Хозяйственник. Абсолютный ноль - Фёдор Бойков

— Слышь, малец, а пошли ко мне в мастерскую? — предложил вдруг бородач. — Станешь моим подмастерьем! Раз дар твой на металл заточен, то в кузне у меня работы много найдётся.

— А чего это к тебе, Алик? — возмутился другой мужчина из толпы. — Мне тоже ювелир не помешает. Знаешь, как я мучаюсь, когда надо железки крепить к моим сундукам да ларям?

— Ну вы оба наглость-то умерьте, — ещё один мужчина вышел вперёд. — Ничего, что у меня артефактная мастерская и я подмастерье-ювелира уже год ищу?

После слов незнакомца все остальные будто поникли, закивали головой и сделали шаг назад. Ну да, в артефактной мастерской ювелир куда полезнее, чем во всех остальных, а здесь принято уважать пользу больше, чем простое желание облегчить себе работу.

Только вот все эти люди забыли одну единственную вещь. Спросить меня, чего я хочу и куда пойду.

Я смотрел на артефактора и пытался представить, чем он может заниматься в своей мастерской, но никак не мог. В клане с артефактами обычно маги работали, а хозяйственники у них только подмастерьями были. Ну точно же! Что-то я туго соображаю.

Всю работу же делают хозяйственники с ювелирной направленностью дара, а маги потом только добавляют, собственно, магию. Без неё все поделки из-под наших рук — всего лишь побрякушки и безделушки. Ну или украшения, что тоже неплохо.

Раздумывая над всем этим, я понял, что ни разу не занимался изготовлением артефактов и украшений с нуля, а только чинил их. А ещё я понял, что с удовольствием пойду к тому мужчине, который смотрел на меня с такой надеждой в глазах, что становилось не по себе.

— Меня Тавиш зовут, — представился он и слегка улыбнулся. — Пойдёшь ко мне подмастерьем, парень?

— Пойду, — ответил я, слегка удивившись. Имя артефактора выдавало в нём жителя Восточных Степей, но внешне он совершенно не походил на кочевника. — Только, кажется, документы мои того — сгорели…

Я обернулся к дому и посмотрел на него долгим взглядом, стараясь не переборщить с отчаянием. Кажется, мои навыки не изменились с моих девяти лет, так что прониклись почти все. А кто не проникся — так тем до меня и дела не было.

— Не боись, выправим тебе документы, — сказал Тавиш после недолгого молчания. — Вот покажешь, на что способен, и я сразу подам рекомендацию в канцелярию. Получишь временное удостоверение, а там посмотрим.

— Спасибо, мастер Тавиш, — сказал я с самым благодарным видом. — А меня зовут Кайан.

— Ну что ж, рад знакомству, Кайан, — Тавиш шагнул ближе и положил руку на моё предплечье. — Сейчас отведу тебя в мастерскую, а сам сюда вернусь. Надо чтобы патрульные зафиксировали пожар и утрату документов. Я со всем разберусь, а ты пока обсохнешь у печи.

Пока мы шагали к дому Тавиша, который находился на той же улице, я всё оглядывался назад, ожидая чего-то, что сам не мог объяснить. Чудилось мне, что пожар мог случиться не просто так, но тут никак не докажешь. А ещё я почему-то думал, что Ригард может заявиться, хотя понимал, что прошло слишком мало времени и он никак не мог узнать о пожаре.

Тавиш распахнул передо мной двери своей мастерской и указал на жарко растопленную печь, рядом с которой стояли котелки для плавки металла, и тут же ушёл обратно. Ну а я вытянул руки к огню и задумался об Орхе. Станет ли она выяснять, куда я пропал, или ей нет до этого дела?

Вряд ли она сказала правду, что у неё нет способа связаться с Ригардом. И если так, то уже вечером он будет знать, что дом сгорел, а я пропал. Надеюсь, старухе хватит ума поспрашивать соседей о случившемся, чтобы мой работодатель не решил, что это я дом поджёг и сбежал.

Одежда на мне почти высохла, а Тавиш всё не приходил. Зато в дверях появилась уже знакомая мне женщина — та самая, что переживала обо мне и окатила меня водой из ведра. Увидев меня, почти прижимающимся к печи, она всплеснула руками и убежала наверх, приговаривая, что застудила мальчонку. Через несколько минут она спустилась обратно с одеждой, которая выглядела куда приличнее того, что было на мне.

— На-ка, вот, примерь, — сказала она, протягивая мне стопку вещей. — От сына нашего осталось, может, подойдёт. Он тоже был, как ты, высокий да жилистый.

— Спасибо, — я улыбнулся ей и взял одежду. — А где ваш сын сейчас?

— Как и вся молодёжь отсюда — в клане, естественно, — она выпрямилась и гордо вскинула подбородок. — Мальчика нашего аж в Золотую Длань взяли. Вот уже пять лет как служит там и про нас не забывает, то подарки пришлёт, то полный кошель монет оставит. Хороший клан, и платят там хорошо.

— Угу, — я неловко повертел одежду в руках, но раздеваться не стал. Не при этой же женщине мне штаны снимать, в карманах которых целых пять золотых.

— Ты смущаешься что ли? — удивилась женщина. — Чего я там не видела-то? Да и не без портков же поди ходишь.

— Не привык я при людях раздеваться, — я опустил голову и чуть дёрнул плечом, изображая неловкость.

— Ой, прости, малец, дуру старую, привыкла я, что тут все свои, — она покачала головой. — Обойди печь, там между ней и стеной места хватит.

Я сделал, как она сказала, и сразу же снял влажную одежду. Надо будет досушить её, чтобы потом обратно переодеться, — не буду же я ходить в чужом. А потом, как разживусь разменом, свою бы купить не помешало.

Но это всё потом. Надо сначала с ночлегом разобраться, заодно временные документы выправить, а потом уж всё остальное решать. Если Орхе скажут, куда я делся, то Ригард легко меня найдёт. А раз уж он сам говорил, что мне надо устроиться подмастерьем для маскировки, то вряд ли будет против моей временной подработки у Тавиша.

Только я подумал о мастере, как он ворвался в мастерскую.

— Лиара, а где малец-то? — с порога спросил он.

— За стенкой у печи штаны меняет, — со смешком ответила женщина. — Я ему вещи Нэша отдала. Всё равно он вырос из них давно.

— А чего за стенкой? — удивился Тавиш.

— Стеснительный, — Лиара хихикнула. — Ты иди отмойся как следует от копоти, а то вонь ещё долго стоять будет. Я после тебя схожу.

— Кайана надо было отправить первым, как раз бы уже искупался, да сразу в чистое