Любовь не предусмотрена - Виктория Рогозина

— Надо с ней что-то делать! — злобно шипела Алеся. — Пока она не вернулась в жизнь Лекса. Пока он не нашёл её. Мы ещё можем всё вернуть!

— Ты в своём уме? — огрызнулся Адам, голос дрожал от напряжения. — Это похищение!

— Ты потерял бизнес, семью, наследство! — истерично парировала сестра. — А всё из-за неё! Из-за этой правильной, идеальной Лерочки! Она всё время лезет туда, где её не просят! Она всегда была помехой!

Лера слабо пошевелилась, чувствуя, что верёвка на одной руке чуть ослабла. Если будет шанс — нужно бежать, мелькнула мысль. Но шаги застали её врасплох — она замерла.

Скрипнула дверь. В комнату вошёл Адам. За ним, как тень, скользнула Алеся. Она сразу встала чуть в стороне, скрестив руки и глядя на Леру с выражением ядовитой победы.

Адам остановился в паре шагов, молча глядя на связанную девушку. В его глазах метались обида, злость и — боль. Он, кажется, ждал... извинений?

Но Лера молчала. Смотрела на него ровно, спокойно, несмотря на связанное тело и пересохшие губы.

— Ты во всём виновата, — зашипел Адам. — Ты разрушила мою жизнь.

Алеся довольно улыбнулась, наблюдая за этой сценой, как режиссёр, поставивший идеальный акт мести.

Адам резко наклонился, нависая над Лерой, его лицо было совсем близко, дыхание горячее, тяжелое. Он ждал, что она отведёт взгляд, что затрепещет, что умолкнет. Но Лера смотрела прямо ему в глаза — без страха, с какой-то почти ледяной ясностью. Спокойствие в её взгляде только сильнее выводило его из себя.

Алеся рассмеялась где-то сбоку — хрипло, фальшиво.

— Ну что, старшая сестричка, торгуемся? — Она обошла Адама и встала рядом с Лерой. — Всё просто. Свяжешься с Шейдоном, скажешь, что тебе нужны деньги. Для меня. Миллионов десять. А мы тебя отпустим.

Лера повернула голову к сестре, глядя на неё с усталым презрением.

— Вы не получите ни копейки.

Слова прозвучали тихо, но чётко, без тени сомнений. Улыбка Алеси погасла. Глаза сузились, губы сложились в тонкую линию.

— Тогда ты сделала свой выбор, — прошипела она.

Адам дернулся. Его руки сжались, и он с силой схватил Леру за горло.

— Всё пошло наперекосяк из-за тебя! — Он зашипел ей в лицо. — Из-за тебя я лишился всего! Семьи! Будущего! Ты расторгла помолвку и разрушила всё, к чему я шёл!

Пальцы сжимались крепче. Лицо Леры побледнело, но она всё так же молча смотрела на него. Без истерики, без мольбы. Только усталость — глубокая, выжженная усталость в глазах, как у человека, который слишком долго держался и теперь не был уверен, стоит ли вообще бороться.

— Сделай это, — подначивала Алеся, стоя за спиной Адама. — Ну же, ты всё равно не выйдешь сухим из воды. По крайней мере, будет справедливость.

Адам дрожал, его дыхание сбилось. Он стиснул зубы, но не двигался. Он смотрел в глаза Леры, и что-то в этом взгляде останавливало его. Не страх, не слёзы — их не было. Только тишина и бездна.

Он не знал, почему рука всё ещё не поднялась. Но знал — если поднимется, дороги назад не будет.

Мужчина тяжело дышал, глядя на Леру, как будто внутри него боролись сто голосов. Он отступил на два шага, но Алеся не унималась — визжала, обвиняла, плевалась ядом.

— Всё из-за тебя! Ты всегда была любимицей! Всё тебе! Всё, что хотела! — кричала она, будто не замечая, что Адам на грани срыва.

С громким рёвом он развернулся и со всей силы ударил кулаком по стене — штукатурка осыпалась, пальцы мгновенно налились кровью. Неизвестно, боль это была или отчаяние, но Адам выхватил нож со стола и поднял его над Лерой.

Однако в тот самый момент, когда сталь блеснула под слабым потолочным светом, Лера, используя последний рывок, освободила руки — узлы давно ослабли от её стараний. И, прежде чем кто-то успел среагировать, она вскочила и со всей силы ударила Адама стулом, на котором сидела. Стул раскололся, хрупкое дерево разлетелось в щепки. Адам, получив удар в голову, зашатался и отпрянул, зажав рану, изо рта вырвался крик:

— Ты пожалеешь! Ты сильно пожалеешь об этом!

Но Лера уже двигалась. Алеся бросилась на неё с кулаками, визжа как раненая кошка, но Лера оттолкнула её плечом, резко — той силой, что даёт только страх за свою жизнь. Не теряя ни секунды, она подбежала к окну и, не оборачиваясь, прыгнула.

Удар был жёстким — она рухнула на крышу машины, скатилась, отбив колени, но чудом избежала переломов. Адреналин гнал боль прочь. Она увидела, что в замке зажигания торчат ключи. Даже не думая, Лера распахнула дверь, прыгнула за руль и повернула ключ.

Мотор завёлся с первого раза — громко, отчаянно. Лера не успела даже пристегнуться — нажала на газ и рванула с места, выворачивая руль и вылетая на трассу. Она знала эту машину — это была машина Алеси, подарок Глеба Викторовича, роскошный внедорожник. Железный зверь, как раз то, что нужно, чтобы уйти от погони.

Зеркало заднего вида вспыхнуло ярким светом — позади вылетел второй автомобиль. Адам.

Лера стиснула зубы, ловя сцепление, переключаясь и вжимая педаль в пол. Позади несся рёв мотора, перед собой — ночь, дорога и только одно желание: выжить.

Глава 49

Лера вывернула руль, едва удерживая машину на повороте — передние колеса жалобно взвизгнули, кузов занесло, и она едва не задела отбойник. Сердце колотилось как бешеное. Позади вспыхнули фары — слишком близко. Машину тряхнуло. Снова. Адам таранит её, будто зверь, загнавший добычу.

— Чёрт, чёрт... — выдохнула она, вжимая педаль газа до пола, стараясь лавировать в редком потоке машин.

Но дорога, как и опыт вождения, играли не в её пользу. Лера понимала — долго она не продержится. И это ощущение безысходности росло с каждым поворотом руля, каждым грохотом в заднюю часть машины.

Вдруг Адам резко обогнал её и, сворачивая наперерез, встал поперёк дороги. Лера в ужасе нажала на тормоз, но было поздно — она мчалась слишком быстро.

Вот и всё... Но судьба, похоже, решила иначе.

Сбоку, с ревом, будто из ниоткуда, вылетел другой автомобиль — чёрный, обтекаемый, дорогой, как призрак мести. Он врезался в машину Адама на полном ходу, безжалостно и точно, отбросив её в сторону. Взревев, авто Адама слетело с