Озверение - Александр Изотов

У первушников, обладающих стихией огня, на самом деле есть одна очень серьёзная проблема. Они могут управлять огнём и усиливать его, но вот именно создать огонь — самое трудное.

Белиар уставился на огниво, как на самое настоящее сокровище. Затаив дыхание, принял вытянутую палочку с тлеющим кончиком. Его улыбка в отсветах от огнива была воистину дьявольской, а в глазах блеснули отсветы тысяч и тысяч врагов, которых он спалит с помощью этого артефакта.

— Ну что, поднёбная душонка, — прищурившись, спросил Демон, — Устроим Приору настоящую Тенебру?

Я не стал говорить, что приор Бертольд, скорее всего, засунет это огниво первушнику в одно место. Но я ткнул пальцем вверх, на ступени, и прошептал:

— Давай для начала устроим Тенебру той засаде, которая засела сверху.

Глава 19

Запах и чутье

Белиар молча ткнул пальцем вверх и одними губами спросил: «Сколько их?»

В ответ я поднял палец, мол, погоди, и выставил ладони. Я ещё ни разу не применял такую магию, но прекрасно помнил, что воздушники способны на это. Каким-то образом надо всего лишь заставить воздух перед нами исчезнуть, создать тонкий слой вакуума, через который звук не проходит… Воображение в этом было большим помощником, но у меня, как и раньше, с воображением были небольшие проблемы.

Я не придумал ничего лучше, как вообразить сильверитовый чёрный, непроглядный для стихии щит. Словно стена газообразного сильверита, отделяющая нас с Белиаром от лестницы, которую не может никак рассмотреть моё чувство воздуха.

Лёгкое, едва уловимое шипение подсказало мне, что я на верном пути. Самое главное, я вдруг почувствовал эту вакуумную прослойку. Ещё одно усилие, чтобы закрепить результат — и вот, в паре шагов от нас лестница оказалась отрезана тонким слоем вакуума. Всего пара миллиметров, на большее у меня не хватало сил, но даже так я смог отрезать верхние этажи от прослушки.

Конечно, грамотный маг земли смог бы услышать нас… Если бы говорили громко.

— О, растёшь на глазах, поднёбыш, — прошептал с ухмылкой Белиар.

— На верху дубовая дверь, через щель под неё смог разглядеть только троих зверей на страже. Меры небольшие, но они даровитые. Больше сложно воздушной аурой всё рассматривать…

— Ох, не люблю я учить, — буркнул первушник, — Не демоническое это дело… Ты сможешь удержать стену пустоты?

— Если ты хочешь сообщить мне что-то полезное, то я постараюсь удержать.

— Дело в том, что ты, Марк, слишком привык относиться к магии, как к чему-то сложному.

— Не понял…

— Ты думаешь, демоны обучаются магии огня? — Белиар нахмурил брови, и на его ладони возник огонёк. Небольшой, как пламя свечи, но для обычного первушника, тем более такой малой ступени, это запредельная, даже немыслимая магия. Между усилением пламени и его созданием разница колоссальная.

Огонёк налился красным цветом, и теперь скалящееся лицо Белиара зловеще подрагивало в красных отсветах. Он сдул пламя с ладони, и оно растаяло, рассыпавшись на сотни искорок.

— Огонь — это часть Тенебры. Огненные реки, вулканы, вечные дым и пожары. Огонь — это наша кровь, он течёт в каждом исчадии Тенебры… Вдохни.

Растерявшись на мгновение, я всё же послушался и вдохнул.

— Выдохни.

— Выдохнул, — ответил я.

— Когда ты научился этому?

— Чему? — не понял я.

— Дышать. Вдыхать, выдыхать…

Я задумчиво поскрёб затылок.

— Ты говоришь, как наставник Скойл, — я недовольно поджал губы, — Тот тоже любил завернуть что-нибудь эдакое, чтобы я сам додумался до сути. Хотя суть была такова, что можно было о ней и сразу сказать.

— И правильно делал.

Я вздохнул. Удерживать слой вакуума было всё труднее, и минуты этой тишины мы тратили на пустые разговоры.

— Ты о том, что я должен проще относиться к магии воздуха, — будничным тоном сказал я, — Не строить препятствия, ожидая трудностей, присущих малой мере, и…

Белиар устало потёр лоб.

— Нет, дурень. Я про то, что ты дышишь воздухом! Тут надо не головой работать, и не медитации заумные просиживать. Это же воздух! Да ты можешь читать его при каждом вдохе, а при каждом выдохе отправлять часть своего сознания за новой информацией. Выдох, вдох… И ни секунды покоя!

Я как открыл рот, так и закрыл. А вот об этом я не подумал.

С магией земли я привык, что все её проявления возникали в мыслях. Земной сканер я тоже видел через мозг.

Но воздух… Я ведь подошёл к нему именно со своим опытом земляша. А ведь воздух — это совсем другая стихия!

Даже между той же водой и землей была огромная разница, но если сравнивать с воздухом, то тут вообще всё по-другому!

Земля тверда и неколебима. Если маг что-то строит из земли, или создаёт те же каменные пики, на которые он насаживает врагов, то маг всегда знает, что это будет. Какой формы, размеров… И всё это будет завтра таким же, как и вчера.

Вода, несмотря на свою текучесть и магическую гибкость, тоже довольно предсказуема. Она не меняет объём, и в массе своей что-то среднее между землей и воздухом.

Воздух нестабилен и непредсказуем. Его можно сжимать и разрежать, держать в покое или гнать ураганным ветром. Да, воздушный сканер довольно обманчив — враги, которых маг видел несколько секунд назад, могут быть уже в другом месте. Но в то же время воздух может приносить информацию сам, и магу не надо прикладывать усилий.

Чем-то воздух сродни огню — тот тоже довольно нестабилен.

— Вижу, ты понял, — усмехнулся Белиар.

— Возможно, — сказал я, — Ну, потренируюсь как-нибудь. А теперь тихо, убираю магию.

Демон кивнул, и я отпустил вакуум. С довольно громким хлопком воздух занял своё место, и мы с Белиаром переглянулись.

— Ну, я так понимаю, это был наш косяк, — усмехнулся тот.

Я лишь отмахнулся, и мы стали подниматься наверх. До двери было несколько витков лестницы, и можно было надеяться, что звери ничего не слышали. Но опытный воин, хоть и надеется, но при этом готовится к худшему.

Пока бесшумно крались, я, думая о совете Белиара, и вправду пытался глянуть на магию воздуха по-другому. Ведь был же момент, когда я только-только превратился в первушника, и там, на реке, почуял стихию воздуха так остро, как потом ни разу не получалось.

Вдох… Выдох… Вдох… и смотрю образы. Выдох… и отправляю внутреннее зрение следом, малую его часть.

Не сразу, но у меня вдруг стало получаться. Я даже сам удивился, как это просто работает. И неожиданно