Развод. Тайная двойня от Космического Босса - Кира Иствуд

— Если желаете сохранить свои жалкие жизни, то откройте выход в подпространство! Немедленно! Снимите все барьеры! А также обеспечьте нас биомассой высокого пси-порядка! Двадцать высокоуровневых псиноков!

— Двадцать пси-активных разумных, — медленно повторил Ксандр. — Выход в подпространство. Что-то ещё?

— Ещё...

Космос, о чём они говорят?!?!

Алана. Ты меня слышишь? Сосредоточься на моём голосе! — шипящий шёпот прорезался в моём сознании, то отдаляясь, то приближаясь.

Накс!!!

Ты хорошо держишься, наша человечка. Но связь нестабильна. Нужно повысить синхронизацию. Слушай мой счёт ... Десять... девять... восемь...

Я заставила себя сосредоточиться на цифрах. И не думать о плохом!

О том, что моё тело на высоте пятого этажа качается на куске асфальта, подвешенном на корне-щупальце. Не думать о гигантском цветке, чьё пульсирующее красное нутро раскрывается всё шире, источая сладковатый запах. Не думать о том, что мой рот продолжает выкрикивать безумные требования.

Семь... шесть... пять...

Накс! — снова мысленно позвала я, ощутив, что паника начинает отступать.

Хорошо. Очень хорошшшшо, наша Алана. Синхронизация повышена. Ситуация, которая сложилась — из тех, на которые в прогнозировании отводилось ноль целых три десятых процента... Но и такой вариант был просчитан. Тебе ничего не грозит. Ксандр тянет время, чтобы подготовить атаку, и чтобы мы с тобой пришли к договорённости о действиях. Тебе надо будет кое-что сделать, Алана.

Но... сделать что? Я же не могу двигаться! — произнесла я мысленно.

Пока не можешшшь, — согласился ментальный помощник Ксандра. — Но я работаю над этим. Скоро я разблокирую твой контроль над мышцами. У тебя будет только три целых четыре сотых секунды, прежде, чем метаморф заподозрит, что его путы уже не действуют. До того, как это случится, тебе нужно будет прыгнуть вниз.

Я опешила.

...Что?

Вниз?

Но я нахожусь так высоко, что если прыгну — точно разобьюсь насмерть! Подо мной не было ничего, кроме развороченного асфальта, острых обломков и извивающихся корней. И Ксандр... Ксандр стоял куда как дальше.

Может, накс что-то другое имел ввиду? Может, я ослышалась?

Хссс, нет, ты не ослышалась, — прошипел накс. — Ты на редкость хорошо для человека воспринимаешшшь и моё присутствие в твоём разуме и мою речь. Я отмечаю более чем высокий показатель восприятия и ментальной совместимости. Интересно, есть ли тут генетическая предрасположенность или это лично твоя особенность? Хм, любопытно было бы исследовать твою родословную, когда... Впрочем, это потом, пока вернёмся к задаче. Да, нужно будет прыгнуть. И на это действие будет без учёта погрешности три секунды. Это важно, Алана.

Но там внизу... — я всё ещё не могла принять эту мысль.

Ксандр никогда не позволит тебе пострадать. И ты сама прекрасно это знаешь.

Знаю? Я?

Я хотела возразить... И не смогла.

Оказалось, в глубине души я и правда, как будто знала, что Ксандр сделает всё, но не позволит мне разбиться. Откуда такая уверенность во мне взялась? Как давно появилась? Не обманчива ли она? Готова ли я довериться этому знанию?

Алана, — прошелестел накс. — Сейчас будет окно. Ты готова?

Мои губы всё ещё говорили заданные метаморфом фразы, их смысл я осознавала лишь урывками... зато я ясно видела, что Ксандр напряжённо смотрит на меня. Это наполняло меня уверенностью.

“Алана…” — прочитала я по его губам, и одновременно с этим меня позвал Накс, будто дублируя слова атлантианца.

“Я готова!” — передала я.

Отлично. На счёт три к тебе вернётся подвижность. Раз, два… три!

И вдруг — мир обрушился на меня всей своей тяжестью.

Моё тело в миг обрело более яркую чувствительность. Я ясно ощутила напряжение каждой своей мышцы, каждой связки. Боль защипала саднящие ладони. Ветер трепал мои волосы, колени упирались в шершавую поверхность. Сердце заколотилось так, что, казалось, выпрыгнет из груди.

Снизу я видела развороченный асфальт, чёрные корни и… Ксандра.

“Давай!” — подстегнул накс.

Я резко выпрямилась.

Мамочки!!!

Но не думая, не анализируя, я шагнула вперёд. Не смотря на страх и дикую панику перед высотой — я бросилась с края.

Ветер ударил в лицо. Крик вырывался из горла.

Это было как в игре на доверие — когда падаешь спиной назад, в пустоту, в надежде, что тебя поймают. Только тут не спиной — а лицом. И как будто сразу в пропасть.

Ветер ударил в лицо, холодно, колко. Свист в ушах оглушил. Внутренности подпрыгнули к горлу. Меня закрутило в воздухе! Миг — и разобьюсь! Миг…

***

Ксандр

Я стоял на развороченной парковке, сжимая в руках две трости с изумрудными навершиями. В правой — знакомая до последней микроскопической пиктограммы на сгаэлитовой рукояти, а в левой — её зеркальный двойник — физическое вместилище для накса моего брата.

Два ментальных помощника, и два вместилища — это огромная мощь. Я мог закончить этот бой за минуту. Но ждал Алану…

Моя человечка стояла на коленях на зависшем на высоте оторванном пласте асфальта, вцепившисб пальцами в край. Её губы шевелились, выкрикивая требования метаморфа, в её бездонных изумрудных глазах — там, куда паразит не дотянулся — метался ураган живых эмоции.

— …также обеспечьте нас биомассой высокого пси-порядка! Двадцать высокоуровневых псиоников! — говорил тот, кто посмел воздействовать на псионическое поле моей Аланы.

Голос был её — и не её. Вибрация чужого сознания искажала интонации, делая их металлическими, скрежещущими.

Я стиснул зубы. Гнев, что этот жалкий метаморф посмел влиять на мою пару, обжигал нутро. Впервые мне так остро хотелось нарушить устав, не просто устранить угрозу — а заставить врага глубоко пожалеть о своей сущестовании… начиная с метаморфа и заканчивая Дорианом, который из слабости и трусости втянул в это Алану.

Но как бы ни кипело нутро, снаружи я сохранял видимость спокойствия. Я продолжал тянуть время, задавал уточняющие вопросы, пока накс передавал Алане задачу…

Она должна прыгнуть.

Я знал: это чудовищно сложно для человека — перебить базовый инстинкт самосохранения. И особенно тяжело для Аланы — довериться мне — её мужу, который уже однажды не оправдал оказанного доверия. Мужу, которого пять лет назад Алана выбрала покинуть. Сердце моей человечки ещё, должно быть, полнится обидой и недоверием… но я с этим разберусь. Планомерно, по-атлантиански методично, и (по мере моих сил) по-человечески деликатно — я укреплю её веру.

Но сейчас… сейчас прошло слишком мало времени.

Сможет ли Алана поверить?..

“Она человек, — раздался в моём сознании флегматичный, чуть насмешливый голос накса брата, — существо нестабильное, крайне подверженное иррациональным эмоциям. С учётом всех