Я разрушу твой брак - Мира Амирова

Любовью в их квартире с Яром, а то здесь бы вообще не до такого сладкого Серёженьки было бы. — Давай, к годам так ста тридцати, ты раскроешь мне все секреты и потом убьёшь, чтобы не мучился.

— Договорились. — Нежно сжала его бицепсы обеими руками, давно забыв про крем и лопатку. Привстала на носочки, чтобы полностью захватить в плен его губы.

— Эй, ты должна была отказаться! — Отрывается и смеётся, уворачиваясь от моих поцелуев в подбородок, шею.

— У тебя мясо там не сгорит? — Обижаюсь на этого кайфоломщика и пытаюсь выгнать и отлепить эти наглые руки, что уже давно хозяйничают под кофточкой, оглаживая свои достижения, так сказать.

— Нет, самый лакомый кусочек… — Хотела услышать, что я, но увы. — С прожилкой чуть левее от центра.

— Спасибо за рецензию и рекомендацию, а теперь иди. — Обиделась и слегка надулась для виду. Пусть Куприн думает обо мне, даже переворачивая своё дурацкое мясо на мангале. — Давай же, увидят, блин, Сереж!

— И что? — Заветные слова, от них я замираю и действительно перестаю что-либо соображать. Думала же, что он сам не готов так быстро афишировать свой развод и наши отношения, а оно вон как… — Уже всё равно, правда. Тебе не надоело?

— На самом деле я…

Глава 50

Резко Куприн притянул меня для короткого поцелуя и скрылся в тени.

— Маш, у тебя крем не горит? — Выходит из-за угла на кухню довольная Сашка с Яром в обнимку. — А то такое ощущение, что да…

Громов целует жену и странно переглядывается с ней как бы с намёком, мол, потом обсудим. Убегает буквально к мангалу, где как ни в чём не бывало выкладывает чуть обгоревшее мясо в большую тарелку: Сергей Викторович собственной персоной.

Из-за того, что я отвлеклась на сладкую парочку «Твикс» из Викторовичей, не заметила, как ко мне подошла, странно улыбаясь подруга, и вытащила из моей руки лопатку.

— Ой…

Перевожу растерянный взгляд на крем, который из нежно-молочного оттенка превратился в оранжево-комочковый. М-да, такой себе из меня повар всё же…

— Ладно, всё равно у меня уже всё сделано. — Говорит и достаёт, законченный ещё вчера поди, торт из холодильника, а я стою и обтекаю. Всё это был какой-то эксперимент от бывшей Мироновой. Зачем, чтобы что? — Я просто хотела сверху полить этим кремом, попробовать. Не судьба, значит.

Эта женщина со спокойным лицом принимается мыть сковородку, чтобы поставить в посудомойку чистой, а я не могу отойти до сих пор…

— Э-э-э, ладно. — Подумаю об этом завтра, а пока, пожалуй, сто́ит выйти на свежий воздух. — Пойдём за стол?

— Да, только это-то надо на стол взять. — Уже откровенно потешаясь надо мной, Саша кивает на сервированные красиво нарезанные фрукты.

— А, да, конечно. — Подхватываю и иду в беседку, там мы решили сегодня поужинать.

— Всё хорошо? Маш…

Не вписалась в проём и задела плечом дверной косяк. Больно аж до слёз. Кажется, теперь понимаю, что могли чувствовать всё это время подруги, когда мы водили всех за нос. Неприятно, блин.

— Да-да, всё отлично. — Быстро выпалила и понеслась к столу, чтобы случайно не уронить тарелки. Озадаченный взгляд Серёжи прожигал мою спину, пока мы с Мишей всё расставляли на столе для удобства.

Стоило немного успокоиться, как все сели за стол и неожиданно поднял свой бокал Влад:

— За семейные реликвии! — Крыша, да и вся немаленькая площадь беседки позволяла свободно вставать и прохаживаться внутри, что и сделал Власов. Мишель смотрела на него таким взглядом, мол, ну давай расскажи всем…

— Ты про что, Власов? — Не понял Сергей и видно, надеюсь, только мне, как он напрягся. Пробежался взглядом по моему обеспокоенному лицу и уставился из-подо лба на своего друга.

— Нам только что эти два, кхм… — Рукой махнул на Сашу и Яра и отпил из своего стакана, хотя с ним даже никто ещё не чокнулся. — Хозяева дома. Любезно поделились своей семейной традицией и подарили нам с Мишей нашу семейную реликвию.

— Слишком много слов «семейных».

— Вот выйдешь замуж тогда, и у тебя будет семья. — Встряла Мишель, немного импульсивно, отреагировав на мои слова.

— А вы, разве, не моя семья?..

Все притихли. Девчонкам я рассказывала часть своей истории. Почему не звоню родителям, отчего не катаюсь на каникулы или в отпуск к себе на малую Родину…

— Конечно, твоя, Маш. — Саша взяла меня за руку и провела по ней несколько раз. Погладила, как маленького ребёнка по голове. Да, ощущалось иногда некоторое возрастное неравенство в нашей компании, но не настолько. Просто обычно мне спускали с рук какие-то дурачества с Файкой, ссылаясь на возраст. Видимо, у Сашки проснулся материнский инстинкт лет так пять назад, а сейчас так вообще вовсю бодрствует. — Мишель имела в виду, что…

Всех прерывает какой-то грохот за забором. Кто-то настойчиво продолжает барабанить по металлической двери. Мы с девочками переглядываемся на то, как мужчины встают, не произнеся ни слова, идут проверять и вразумлять незваного гостя. Пока все отвлеклись, выходя из-за стола, мне на ушко, доносится горячий шёпот:

— …Что у нас будет своя собственная небольшая для начала семья, Кудряшка.

Мурашки пробежались по шее, где кто-то неосмотрительно, хотя теперь я думаю, что намеренно оставил свои метки. Вот Куприн, негодяй, подлец, любимый…

— Как вы думаете, кто там пришёл?

Мишель тянется к кусочкам, мяса, которые кощунственно остывают на ветру. Ну хорошо, что мухи ещё не налетели на такое вкуснейшее добро. Тоже потянулась к специально оставленному с моей стороны кусочку, о котором мне говорил Серёжа.

— Не знаю, — Присоединяется к нам Саша и тоже пробует нежнейшее, с корочкой зажаренное мясо. Почему Куприн дома похожее не приготовит? — Может, соседи решили познакомиться?

Мы все решили перевести тему, потому что было и так достаточно беспокойно. Мужчины не возвращали, а самим идти к воротам… Негласно решили не геройствовать, тем более саше нельзя волноваться.

— А что, вы же не первый день здесь уже. — Стало тоже любопытно. Миша спросила раньше и достаточно развёрнуто, не то что мой коротенький вопрос, настойчиво крутящийся в голове. — Чего раньше культурно нельзя было прийти поприветствовать друг друга?

— Они вроде как уезжали в отпуск. — Тянется к соку, но недостаёт, и мы с Мишель вместе подаём ей она стакан, а я графин, куда мы выжали апельсины. Нашей беременяшке хочется уже как неделю именно свежевыжатый сок, и поэтому у неё теперь дома, благодаря Ярославу Дмитриевичу, стоит соковыжималка. Удобно… — Мне Света с четвёртой улицы сказала.

— А у вас разве улицы не по названиям? — Вроде когда по