Альфа-ноль. Все части - Артем Каменистый

Мой удар оказался страшен. Именно такими я удивлял мастера Тао. С их помощью быстро научился разбирать крепчайшие бревна на «пятаки». Металлическая рука — не дерево, но тоже не сдюжила, шест вырвало из пальцев.

А мое оружие на этом не остановилось, продолжало двигаться справа налево, горизонтально. И самым кончиком достало до головы, соприкоснувшись с ней с грохотом, разлетом оторванных пластин и солидным выбросом пыли.

— Спасибо! — напряженно, но при этом насмешливо выкрикнули слева.

Чуть повернувшись, я кивнул Гьерре. Именно она отвлекала соседнюю парочку. Со мной это не согласовывала, но ее действия я учитывал.

Как и действия еще одной девушки. Как ни странно — знакомой. Ну… не в том смысле, что мы представлены, просто она первая ученица, которую я повстречал здесь. Собственно, на тот момент она была не ученицей, а кандидаткой. Направлялась к воротам с окровавленными мечами в руках.

Запоминающееся зрелище…

Не знаю, кто она, как ее звать и что с ней тогда случилось, но сейчас она демонстрировала завидные чудеса ловкости, одновременно сражаясь с четверкой кукол. Далеко при этом отошла от остальных учеников, и ее это ничуть не смущало.

Ладно, пока что за этот фланг можно не беспокоиться. Там и остальные куклы на чернявую ловкачку нехорошо поглядывают. Она для них главный раздражающий фактор, быстро на нас не переключатся.

Гьерре до нее далеко, но тоже хорошо сработала. Мы с Огроном успели разобраться с парочкой, на выручку всего одна кукла подоспела, да слишком поздно. Остальные только-только начали шевелиться, но все уже кончено, им осталась лишь месть.

Крепкая девица без ответного «спасибо» не осталась — ухитрилась подхватить выбитый у куклы шест в полете. То есть благодаря мне обзавелась оружием.

Мне трофея не жалко, даже рад за нее. Все мы сейчас в одной лодке, усиление одного из нас работает на общее благо.

Огрон успел подскочить самостоятельно. Я даже не увидел, как он так быстро выбрался из-под все еще дергающейся металлической фигуры. Увы, глаза на затылке отращивать не научился.

Не обращая внимания на мстительных кукол, дружно побросавших все дела и направившихся в нашу сторону, сосед хлопнул меня по плечу:

— А ты шустрый. И что дальше приказывать будешь?

Я, крутя головой, спросил:

— Видишь кукол вокруг?

— Глаза есть, вижу.

— Надо их положить. Всех.

— Приказ понятный, — усмехнулся Огрон.

Он не только подняться успел, он отобрал у своего беспомощного противника щит и дубинку. Определенно перспективный малый, удивительно продуманный и спокойный для такого возраста. С таким хладнокровным помощником я тут много дел наворотить успею.

Рывок навстречу ближайшей кукле, такой же незамысловатый удар во всю дурь. Эта тоже попыталась прикрыться щитом. Тот выдержал, но противник не удержался на ногах.

Да-да, я почти без разбега бесхитростно свалил того, кто раза в четыре меня тяжелее. Может, для великого мастера это так себе результат, но Огрон, глядя на завалившуюся фигуру, одобрительно присвистнул.

На меня насели сразу две куклы, но сосед тут же принялся пытаться отвлечь одну на себя и при этом косился назад, где тоже подступали. Как-то так получилось, что мы резко остались в этом месте в одиночестве. Лишь пара учеников на песке возится, все прочие откатились дальше к центру. По-хорошему надо бы туда прорываться, но я опасался, что остальные участники станут нам мешать. Очень уж нерасторопно многие действовали, если не сказать хуже. Не хочется терять свободу действий в толпе таких увальней.

Из общей свалки выскочила знакомая стремительная фигура, причем не металлическая. Один из моих противников не успел среагировать на новую угрозу и завалился, рассыпая пыль из пробитой головы.

Гьерра без паузы накинулась на следующего, прокричав:

— Если прикрывать спины, справимся!

Нельзя не признать, что идея разумная. Основную угрозу представляло количество кукол и то, что они наваливаются со всех сторон. Легким металлическим шестом косить их одного за другим непросто, неминуемо придется выдерживать атаки с разных направлений.

— Огрон! Ты ее слышал! — крикнул я, удачно пробив чуть выше щита голову очередному противнику.

Дальше нам пришлось учиться на ходу, приноравливаясь друг к дружке. Гьерра частенько мешала чертовски широкими замахами, под которые попадать нежелательно; Огрон чересчур медленно выводил кукол из строя, перед ним они вечно стеной стояли, напирали. Приходилось крутиться, успевая и ему помогать, и ухитряться не попадать под «дружественный огонь».

Я бил, бил и бил, все мои движения подчинялись одной цели: как можно сильнее и быстрее лупить при любом намеке на возможность проделать это без вредных для здоровья последствий. Листовой металл громыхал так, что едва уши не закладывало. На место упавшей куклы лезли сразу несколько, торопливо стягиваясь к центру очага сопротивления с разных направлений. Мой шест стал неровным от коррозии, затем согнулся сразу в двух местах, работать им стало неудобно. Пришлось подхватывать новый, благо дефицита оружия больше не наблюдалось.

Дорс и Диби, оценив, как красиво мы удерживаем позиции, прорвались к нам из общей свалки с парой крепких учеников. Всемером мы разошлись кругом, удерживая приличный периметр. Это позволяло пострадавшим отходить за спины товарищам, переводить дух и снова вступать в бой.

Я под сильную раздачу не попадал. Заранее, почти не задумываясь, как это было принято у меня еще до непродолжительного, но плодотворного обучения у великого мастера, подключил все пассивные навыки, работавшие на защиту. Это позволяло вообще не реагировать, когда в меня на хорошей скорости прилетали оторванные детали вражеской брони. Случалось, приходилось парировать предплечьями оружие кукол. Не всегда возможно увернуться, схватка у нас тесноватая. Будь я нулевкой, переломов не избежать. А так лишь от боли кривился, но ни разу не отступил, не позволил себе сделать передышку.

Нельзя мне отходить. Хотя к нам и другие ученики потянулись, нетрудно заметить, что я, Огрон, Дорс и Гьерра — главные «бастионы» нашего кольца обороны. Мы, не сговариваясь, удерживали четыре стороны, все прочие ученики или помогали кое-как слева и справа, или подавали оружие взамен испорченного, или просто под руки не лезли. Даже когда нас собралась дюжина, до девяноста процентов сваленных кукол приходилось на нашу четверку.

Огрон работал без хитростей, или я их не замечал. Дорс то и дело использовал навык, на несколько секунд повышавший его силу до ужасающих величин. В таком режиме даже «свежие» шесты в его руках сгибались при ударах, будто вареные макаронины, поэтому здоровяк быстро переключился на пару дубинок: те и короткие, и куда толще. Выдерживали почти во всех случаях и разрушались медленнее. Гьерра обычно отбивалась на чистой