Хаос из книжного на Боевом факультете - Виктория Катаева

— Ты совсем страх потеряла, Соколова?! - низкий, рокочущий голос дракона заставил кожаную обшивку кареты призывно завибрировать. Кайл подался вперед, сокращая расстояние между нашими лицами до опасного минимума.

— Мы заключили соглашение! Я пошел против правил Академии, согласившись тайно учить тебя по ночам, чтобы тебя не уничтожила Тайная Стража! А ты в тот же вечер сбегаешь в портовый кабак?! Крутить хвостом перед наемниками и вампирскими мажорами вроде Валериана?!

— Да с какого перепугу ты решил, что я перед кем-то кручу хвостом, изверг чешуйчатый?! - взревела я в ответ, окончательно теряя остатки терпения и выплескивая всю скопившуюся горькую лавину обиды.

— Засунь свои дурацкие подозрения себе под мундир! Я там работала! Пахала от звонка до звонка, вела учет для Брона! Понимаешь ты своим драконьим мозгом или нет - мне просто нужны деньги на жизнь! На те три тощие монетки стипендии в вашем мире не выжить. Я привыкла рассчитывать только на себя. Меня уже предали на Земле те, кого я считала семьей, и зависеть от подачек местных лордов я не нанималась!

Кайл резко осекся. Его вертикальные зрачки хищно сузились, фиксируя мое тяжело вздымающееся от гневного дыхания декольте, а крупные бирюзовые чешуйки на скулах яростно полыхнули неоновым светом.

— Деньги? - вкрадчиво, почти шепотом пророкотал он, и в его голосе внезапно промелькнула опасная, дразнящая хрипотца. Дракон резко протянул руку вперед, перехватив мои запястья и припечатав их к кожаной обшивке сиденья над моей головй.

Накал страстей в один миг сменился совершенно другим, обжигающим напряжением. Кайл навалился сверху, прижимая мое тело своим тяжелым, горячим торсом. Салон кареты за секунду показался слишком тесным. Я замерла, не в силах шевельнуться, завороженно глядя в его светящийся бирюзовый огонь. Его рваное, жаркое дыхание с отчетливым ароматом озона опаляло мои губы. Сильные пальцы куратора, сжимающие мои руки, мелко подрагивали, а его бедра плотно, до умопомрачения чувственно прижались к моим, заставляя кожу под брюками гореть живым пожаром. Это был прямой, недвусмысленный намек на первобытную драконью страсть, от которой по телу пробежала сладостная, пугающая дрожь.

— Если тебе так нужны были деньги... почему ты просто не попросила их у меня, Лика? - хрипло спросил куратор, и его взгляд скользнул по моим приоткрытым губам.

— Я Высший Дракон рода Ривердан. Моего золота хватит, чтобы засыпать эту таверну до самой крыши. Мне не нужно, чтобы моя... подопечная гнула спину перед портовым сбродом.

— Я не продаюсь, Ривердан, - выдохнула я прямо ему в губы, упрямо удерживая взгляд, хотя внутри всё плавилось от этой сумасшедшей близости.

— И содержанкой при твоем замке не буду. Мне нужна свобода.

Кайл долго всматривался в мое лицо, словно принимал самое тяжелое решение в жизни. Его бушующее пламя медленно угасло, уступая место глухому, собственническому теплу.

— Три года назад один попаданец с Земли, Алекс, тоже искал независимости и плевал на контуры контроля, - тихо, лишенным прежнего высокомерия голосом заговорил дракон, медленно отпуская мои руки, но не спеша отстраняться.

— Его сила вышла из-под контроля на рыночной площади. Тайная Стража уничтожила его на месте, без суда и следствия. Я видел это своими глазами, Лика. И я... я просто не могу позволить им сделать то же самое с тобой.

Внутри всё похолодело от этой мрачной правды. Наш пожар в полумраке экипажа медленно догорал, оставляя вместо злости хрупкую, интимную нить доверия. Карета резко затормозила у жилого сектора, рассеивая это сумасшедшее наваждение.

До нашей комнаты мы дошагали в абсолютной, звенящей тишине ночного академического парка. Кайл проводил меня до самых дверей, наградил долгим, нечитаемым взглядом и беззвучно растворился в темноте коридора, оставив меня наедине с собственными мыслями.

Сил не было вообще ни на что. Мышцы после пяти пар и бурной пикировки в экипаже отчаянно требовали покоя. Иллария на соседней постели уже видела десятый сон, целительское травяное покрывало мирно вздымалось в такт её дыханию.

Сбросив сумку на пол, я устало позвала Оливку. Пушистая любимица, сытая и довольная после ресторанных приключений, важной походкой проследовала прямиком в ванную, забралась внутрь своего нового титанового лотка и деловито зашуршала сосновыми опилками. Устройство тихо зажужжало, бронированные стенки пошли мягкими изумрудными волнами, раздался тихий хлопок утилизации, и гномьих контур самоочищения привычно пискнул «динь!», возвращая помещению абсолютную чистоту и свежесть. Личный бронетранспортер Оливки работал без сучка и задоринки.

Щелкнув тяжелой кованой задвижкой в ванной, я наконец-то осталась наедине с собой. Медный кран послушно зажужжал, выпуская руну волны, и просторная каменная купель наполнилась горячей водой. Смывая с себя копоть, стресс и ядреный запах кабацкого эля, я критически уставилась на собственное отражение в зеркале с кованой оправой.

Рыжевато-каштановые локоны влажными волнами падали на плечи, а в глубине зеленых глаз отражалась немая, глухая растерянность. С ума сойти... Всего неделю назад моя жизнь на Земле казалась понятной и предсказуемой: книжный супермаркет, знакомый тротуар, подготовка к юбилею. А сегодня мое тело до сих пор помнит обжигающее, тяжелое тепло Высшего Дракона, а в кармане брюк дожидается своего часа блокнот Серёги. Жизнь совершила такой крутой пике, что голова шла кругом.

Замотавшись в чистое пушистое полотенце, я вернулась в спальню. Оливка мгновенно пристроилась под моем боком теплым, громко урчащим клубочком. Спасительный, глубокий сон накрыл нас обеих мгновенно, отсекая все тревоги уходящего дня.

Утренний полигон Боевого факультета Академии Ильмерии гудел, точно растревоженный улей, повторно собирая сотни адептов на каменных трибунах. Но в этот раз первокурсников и старшие курсы объединили для масштабной практической работы по удержанию барьеров безопасности. Магистр Кроу сурово возвышался в центре песчаного круга, контролируя рунные настройки площадки.

Ривердан стоял чуть впереди нашего строя первокурсников, выполняя роль куратора и страховки. Его мундир сидел безупречно, но бирюзовый взгляд оставался хмурым. Валериан лениво покачивался у противоположного края барьера, демонстративно игнорируя дракона.

Я стояла во втором ряду, поправляя сумку с Оливкой, как вдруг по рядам пронесся тихий, испуганный шепот. Из-за трибун, бледная как стена, вышла Кассандра де Валуа. Её общипанный под воробья короткий ежик волос был наглухо скрыт под плотным капюшоном мантии, а пальцы мелко дрожали от бешеной ярости. Она смотрела на меня со сплошной, налитой кровью злостью. Графская дочка явно не собиралась покорно созерцать мой зачетный триумф у Кроу. Из рукава вампирши на секунду тускло мазнул воровской амулет взлома контуров, и Кассандра с силой прижала его прямо к главному рунному косяку