Пушкин и Романовы. Великие династии в зеркале эпох - Лариса Андреевна Черкашина

Великой княгине довелось стать свидетельницей триумфа пушкинского гения. И хотя на открытии памятника поэту в Москве в июне 1880-го ни Мария Фёдоровна, ни её супруг-цесаревич не присутствовали, но в списке августейших жертвователей на его возведение есть их имена.

Принцесса Дагмар. 1865 г. Фотография

И еще одно, весьма значимое и почти забытое свидетельство. Апофеозом тех пушкинских торжеств в Москве стала блистательная речь Фёдора Достоевского в зале Благородного собрания, вызвавшая небывалый восторг публики. По возвращении в Петербург писатель, как вспоминала его жена, «был приглашен во внутренние комнаты по желанию императрицы Марии Фёдоровны, которая благодарила Фёдора Михайловича и долго с ним беседовала». Не составит труда угадать тему той давней беседы – бесспорно, речь шла о Пушкине!

…Великой княгине, как и всем членам царской семьи, выпало испытание пережить ужас мартовского дня 1881 года, когда в Зимний дворец внесли истекавшего кровью Александра II.

Из письма Марии Фёдоровны матери, королеве Дании Луизе:

«Какое горе и несчастье, что наш Император ушёл от нас, да ещё при таких ужасных обстоятельствах. Нет, кто видел эту страшную картину, никогда не сможет забыть её! Я вижу перед собой это постоянно – день и ночь! Бедный безвинный Император, видеть его в этом жутком состоянии было душераздирающе!»

Этот день она помнила всегда. «…Я еду в крепость на эту страшную годовщину 1 марта, – сообщала императрица сыну Георгию. – Этот ужас никогда не изгладится в наших сердцах и в памяти каждого, кто был свидетелем того жестокого дня…»

Цесаревна Мария Фёдоровна и цесаревич Александр Александрович с сыном Николаем. 1870 г. Фотография

Судьба готовила августейшей семье ещё одно испытание: железнодорожную катастрофу у станции Борки Харьковской губернии, где царский поезд сошел с рельс. Тогда, в октябре 1888-го, все – император Александр III, супруга-императрица, дети, – чудом остались живы!

В 1891 году в Доме Романовых разразился скандал: великий князь Михаил Михайлович, кузен императора, вступил в морганатический брак: в нарушение династических законов женился на «особе не из владетельного Дома». Особой той была одна из красивейших женщин своего времени – графиня София де Торби, внучка Пушкина! Императрица называла её несколько пренебрежительно: «Фрау!»

Мария Фёдоровна долго ещё помнила, как прогневался тогда её венценосный муж: «Он ходил по комнате и произносил ужасные слова, которых я никогда от него не слышала. Он говорил: “Макар… Макар”, т. е., вероятно, он угрожал новобрачному сослать его туда, куда Макар телят не гонял».

Мария Фёдоровна с сыном Николаем. 1871 г. Фотография

Однако царская угроза о ссылке в неведомые края не исполнилась: августейший изгнанник обосновался со своей прелестной женой на Лазурном Берегу, в Каннах.

В конце мая 1891-го Мария Фёдоровна адресует из Ливадии письмо супругу-императору: «Дядя Миша (великий князь Михаил Николаевич. – Л. Ч.) мне сказал, что он слышал, что его сына Мишу лишили средств к существованию. Но он надеется, что раз ты ему об этом не сказал, то это неправда. Он считает, что ты никогда не сделаешь это, не поговорив с ним. Твоя на всю жизнь, твоя от души Минни».

Заступничество императрицы, сделанное ею весьма дипломатично, результаты всё-таки принесло. Александр III поспешил с ответом: «Моя милая душка, дорогая Минни! Благодарю от всей души за твоё письмо; я так рад был читать его… ‹…› Насчет Михаила Михайловича – не верю. Действительно, я приказал уменьшить его содержание наполовину, но всё-таки он будет получать в год 60 000 рублей, кажется достаточно, он и этого не заслуживает».

С супругом Александром III и августейшим семейством. Петербург. Конец 1880-х гг. Фотография

Марии Фёдоровне приходилось вникать не только в семейные проблемы, – в Доме Романовых спокойствие было редким гостем, – но и достойно исполнять представительские функции русской царицы.

Она любила живопись и неплохо рисовала, несколько её картин хранятся в петербургском Русском музее, ранее именованном в честь державного супруга «Русским музеем императора Александра III». Любовь к живописи по наследству перейдет к её младшей дочери, великой княжне Ольге Александровне, первой августейшей художнице.

…В октябре 1894-го счет счастливым дням прервался: императрица Мария Фёдоровна овдовела.

Императрица Мария Фёдоровна

Из писем вдовствующей императрицы сыну, великому князю Георгию Александровичу:

«О, как это было страшно и ужасно… Бог отобрал у меня того, которого я лелеяла и любила больше всего на свете…»

«Мне чудится, что я вижу, как сейчас появится его дорогая фигура. И я всё не могу осознать и заставить войти в мою голову страшную мысль, что всё кончено, правда, кончено, и что мы должны продолжать жить на этой грустной земле уже без него!»

Малоизвестная страница в жизни вдовствующей императрицы: бывая в Царском Селе, она особо привечала одну из своих подданных, директрису Дома образцовых нянь Ольгу Александровну Пушкину, внучку поэта. Знаками особой милости стали драгоценные безделушки, что императрица одаривала свою любимицу. Тем самым, возможно и неосознанно, выражая любовь к самому Пушкину…

В марте 1917-го вдовствующая императрица уехала в Крым и прожила там более двух лет: вначале в имении Ай-Тодор, затем в Дюльбере и Хараксе. В Крыму, где Мария Фёдоровна нашла убежище во время революционных бурь, одним из тех, кто охранял её жизнь, был офицер Русской армии барона Врангеля Николай Александрович Пушкин. Внук поэта! Опасность была невымышленной: Ялтинский совет большевиков принял решение расстрелять всех Романовых.

В апреле 1919-го Мария Фёдоровна с дочерью Ксенией, зятем, великим князем Александром Михайловичем, внуками, с семьями великих князей Петра и Николая Николаевичей, другими именитыми русскими беженцами навсегда покинула Россию.

Вдовствующая императрица вернулась на родину, в Данию. Скончалась в октябре 1928 года на вилле под Копенгагеном, местом её упокоения на долгие годы стал кафедральный собор в Роскилле, усыпальница датских королей.

С короной, с княжеским гербом

Воздвиглась новая гробница…

До последнего своего часа Мария Фёдоровна не желала верить, что сына-императора Николая II и его августейшей семьи нет уже на белом свете…

Губернатор Первопрестольной

Великий князь Сергей Александрович (1857–1905)

Пятый сын императора Александра II и императрицы Марии Александровны.

С января 1882 г. начал службу в лейб-гвардии Преображенском полку. Участник Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. Награждён орденом Св. Георгия 4-й степени.

Женат с июня 1884 г. на принцессе Гессен-Дармштадтской Елизавете-Александре-Луизе-Алисе, в православии – великой княгине Елизавете Фёдоровне. Брак