Личный аптекарь императора. Том 11 - Егор Золотарев

Затем до меня долетел обрывок крика, в котором говорилось, что меня заживо сварят в горячем масле. В общем, осман всеми силами пытался уговорить и запугать меня, но со мной такие вещи не пройдут. Я — патриот, и Родину не продаю.

Добрались мы до лагеря уже под вечер. На этот раз Калифрон подлетел к воротам и, оставив меня и пленников на дороге, полетел на свою поляну.

Дежурные же запустили меня внутрь, подхватили под руки османов и повели в штаб. Почувствовав запах дыма, я понял, что растопили баню. Мне нестерпимо захотелось оказаться на горячей полке с березовым веником в руках, а потом выпить холодного кваса и заесть пирожками с осетром, но я решил отложить удовольствия на потом. Сначала дело.

Грибоедов уже был в курсе, что произошло, поэтому, поблагодарив меня за службу, сам взялся за допрос.

— Назовите свои имена, — велел генерал, грозно взглянув на пленников.

В ответ те что-то затараторили на своём языке, но их тут же осадил переводчик, находящийся неподалёку.

Выкрикнув пару фраз на османском языке, он шепнул дежурным:

— Обозвал нас самыми последними словами, сволочь.

— Хватит с ними церемониться. Они с нашими куда хуже обращаются, — угрюмо проговорил маг и обратился к генералу. — Ваше превосходительство, можно я его накажу, чтоб язык научился за зубами держать?

— Не надо, Миша. Успеется. Потом, — махнул рукой генерал.

Османы переглянулись. Один второму что-то быстро прошептал.

— Молчать! — маг ткнул одного османа кулаком в бок, и тот, застонав, скрючился.

— Миша, ну я же просил, — Грибоедов покачал головой. — Потом кулаки разомнёте. При мне ни-ни. Всё-таки я власть, и должен соблюдать закон. А вот когда вы их в тюрьму поведёте, то можете делать что хотите. Никто вам слова поперёк не скажет.

Тот, что знает русский, недовольно выдохнул и заговорил:

— Моё имя: Оман бин Эртугрул ибн Сулейман аль Газзави аль Османи.

— О, заговорил, — усмехнулся Грибоедов. — Ну давай, продолжай. Какой чин занимаешь, Оман?

— Сераскер, — сухо проговорил он и угрюмо взглянул на генерала, а потом посмотрел на меня, будто пытался взглядом испепелить, но антимагические кандалы отлично справлялись с задачей, поэтому ничего он сделать не может.

Генерал же застыл и уставился на него так, будто не мог поверить в услышанное.

— Кто такой этот сераскер? — вполголоса спросил я у переводчика, ведь понятия не имел о чинах в османской армии.

— Военный министр по-нашему, — шепнул он мне в ответ.

Ну всё ясно. Я так и знал, что он не простой вояка. Чувствовалась в нём сила и властность. Больше меня ничего не интересовало, поэтому я вышел из штаба и направился в столовую. Шустрик как-то прознал, что я вернулся, и внезапно появился на плече.

— Привет, — я погладил зверька по шелковистой шерстке.

За всё время пребывания в лагере он ни на сколько не похудел. Да и как он может похудеть, если для него нет преград? Ни один замок не может его остановить. По возвращению домой придётся задуматься о его месте жительства. Всё больше я склоняюсь к тому, чтобы поселить Шустрика в нашей анобласти под присмотр Зоркого. Уж он-то спуску обжоре не даст, а магический купол не позволит воровать из дома или у охотников.

Вкусно поужинав, помылся в бане и с наслаждением растянулся на кровати. Наконец-то смогу нормально отдохнуть и выспаться. Хотя… нет, выспаться не удастся. На рассвете полечу вслед за отрядом. Не хочу их оставлять без поддержки сверху.

* * *

Едва рассвело, мы с Калифроном поднялись в воздух и устремились в сторону османского войска. Сегодня шел снег, и было плохо видно землю, но дракон каким-то своим внутренним чутьём прекрасно ориентировался на местности.

Где-то на середине пути мы вылетели из снежной пелены и ускорились. После полудня, когда мы остановились отдохнуть, вдали показались разноцветные всполохи, которые бывают при использовании магии. Ага, значит, мы уже близко, а отряд начал наступление. Быстро доев кусок мясного рулета, запил водой из фляжки и взобрался на Калифрона.

«Вперёд, мой верный дракон! Нас ждут великие дела!»

Калифрон, воодушевившись, рванул вверх и, рассекая острыми крыльями воздух, понёсся к разгоревшейся битве.

Издали я заметил, что Орлов выбрал очень правильную тактику. Маги распределились, взяв войско в полукруг. Они отрезали обратный путь заметно поредевшему войску и как бы подгоняли их вглубь империи, атакуя и создавая видимость того, что на них напал не один небольшой отряд, а как минимум три. Маги перебегали от дерева к дереву и отправляли заклинания так, будто их было сразу несколько человек.

Когда османы увидели дракона, то часть магов сразу переключилась на нас. Я закрылся защитным коконом и растянул его насколько мог, расходуя куда больше маны, чем обычно. Хватило закрыть часть морды с глазами и шею.

Ловко избежав двух ледяных копий, дракон опустился лес и, облетев войско с другой стороны, внезапно вынырнул из-за деревьев и начал поливать османов огнём. Те не ожидали атаки с этой стороны, запаниковали и бросились врассыпную.

Я тоже не остался в стороне и раз за разом заряжал зельестрел ядовитыми патронами. Отряд Орлова заметил нас и с новыми силами принялся атаковать врагов, прикрываясь деревьями. Началась настоящая ожесточенная битва.

Вдруг вдали в небе показались какие-то большим чёрные птицы. Это ещё что такое?

«Калифрон, вверх!» — приказал я, пристально всматриваясь вдаль.

Дракон отреагировал не сразу — вошёл в раж и крушил обозы и вновь сделанные палатки. Но когда он ринулся наверх и увидел приближающихся по воздуху, оглушительно взревел и полетел навстречу. И тут я понял. Это не птицы, а дирижабли, и летели они со стороны нашего лагеря, а значит, не могли быть вражескими.

«Нет, Калифрон! Нельзя атаковать! Это свои!» — мысленно закричал я, видя его разгорающуюся ярость.

Пришлось приложить много сил и даже несколько раз ударить пятками по шее, чтобы дракон послушался меня.

Когда дирижабли приблизились, я на мгновение подумал, что они могут нас атаковать, но, когда они просто пролетели мимо, понял, что воинов предупредили обо мне и Калифроне.

На корпусе каждого дирижабля был герб империи, поэтому не возникло ни малейших сомнений, что это и есть то подкрепление, которое мы ждали. Возвращаясь к месту битвы, я заметил, что один из дирижаблей опустился на землю, и из него выбежали два десятка магов. Остальные же летательные средства подготовили орудия и принялись стрелять в военную технику с