Ренард. Щенок с острыми зубами - Дмитрий Шатров

- А у меня закрадываются подозрения в вашей некомпетентности, брат Лотарь, — ответил полномочный примас, недобро прищурившись и перейдя на «вы». — Вам не доводили секретный циркуляр? Не думал, что вам присуща такая халатность. Мне-то расписали вас, как мудрого и знающего дознавателя, мастера своего дела. Я даже начал строить насчёт вас некие планы...

- Прошу простить мою горячность, ваше преподобие, но это всё из лишнего рвения, — испуганно осадил назад брат Лотарь. — А в циркуляре без подробностей. Довели важность небесного металла и приказали искать людей, имевших с ним дело. Вот я и подумал…

- Плохо подумал, — отец Бонифас сокрушённо покачал головой.

Дознаватель проглотил пилюлю, недовольно поморщился, но всё же нашёл в себе силы продолжить беседу. Профессиональное любопытство взяло верх над обидой.

- И всё же, зачем он вам?

- Всё дело в чудесных свойствах металла, сын мой. Святая церковь этот момент упустила, и несколько… гм… увлеклась в преследовании ведунов и последователей ложного бога Гоббана. Теперь приходится восстанавливать знания по крупицам. Большего сказать, увы, не могу. Не вашего уровня дело.

Разговор умолк, да и пришли уже почти. Во дворе церкви святую братию дожидался отец Онезим, служки присматривали за повозками. Карета побогаче, с торчащей трубой переносной печи, запряжённая четвёркой белых коней, предназначалась для полномочного примаса, Закрытый возок с решётками на окнах — для кузнеца и конвоя. Простые храмовники путешествовали без изысков и удобств, на обычных крестьянских телегах.

- Ну что, Малёк, давай прощаться? — подошёл к Ренарду Аим, — Ты не кручинься, ничего они мне не сделают. Живы будем — не помрём, свидимся ещё, даст бог.

Ренард порывисто обнял кузнеца, оттолкнул его и быстро зашагал прочь. Долгие проводы — лишние слёзы, а мужчины не плачут. Но почему тогда к горлу подступил ком, а глаза стали предательски влажными? Легко сказать, не кручинься. Как? Аим его единственный друг, заменил ему старшего брата, а в последнее время ещё и отца…

Ренард шмыгнул носом и в сердцах сбил ногой верхушку с сугроба.

***

Поначалу он затосковал. Три дня не выходил из своей спальни, тупо лежал в постели и смотрел в потолок. Но как боевой конь не может долго стоять в стойле без движения, так и де Креньяну не пристало бездействие. Постепенно к нему вернулась бодрость духа и желание жить. Страшного-то ничего не случилось. Примас ведь ясно дал понять, что Аима не на казнь увезли. Как кузнец там сказал? Живы будем не помрём? Вот и не надо себя хоронить в четырёх стенах, да ещё и раньше времени.

Глава 14

Время шло, зима кончилась, весна стремительно входила в свои права. Унылую серо-белую картинку сменила сочная зелень, яркая голубизна неба радовала глаз, солнце дарило хорошее настроение. Вскоре яблони покрылись благоуханными бело-розовыми шапками, луга запестрели буйством красок, природа оживала, радуясь новому циклу. Радовался и Ренард. Животворному теплу, ласковому ветерку, что трепал разлохмаченные волосы, одуряющим ароматам цветов, шелесту молодой листвы и пению птиц. Не думал, не строил далекоидущих планов, просто жил.

В тот день он объезжал земли родового аллода. Без ясной цели, потому, что так захотелось: там послушал, о чём люди судачат, тут посмотрел, не случилось ли чего необычного. Ренард как раз проезжал мимо берёзового перелеска, когда в птичьи трели вмешались колокольчики девичьих голосов, и один из них показался очень знакомым. Юноша остановил коня, прислушался. Точно. Аннет. Или это иншие морок наслали.

Едва Ренард вспомнил иных, как амулет пыхнул жаром и тут же остыл, едва теплясь. Опасность есть, но какая-то невнятная, слабая. И всё же, лучше проверить. Де Креньян подъехал к опушке, спешился, бросил повод Флану под ноги. Чтобы тот далеко не убежал. А жеребец и не помышлял о побеге, тут же опустил голову и принялся с аппетитом хрумкать сочной травой.

Де Креньян углубился в лес, осторожно раздвигая кусты и стараясь ступать как можно тише. Не приведи господь, хрустнет случайная ветка под ногами, тогда точно спугнёт. Кого? Как раз это он и хотел выяснить. Девичье пение стало громче, впереди за деревьями показалась поляна. Ренард удвоил осторожность и вскоре увидел поющих.

Аннет порхала по лужайке красивая и воздушная как мотылёк. Широкая синяя юбка то разлеталась воланом, то скручивалась вокруг стройных ног, в такт плавным движениям. Чёрный вышитый корсаж поверх белой рубахи, подчёркивал и без того тонкую талию. Косынка алой лентой перехватывала пшеничные волосы, не давая им разлетаться. Не прерывая танца, девушка то и дело наклонялась, срывала цветки и складывала их в длинный холщовый передник.

Ренард замер, притаившись за белым стволом. Странно, но в животе нежными крыльями затрепетали бабочки, дыхание сбилось, голова пошла кругом. Подобное с ним случилось впервые, и он не понимал отчего. Девушку он уже не раз видел, но раньше настолько сильного смятения чувств не испытывал.

Залюбовавшись юной красавицей, Ренард не сразу обратил внимание на её спутниц. Семь дев, в молочно-белых рубахах до пят, подпевали Аннет и водили вокруг неё хоровод. В круговерти мелькали нечеловеческой красоты лица, сверкали небесной голубизной глаза, взлетали и опадали блестящие серебристые косы. Каждое движение переполнялось силой и грацией юных тел. И всё бы ничего, если бы они не были… полупрозрачными, что ли.

В грудь снова пыхнул теплом оберег, снова не сильно, но Ренард не стал вдаваться в подробности. Опасность вот она. Прямо перед глазами. Рядом с Аннет.

Затрещали ветки, колыхнулась листва — Ренард уже не таился. Он молодым кабаном попёр без разбора дороги, на ходу выхватывая меч.

Певуньи испуганно замолкли и развернулись на шум. Полупрозрачные девы прянули к дальнему краю опушки, с намерением улизнуть в лес, но не убежали, сгрудились за спиной у Аннет. Она же, шагнула навстречу нарушителю спокойствия и былой безмятежности, уперев руки в бока. От этого её движения передник расправился, на траву посыпались сорванные цветки.

- Аннет, в сторону! — крикнул ей Ренард, занося меч для удара.

Но Аннет не послушалась, наоборот, прикрыла собой полупрозрачных подружек. Светлые пряди выбились из-под косынки, беспорядочно разметались по плечам, зелёные глаза метали испепеляющие молнии.

- Ты сдурела? — заорал Ренард, махнув свободной рукой, словно хотел смести девушку в сторону. — У тебя иншие за спиной! Нечисть!

- Это ты не в себе, де Креньян! — нахмурившись, огрызнулась Аннет. — И, вообще, какого лешего ты лезешь не в