Пепел Оруина - Осипова Татьяна

найдём способ.Они прорвались в нижний ярус к лаборатории. Пока Макс и Док настраивали синтезатор, Лекс не отходил от Веры.— Сколько проб понадобится? — спросил он Дока.— Хотя бы несколько. Воспроизвести антидот сможем уже на Кассиопее, в нормальной лаборатории.— Уверен?— Вполне, — хмыкнул старик. — Это я сейчас инженер. А вообще в медицине кое-что понимаю.Это откровение удивило всех, но времени на расспросы не было. Вера сидела на ящике, неестественно тихая. Она не проверяла оружие, её взгляд застыл в одной точке.— Вера, голова не кружится? — Лекс коснулся её руки, списав всё на удар о переборку.Она медленно повернула к нему голову.— Всё хорошо, Лекс. Просто… очень устала. Тишина здесь слишком громкая, ты не находишь?Он не знал, что в этот момент невидимый враг уже превращал её воспоминания в серый пепел.

4. Пустота

Когда «Свобода» тяжело коснулась бетона на Кассиопее, Лекс первым делом подошёл к креслу Веры. Он хотел ободрить её, коснуться руки, но девушка сидела пугающе неподвижно.— Мы на месте, Вера. Идём, нужно отдать антидот Дане. Всё закончилось.Она медленно, словно нехотя, повернула голову. В её глазах не отразилось ни облегчения, ни усталости. Только та самая пустота, которую они видели на «Атолле». Стерильная. Мёртвая. Страшная.— Вы что-то хотели? — спросила она вежливо и отстранённо, как спрашивают случайного прохожего. — Кто вы? И… почему я здесь?Лекс замер, боясь дышать. Взгляд упал на её шлем, брошенный на колени. Теперь, при ярком свете кабины, стала видна тонкая трещина на стыке визора, забитая белым, нетающим инеем «Атолла».— Макс! Док! Сюда! — закричал он, и голос сорвался на хрип. — Она заразилась! Срочно провести дезинфекцию корабля! Всем пройти тестирование!Веру на руках перенесли в жилой блок. Болезнь развивалась стремительно: кожа стала прозрачной, дыхание — прерывистым. Пока Док дрожащими руками готовил инъекцию из привезённой ампулы, в дверях появилась Дана. Её лицо было серым.— Лекс… Трофимов убит. Арли отдал приказ. Прямо в штабе, при всех.Командир закрыл глаза, чувствуя, как мир окончательно рассыпается в прах. Он потерял наставника, а Вера — человека, которого любила как отца. Самое страшное заключалось в том, что она даже не могла его оплакать — она просто не помнила, кто это.Дана смотрела на ампулу в руках Дока с явным сомнением.— Мы не знаем, сколько времени нужно антидоту, Лекс. Это неизвестная субстанция.— Она станет прежней? Должна стать! — Лекс поднял на неё глаза, полные колючей боли.— Я надеюсь. Но вам пора уходить. Патрули Альянса уже прочесывают сектор.— А Вера? — бесцветным голосом спросил Лекс. — Мы и сами можем быть носителями инфекции.— Нужно время, чтобы стабилизировать её состояние. А у тебя и ребят его нет. Как и у её отца в Новом Багдаде. Но ты прав: сначала тесты.— Ты общалась с нами, а мы с ней, — парировал Лекс. — Нельзя нести заразу к твоим ребятам.— Хорошо, — сдержанно кивнула Дана. — Я останусь. Ждём, что скажет этот гений Док.— На Оруине много гениев, — вставил Эйден, пытаясь хоть немного разрядить атмосферу. Макс, не отрываясь от планшета, даже не расслышал слов друга.— Пойду к Вере, — вздохнул Лекс. — Если будут новости, зовите.Он остался с ней наедине. Вера напоминала сломанную куклу: она дышала, смотрела в потолок, но в этом взгляде отсутствовала душа.— Ты меня знаешь, — твердил он, сжимая её холодные пальцы. — Пожалуйста, вспомни. Ты обещала меня убить, если я не вернусь. Помнишь?— Не помню, — отвечала она тихим, ровным голосом, от которого внутри всё вымерзало.Док закончил работу к четырём утра. Его руки больше не дрожали. Лекс с удивлением наблюдал за его уверенными движениями, не веря, что в старом инженере столько лет спал талантливый учёный.Когда Эйден принёс шприц-пистолет, Лекс принял его как величайшую драгоценность. Парень что-то говорил о лакмусовых тестах и отрицательных пробах, но бывший десантник уже не слушал. Он ввёл Вере антидот. А потом, не зная, поможет ли это, начал рассказывать. О пыли Оруина, о борьбе, о том, как восхищался её силой. Там, в полумраке подвала, он впервые признался ей в любви. Он рассказывал про звёзды и про то мгновение, когда понял: без неё космос — это просто холодная яма.К утру лихорадка отступила. Вера открыла глаза, и Лекс замер. Там, за пеленой болезни, блеснула живая искра.— Ты сказал… что любишь меня, — едва слышно прошептала она. — Это правда?— Правда, — выдохнул он.В этот миг плотина рухнула. Память вернулась — резкая, беспощадная. Смерть Трофимова обрушилась на неё всей своей тяжестью. Вера закричала — тонко, надрывно, — а затем зарыдала на плече Лекса. Он просто держал её, понимая: теперь пути назад нет. Только огонь.— Арли объявил нас террористами номер один, — сообщил Макс, изучая монитор. — За наши головы назначена награда, на которую можно купить целую луну.— Значит, будем врагами, — отрезал Лекс, затягивая ремни в пилотском кресле. Голос его звучал сухо.— А генерал Серов? Новый Багдад стал крепостью. Там вся гвардия Конфедерации.Лекс посмотрел на Веру. Она сидела рядом — бледная, но с тем самым неистовым огнём в глазах.— Его мы вытащим, — бросил он. — С боем. Как всегда.Вера прижалась лбом к его плечу. От неё всё ещё пахло антисептиками и тем сладковатым инеем.— Я обещала тебя убить, если ты не вернёшься, — напомнила она с надломленной улыбкой.— Я вернулся. И ты тоже. Теперь мы вместе спасём твоего отца. Он сжал руку Веры, чувствуя её уверенное ответное нажатие.Лекс вспомнил шёпот Даны: «Вам сказочно повезло. Ещё немного, и вирус разрушил бы саму структуру мозга. Она вернулась чудом. И тесты у всех нас отрицательные — Док спас нам уйму времени».

5. Гамбит «Альир»

— Макс, — Лекс перевёл взгляд на экран. — Загружай координаты правительственного сектора Нового Багдада. Надо понять, как туда просочиться. «Свобода» слишком огромна для такой операции, её используем только в крайнем случае. Челнок — в резерв для экстренной эвакуации. Нам нужно распределить роли и составить план, который реально сработает. Хватит с нас потерь…

— Лекс! — его прервал низкий, прокуренный голос, от которого по спине пробежал холодок узнавания.

Из тени служебного ангара вышел рослый мужчина в выцветшем камуфляже.

— Ник, дружище! — Лекс шагнул навстречу, и они крепко обнялись, по-мужски хлопая друг друга по бронежилетам.

— У меня новости, от которых у Арли случится инфаркт,