Владимир Татлин - Анатолий Анатольевич Стригалёв

Иллюстрацией такого самосознания может быть черновой план первого по времени доклада Татлина о своем летательном аппарате, который я хочу здесь опубликовать, сохраняя его авторскую редакцию [393]:

1. О художнике.

2. О инженерии.

3. О архитектуре.

4. О Коминтерне [394].

5. Искусство в сооружения.

6. О работе по быту [395].

7. Искусство – в технику и механику.

8. Органическая форма (рыбы, птицы).

9. Материал и отношение его.

10. Принципы полета птиц.

11. Журавли.

12. Летатлин.

13. Наука.

14. Данные Летатл[ина]: вес, площ[адь] и пр.

15. Отношение инженеров и учрежд.[ений].

16. Наркомпрос и Главискусство [396].

17. Отношение разн[ых] люд[ей].

18. Эластичность, гибкость, ритм.

19. Летать – плавать.

20. Летать – детям.

21. Что дел[ается] за границей.

22. К инженерам.

23. Искусство в технику.

24. Полет должен принадлежать широк[им] массам.

25. Работники аппарата: Гейнце, Лосев, Алеша, Юра [397].

26. Опыты [398].

27. Люшин (начальник экспериментальн[ого] отд[ела]).

28. Чухновский, Арцеулов [399].

«Бионические основы» творческой концепции В.Е. Татлина

Художник Татлин, выдвинувший в свое время лозунг «Искусство в технику» и известный как основоположник конструктивизма, в своем творчестве – в отличие от многих представителей техницистских концепций <…> целеустремленно использовал методы и приемы, выведенные не столько из самой техники, сколько из природы. По всей вероятности, искусство рассматривалось им как метод сущностной (а не чисто внешней, оформительской) гуманизации техники; диапазон обращения Татлина к явлениям и закономерностям природы отличался удивительной широтой. При этом ориентация на активные контакты человека со всей без исключения природой понималась Татлиным материалистически, антропоцентрически и в обязательном сочетании с новейшими возможностями науки и техники.

Татлин считал крайне важным возможно полное развитие и раскрытие не только интеллектуально психологических, но и биофизиологических возможностей художника (проектировщика). Он «призывал членов своей профессии улучшить глаз», а позднее, кроме того, – «поставить глаз под контроль осязания».

Татлину был свойственен очень широкий (для своего времени) комплексный подход к функциональным сторонам архитектуры и дизайна. Его архитектурные замыслы – проект здания памятника III Интернационала и идея здания памятника Ленину – предполагали создание огромных общественных сооружений нового типа: полифункциональных, не мемориальных в традиционном смысле, а предназначенных для наиболее активных процессов современной жизни. В них, наряду с общественными функциями, должны были получать удовлетворение и личные потребности каждого человека… духовные, и биологические.

Разнородные функции удовлетворялись не группой смешанных зданий, а «объемлющей формой» единого здания. Кинетичность некоторых частей здания делала его похожим на живой организм. С другой стороны, все объекты дизайна, выполненные Татлиным или под его руководством (одежда, мебель, индивидуальный летательный аппарат – своего рода воздушный велосипед и др.), относятся к числу таких предметов, которые обслуживают сугубо индивидуальные потребности человека. Характерно для Татлина, что в пору расцвета техницистских утопий, уделявших огромное внимание авиации будущего, он посчитал первоочередной задачей создание «малой», «интимной» авиации, предназначенной для обслуживания отдельного человека, дополняющей его двигательные функции, полученные от природы.

Татлин всегда искал «органической связи материала с его напряжением, с его работой», причем как для новых, так и для традиционных природных материалов. Он использовал железо, стекло, дюраль, резину, но часто сочетал их с разными породами дерева, шелком, хлопком, китовым усом, сыромятной кожей и т. д.

Осуществление нужной формы также достигалось с учетом природы материала: например, сложные криволинейные детали выполнялись из распаренного или вымоченного дерева, последовательно проходившего ряд форм матриц; в других случаях использовалось не пиленое, а расколотое дерево (малье) для включения в работу его природной структуры.

В архитектурном проекте колоссального здания Памятника III Интернационала (1919–1920) Татлин подключился к древнейшей традиции – как бы соотнес свое сооружение с природным макромиром – космосом и галактикой (через наклон основной конструкции параллельно оси Земли; взаимосвязь отдельных форм памятника с формой и движениями Земли).

Татлин считал необходимым «введение в строительные формы кривизны и форм сложной кривизны». Двойная пространственная спираль, пространственная конструктивная решетка, подвешенные к несущей конструкции полезные объемы – все эти формы татлинского проекта имели гораздо больше аналогий в природе, чем в опыте строительства. «Паутинный дол снастей», – обозначил Хлебников характер висячих конструкций, использованный Татлиным еще в контр-рельефах.

Наконец, кинетические идеи также отражают связи татлинской архитектуры с формами природы (недаром Мельников позднее назвал аналогичные идеи «живой архитектурой»).

Классическим примером использования бионического (выражаясь современным термином) метода в дизайне был «Летатлин» – упоминавшийся одноместный летательный аппарат, который должна была приводить в движение мускульная сила летящего. «Летатлин» создавался как сознательное подражение птице («орнитоптер»). «У птиц пластическая конструкция, у аэропланов – жесткая. У них живые мягкие крылья, а у аэропланов – мертвые, жесткие». B процессе работы Татлин изучал анатомию птиц, характер их полета. Параметры «Летатлина» подбирались по аналогии со строением птиц. Среди сотрудников Татлина в это время были врач-хирург и педагог-авиатор.

Близко знавший Татлина искусствовед В.И. Костин сообщил, что в последние годы жизни художник разрабатывал проект моторной лодки на основе изучения анатомии рыб.

Татлин – под прямым влиянием Хлебникова – остро интересовался также и формообразованием в языке, воспринимая язык как своего рода природное явление, точнее – явление, вошедшее в природу людей.

Таким образом, в новаторскую концепцию Татлина важной составной частью входила сознательная установка на выявление и использование природных закономерностей в процессе творчества и на обратную связь созданных проектировщиком объектов с природным окружением. При этом в расчет принималась вся природа: космическая, неорганическая и биологическая среда, окружающая человека, и биосоциальная природа самого человека.

В целом творческую концепцию Татлина неверно определять как техницистскую. Искусство он рассматривал как деятельность, способную синтезировать противоположность техницистических и биологических форм, логических форм. В этом смысле его концепция может быть условно определена как «бионический техницизм».

Об одной концепции дизайна в архитектуре

В русской художественной культуре начала ХХ века многие кризисные в профессиональном отношении явления пытались иногда объяснить обособлением разных искусств друг от друга и преодоление кризиса видели в новых формах объединения их деятельности. Отсюда – тяга художников к архитектуре. При этом преобладало стремление не подключаться к существовавшей архитектурной методологии проектирования, а резко обновить ее для обновления в результате самой архитектуры. Неприятие традиционной архитектуры было особенно характерно для В. Татлина, который стремился к ее решительному обновлению и видел путь к этому в столь же решительном обновлении творческой методологии. Причину упадка архитектуры он усматривал в ее выделении и обособлении из всей системы изобразительного дела, что в свою очередь отрицательно влияло на живопись и скульптуру.

Татлин подчеркнуто противопоставлял архитектуре строительство. Так, в афише к выставке Памятника III Интернационала он именует работавший над его моделью коллектив строителями памятника (1920). Подготовку программной выставки «Обзор новых течений искусства» (1922) он проводит с «целью мобилизовать все художественные силы