Набор - Инди Видум

И он оказался прав. Несмотря на то что дружиннику со Скверной удалось ночью выбраться из казармы, далеко он не ушел, оказавшись внутри каменного стража, который тут же отправил мне сигнал, содержащий вопрос, что делать с нарушителем. Я решил, что будет лучше, если он так и просидит до утра в артефакте — мне не придется волноваться, что он что-то устроит. Поэтому я скомандовал создать комфортную для человека температуру и не выпускать до моего появления. Тащиться ночью и смотреть, кто там попался, не хотелось. Вариантов всего два: либо скверник, либо менталист, утром спокойно узнаю и выпущу. Крики никому мешать не должны — звукоизоляция там хорошая.

Когда я утром выпускал скверника из плена, смотрел тот на меня с искренней ненавистью, хотя, казалось бы, разве так нужно относиться к спасителю?

— К гостям вы относитесь как к преступникам, — процедил он. — Первый раз такое встречаю.

Рассматривал я его с интересом. Все же первый нарушитель, пойманный моей защитной системой. И ведь наверняка использовал навыки скрытности, чтобы пробраться… куда? К княгине или к Софии? Какова была цель его ночной прогулки? Спросишь — наверняка ответит, что захотелось воздухом подышать. Что ж, его желание исполнилось.

Выглядел он совершенно целым, неповрежденным, даже одежда не пожевана, поэтому его претензии мне были совершенно непонятны.

— Вы не гость, вы сопровождающее лицо, — отрезал я. — Вас предупреждали, что ночью по двору ходить нельзя? Предупреждали. Так что пеняйте на себя. У вас ничего не сломано, не порвано. Можно сказать, вы всю ночь провели в комфортных условиях. Надеюсь, вам удалось поспать?

— Поспать? — зло выдохнул он. — А вы не пробовали спать в каменюке?

— Я не пробовал, я в гостях всегда выполняю просьбы хозяев по перемещению по их территории, — ответил я.

Он дернулся, явно собираясь мне выдать что-то еще, но я задумчиво посмотрел на каменного стража, который рот открыл, чтобы выпустить жертву, но пока не закрывал. Потом посмотрел на дружинника, и тот счел лучшим удрать.

Я погладил Стража по шероховатой поверхности, весьма довольный и его работой, и впечатлением от нее, и скомандовал перейти в режим ожидания.

К завтраку княгиня вышла и сразу поинтересовалась, где там милая Софочка, из чего я сделал вывод, что как раз Софочку она надеялась не увидеть. Лицо княгиня держать умела, при появлении супруги внука ее глаза почти не увеличились в размерах, но хорошее настроение немедленно сменилось раздражением.

Княгиня заявила, что не выспалась из-за отвратительных условий и не может есть то, что мы ей предлагаем, поэтому они выезжают немедленно.

— Софии стоит поесть, — заметил я. — Перед долгой поездкой следует плотно позавтракать.

— Мария Алексеевна, без завтрака я не поеду, — гордо сказала София, пользуясь возможностью подразнить бабушку супруга.

Второй раз княгиня вышла из себя, когда узнала, что я буду их сопровождать до Озерного Ключа.

— Обойдемся без проводов, — процедила она.

— София собиралась зайти к полковнику Рувинскому и попрощаться.

— Вот еще. Выказывать уважение человеку, который захапал власть в нашем княжестве?

— Его поставил на это место император, — напомнил я. — Выказывая уважение ему, мы выказываем уважение императору.

Поскольку до Озерного Ключа София ехала со мной, то ее встрече с Рувинским княгине помешать не удалось. К полковнику не пошла ни она, ни один из ее телохранителей, с которыми она ругалась всю дорогу. Тихо так, чтобы не было слышно нам. И продолжила ругать их, когда мы с Софией пошли к Рувинскому.

Тот при нашем появлении из-за стола привстал, но не вышел, поэтому возможности поглядеть, что там у него с обувью, не появилось. Но это что-то явно было не в порядке, потому что перегибаться через стол, чтобы поцеловать руку даме, это перебор даже для такого странного человека, как Рувинский.

Нашей просьбе он не удивился, быстро заверил все три экземпляра, в том числе печатью, отправил свой экземпляр в сейф и пожелал даме хорошего пути, после чего от него мы сразу ушли. С Софией мы попрощались на выходе, она села в сани к княгине и помахала мне рукой. Довольной она не выглядела, как и остальные сидевшие в санях. Разве что извозчик отличался хорошим настроением — он поел, выспался и не пытался шляться там, куда его не пускали.

— Я за ними, — тихо тявкнул Валерон. — Сдается мне, в планах княгини нет места ни Софии, ни нам. И только мы можем всё исправить.

Глава 19

Когда я вернулся в поместье, Дружинники вовсю перерывали все доступные нашим гостям места. Тщательней всего — спальню Маренина, в которой ночевала княгиня, но и казарму, выступившую у нас гостевым домом, тоже просматривали тщательно. Не нашли ничего, даже с моим поиском тайников, который я использовал во всех помещениях.

Интуиция молчала, так что я решил до появления Валерона успокоиться и заняться другими делами. Каменный страж себя показал прекрасно, сделать бы еще несколько, увеличив общую сеть, но требовались куски склизняка, которые у меня закончились. Тварь эта была летней, зимой не встречалась. А куски его корпуса купить было невозможно, так как, по уверению справочника по тварям, они нигде не использовались, а значит, из зоны они не носились артельщиками. Обидно, но придется ждать тепла.

А когда дождусь, сделаю и сюда дополнительных, и в столичный особняк сеть, чтобы там тоже никто не шлялся. Сейчас же имело смысл заняться напарниками для Мити, но опять же вставал вопрос с двигателями. То есть основу можно сделать, но ее придется отложить, пока не найдутся элементали, желательно огненные. В этом мне может помочь Лихачевская артель.

Они сейчас тоже занимались проверкой зданий, но главу артели я отловил и поинтересовался:

— Насколько реально сейчас найти огненных элементалей?

— Пару мест близко знаем, Петр Аркадьевич, — ответил он. — Но туда лучше после смены монстров с зимних на летних идти. Зимой они, бывает, пропадают, то есть напрасно сходить можем, время потратим, а добычи будет немного.

То, что добычи будет немного, было нестрашно — защита слишком необходима, чтобы обращать внимание на такое. Но в комплекте с высокой вероятностью прогуляться просто так это был уже веский довод отложить поход на время потеплее. Даже если я не пойду с артелью,