Уровни силы - Nezloi

остановил его. Молниеносно воспользовавшись предоставленной возможностью, сделал шаг вперёд и с силой всадил топор куда-то в то место, откуда росли пучки мерзко-розовых щупалец.

В ту же секунду получил ответку: десяток отростков, словно кнуты, стегнули меня по рукам и лицу, с треском разрывая ткань бронежилета и царапая баллистическую маску.

«+ 30 ОП» — мелькнуло на периферии зрения.

Вырвав топор, отскочил обратно, едва избежав броска собакообразной твари с пастью тираннозавра. Причём спасла меня не моя ловкость, а то, что монстр оступился на неустойчивой баррикаде.

Не оплошав, тут же саданул по черепу топором.

+1 ед. к Ловкости.

+20 ОП.

Порадовала меня Система.

Стрелки с крыш продолжали стрелять, не жалея патронов, — благо можно было практически не целиться, монстры уже были буквально под ними.

Слева от меня ловко орудовал одноручной секирой охотник, облачённый в чёрный бронежилет с шевроном на груди с подписью «Пиво» и армейский шлем-сферу. В другой руке у бойца был щит, которым он очень умело пользовался, сшибая или отталкивая лезущих тварей.

Третью зверюгу встретил диагональным ударом, разворотив крепкий череп одним ударом. Пока я выдирал застрявший топор, показалась ещё одна тварь и едва не лишила меня самого дорогого, клацну зубами в в паре сантиметров от пахового модуля. Благо мой второй номер не растерялся и ударом вил остановил монстра.

Но я все же ощутил, как мои яички поджались.

Вернув топор себе, рубанул по серой мускулистой шее чудовища и тут же чуть не полетел вниз.

Ещё одна тварь, вцепившись мёртвой хваткой мне в голень, едва не стащила меня на другую сторону. Наголенник заскрипел под мощными челюстями монстра, но с честью выдержал испытание.

Под ухом оглушительно грохнул выстрел, вызвав звон в ушах, а бок кусачего монстра буквально разорвало.

— «Картечь»!

Мимолётно оценил я дыру в боку монстра.

Охотник, спасший мою ногу от поругания, отступил мне за спину и, матерясь сквозь зубы, стал спешно перезаряжать обрез.

Несмотря на непрекращающийся навал тварей, мы держались, хотя, конечно, не без потерь.

Вот я, отрубив лапу какому-то монстру, до дрожи похожей на человеческую руку, успеваю краем глаза заметить, как через баррикаду перемахнула смутно знакомая чешуйчатая тварь. И прежде чем охотники её приняли на рогатины, успела своими кинжальными когтями вспороть живот гражданскому и ободрать ткань с бронежилета охотника, оставив глубокие борозды на бронеплитах.

Немного в стороне надсадным криком заходился охотник: из отсутствующей до колена ноги хлещет кровь, рядом — несколько изрубленных тварей с несуразно огромными клешнями.

Многие уже обзавелись лёгкими ранами, даже я получил пару неопасных дырок в шкуре.

Несмотря на круговерть боя и рёв монстров, я чутко прислушался к автоматным очередям на соседней улице. В какой-то момент вдруг понял, что больше не слышу заполошной стрельбы.

— Всё, пиздец полицейским! Нужно отходить! — заорал я, пытаясь перекричать шум боя.

— Охотник, ты чо, с дуба рухнул⁈ — крикнул Дергачёв, тяжело дыша.

— Мы же держимся!

— Менты сдулись, сейчас нам в бок ударят.

Мой крик о отступлении в горячке боя проигнорировали.

Я уже подумывал, как бы мне половчее слиться на запасную позицию, захватив свой сквад, как на баррикаду запрыгнул самый настоящий кентавр. От увиденного на долю мгновения я даже растерялся. Гигант имел на человеческом и конском телах что-то отдалённо похожее на доспехи, собранные из шкур и деревянных плашек. Вооружён полуконь-получеловек был огромной дубиной, усеянной острыми осколками обсидиана.

С гортанным криком кентавр одним взмахом снёс охотника с секирой с баррикады, отбросив его на несколько метров назад и разбив в щепки щит.

Практически без участия мозга я выхватил запасной нож и, не примеряясь, швырнул его в кентавра.

Несмотря на то что стоял ко мне боком, монстр как-то заметил мой бросок и дёрнулся в сторону, но не успел: всё-таки между нами было меньше четырёх метров. Нож тускло мигнул лезвием и вонзился в бычью шею великана, хотя должен был — в горло.

— Симмиа! — трубным голосом проревел кентавр и, бросив на меня бешеный взгляд, ловко развернулся на шаткой баррикаде в мою сторону.

— Кажется, он разозлился.

Глава 15

От размазывания меня по шипастой дубине кентавра спас охотник с обрезом, опять вступивший в самый подходящий момент.

Оглушительно рявкнув, обрез выбросил сноп пламени. К моему удивлению, заряд картечи, вместо того чтобы превратить грудь полуконя в лоскутья плоти и осколки костей, заставил его встать на дыбы, оставив десяток небольших кровящих ранок на мускулистом торсе.

— Отходим!

Выкрикнув команду, я спрыгнул с баррикады и, схватив охотника с обрезом за рукав, попятился к дому.

Кентавр опять что-то яростно выкрикнул, причём все его слова были вполне членораздельны, и одним мощным прыжком оказался среди охотников.

— Валим, валим!

Пробормотал я, срываясь на бег, даже не став досматривать мясорубку, что монстр устроил охотникам. На бегу, зарубив метнувшееся к нам нечто, похожее на крысу-переростка, мы ввалились в дом. Кроме нас троих, за нами увязалось ещё двое местных и один охотник.

Едва в дверной проём проскочил охотник, бегущий последним, как я захлопнул дверь, и в то же мгновение что-то со страшной силой ударило в стальное полотно, вогнув его внутрь.

— Вени депантиес!

Проревел за дверью знакомый трубный голос.

— Пошёл нахуй, бешбармак! — неожиданно крикнул охотник с обрезом.

— Все к окнам, быстро!

Мой приказ буквально подбросил немного расслабившихся людей. К счастью, окон было немного, и нас с запасом хватило, чтобы их перекрыть.

Ещё пару раз саданув по двери, кентавр прокричал что-то, судя по интонациям, оскорбительное и пошёл искать другой вход.

«Даже если он сможет выбить двери, попасть в дом всё равно не получится: такая туша просто не сможет втиснуться в узкий для неё дверной проём»

Робкая мысль подарила надежду пережить этот день.

Из первого же окна, в которое полуконь сунулся, ему прямо в лицо всадили порцию свинцовой картечи — и опять тварь отделалась мелкими ранками.

— Странно, мой нож почти на полклинка в шею зашёл, а картечь — как горох, — охотник с клевцом в руке усмехнулся.

— Ха, ты что, серьёзно не знаешь⁈

— Не знаю чего? — начал я раздражаться.

— Молодо-зелено. Некоторые твари, начиная с «пятёрок», имеют иммунитет к огнестрельному оружию.

— Что, бля⁈ — натурально охренел я от заявления охотника.

— Это, блядь, по-твоему, простуда⁈

— Это магия, сынок.

«Безумный мир, с ебанутыми законами природы!»

Тем временем кентавр сообразил, что из каменного дома ему нас не выковырять, и вернулся на улицу, быстро раздавил небольшой очаг сопротивления, организованный в дощатом сарае.

«Господи, ну что за идиоты! Я же каждому чётко