Остывший пепел прорастает цветами вишни - Александр Петрович Нетылев

Король Демонов к последним совершенно точно не принадлежал.

Когда империя строилась, определенные провинции становились житницами — территориями, где активнее всего развивалось сельское хозяйство и откуда поставлялась провизия в другие города. Затем начиналась экспансия. Завоевывались прилегающие территории, постепенно они асимиллировались, примыкая к империи. Коммуникации становились все более растянутыми; что хуже, пути поставок сводились к малому числу жестко установленных маршрутов.

В своем эссе Ичэнь планомерно перечислял места, военная блокада, стихийное бедствие или активность разбойников на которых может полностью перекрыть поставки провизии в дальние регионы. Не скупясь на краски, он расписывал, к каким катастрофическим последствиям может привести голод в провинциях, упоминал опыт царств прошлого, вплоть до восстаний (не уточняя, что одно из них он устроил лично).

В качестве решения же проблемы он предлагал организовать альтернативные житницы в провинциях отдаленных от существующих; места для них он выбрал из тех соображений, чтобы старые пути снабжения практически нигде не пересекались с новыми. Таким образом, писал он, даже если Восточная Вэй или иной враг целенаправленно будет вызывать проблемы, голод не превратится в катастрофу.

Король Демонов не слишком надеялся, что его идею и вправду реализуют: по некой причине практически каждый правитель смертных куда охотнее приближал к себе людей, склонных надеяться Небеса и совершенно не понимающих, зачем им тратить немалые средства на защиту от угрозы, которой может и не случиться. К тому же те, в чьем ведении находились существующие житницы, сделали бы все от них зависящее, чтобы не допустить ослабления своего влияния.

И тем не менее, он полагал, что подобным образом четко даст понять, в каком ключе он мыслит, — и если Император не полный дурак, то должен оценить это.

К сожалению, Императоры бывали полными дураками чаще, чем хотелось бы.

Памятуя о том, что эссе без цитат авторитетных источников смертные почитали поверхностными, под конец своего эссе Король Демонов позволил себе легкую шпильку в адрес потенциальных противников организации новых житниц. Эффектно закончив его цитатой:

«Когда исходят лишь из выгоды, то множат злобу»

Аккуратно доведя последний иероглиф в эссе об экономике и сельском хозяйстве, Демон-Лис принюхался к воздуху. Покосился на затянутое тучами небо.

И начал развязывать халат.

Тут же обернулись к нему сразу несколько пар глаз; некоторые из соискателей даже оторвались ненадолго от своих работ. Похожий на хорька евнух побагровел от злости.

— Цзянь Вэйан! — прикрикнул он, — Вспомните, где вы находитесь, и соблюдайте приличия!

Ичэнь ничего не ответил. Сняв халат, он остался в отнятых когда-то у разбойника рубахе и безрукавке, — хоть уже и постиранных, но все равно контрастировавших еще сильнее с одеждами соискателей из благородных семей.

А евнух злился все больше.

— Какая дерзость! Как ты смеешь не отвечать!

Король Демонов посмотрел на него. Затем на принца. Чуть улыбнулся. И молча, не нарушая правил, ткнул пальцем вверх.

— Что это значит! Отвечай, когда… — начал было евнух, но принц жестом остановил его.

И подозвал к себе слугу, уже несшего зонт.

Когда на экзаменационный двор упали первые капли дождя, Ичэнь как раз успел расправить халат над своим столиком, не позволяя воде размыть чернила. А вокруг потихоньку нарастала паника. Некоторые из соискателей лишь хватались за голову, растерявшись и не зная, что делать, когда часы труда пропадают зазря. Другие последовали примеру лиса, прикрывая свои работы халатами, плащами или иной одеждой. Нашлось немало и предусмотрительных ребят, взявших с собой зонты; этим препятствие в виде дождя доставило меньше всего проблем. Еще двое не сдержали возгласов негодования, а один даже возмутился невозможностью проходить экзамен в таких условиях.

Этих троих вывели со двора.

Тем временем Мао Ичэнь приспособил меч в ножнах в качестве опоры; второй опорой послужила его собственная голова. Растянув между ними халат, он получил импровизированный навес, что позволило освободить руки и продолжить писать.

Ловя на себе заинтересованный взгляд второго принца.

Многие из молодых ученый писали в своих эссе об улучшении законодательства предложения запретить что-либо «безнравственное». Это было верной ставкой, не требовавшей особого умения, но обозначавшей их как людей инициативных и при этом добродетельных.

Именно поэтому Король Демонов не желал вливаться в общий поток.

Предпочитал он идти по своей кривой дорожке.

«Очевидное редко бывает истинным», — вывел он в самом верху листа, не вспомнив у древних более подходящей цитаты.

В своем эссе Мао Ичэнь толковал, что вещи, которые на протяжении истории Великой Вэй не удавалось по-настоящему запретить, необходимо регламентировать и взять под контроль. Вместо того, чтобы запрещать «безнравственную» литературу, следовало официально распространять её средствами государственной печати. Производство опия — поставить под управление Ведомства Медицины, дабы использовать это губительное зелье в создании лекарств. Открыть государственные игорные дома, — раз уж попытки запретить подданным азартные игры раз за разом терпели неудачу, то пусть уж лучше они находятся перед глазами.

Не можешь победить врага — возглавь его.

Запреты же, по мысли Короля Демонов, лишь стимулируют людей нарушать их. Человек соблюдает законы, когда уже находится в их рамках. Но если чтобы совершить желаемое, ему уже нужно преступить закон, то рамок никаких более не существует.

Он как раз дописывал это эссе, когда количество соискателей уменьшилось еще на одного человека. Прямо позади него молодой ученый, не выдержав усталости и напряжения, рухнул без сознания со скамьи. Ичэнь не стал оборачиваться к нему: ему не было до этого никакого дела.

Тот, кто был слишком слаб, не заслуживал его помощи.

Сейчас куда больше волновало его эссе о военной стратегии. Проведя более двух тысяч лет на войне, Король Демонов мог со всей ответственностью сказать, что в военном деле разбирается лучше всех прочих соискателей вместе взятых. Если бы он просто изложил в своем эссе весь свой военный опыт, получившийся многотомник занял бы свое почетное место среди военных трактатов Западной Вэй.

Однако вместе с тем, Мао Ичэнь не хотел сделать свое эссе слишком хорошим. Он не хотел, чтобы оценив его работу, Император Вэй назначил его на должность в военное министерство.

Проведя на войне более двух тысяч лет, Король Демонов был ею сыт по горло.

Поэтому его суждения о войне были разумны, но не гениальны. В своем эссе Мао Ичэнь рассуждал о границе между понятиями «воин» и «солдат». Под воинами среди смертных понимались почти исключительно мастера мира цзяньху; те, кто унаследовал секреты, которым когда-то обучил человечество Второй Бог Войны, Четырехцветный Цилинь Охраняющий Дворцы. В свою очередь, солдаты набирались массово при рекрутском наборе: в условиях войны каждый двор обязан был