слима-Пойнт (1872 г.), форт Сан-Рокко (1872–1873 гг.) и форт Леонардо (1875–1878 гг.).

Как и на Гибралтаре, на Мальте весьма серьёзные проблемы с питьевой водой.

Со времён Мальтийского ордена проблему с водой пытались решить с помощью строительства огромных бассейнов – накопителей дождевой воды. Но середина Средиземного моря – это не тропики. Ливни здесь бывают, но не настолько сильные, чтобы водных запасов могло хватить на всех желающих.

Долгое время питьевую воду на Мальту привозили из соседней Италии или даже с юга Франции. Это позволило поддерживать численность людей на острове в районе 100 тысяч человек вплоть до начала XIX века.

Налаживание регулярных морских перевозок в XX веке дало возможность