На эту и на ту набью тебе тату - Игорь Алмазов

Удивительное попадание, как раз вельможей я и был. А вот кто такой «фрик» понятия не имел.

Поэтому пожал плечами и ничего не ответил. Мы продолжили работу.

С подобными перерывами мы закончили с контурами к шести вечера. К этому моменту, несмотря на все советы от Системы, я чувствовал усталость. Столько часов сидеть, наклонившись над клиентом, это тяжело.

Паша тоже выглядел уставшим. Когда долго работаешь с кожей, её чувствительность повышается. И к концу сеанса становится более ощутимо набивание татуировки. Так что под конец контура Павел сжимал зубы.

«Начертание приостановлено».

«Промежуточный результат: качество отличное. Линии ровные, глубина равномерная. Прогресс заметен. Оценка и свойство будут присвоены по завершении».

Я обработал руку Паши, намазал специальной мазью, заклеил пелёнкой. Объяснил основные моменты по уходу.

— Когда сможем продолжить? — спросил он.

— Недели через три, — ответил я. — Когда заживёт.

Паша кивнул, и перевёл мне пятнадцать тысяч за первый сеанс. Взял мой номер телефона, мы договорились созвониться и назначить следующую дату. И он ушёл.

Когда я остался в мастерской один и убрал рабочее место, снова надел монокль.

— Если я делаю рукав в несколько сеансов, — спросил я. — Это всё равно считается как одно начертание?

' Начертание считается только завершённый сеанс. Необходимое условие для оценки композиции — наличие полной композиции'.

«Прогресс к рангу „Мастер Начертания“: 0/20».

Даже обидно, весь день сегодня проработал, и не одной засчитанной в ранг работы. Но бывает и так, никуда не денешься.

Я снял монокль и убрал его в карман.

* * *

В восемь вечера я пришёл к Вике. Пора было начинать делать граффити на стене у девушки. Я потратил довольно много времени на изучение теории и тренировки, так что был готов.

— Привет, — радостно улыбнулась мне девушка. — Ну что, готов добавить моей комнате загадочности?

— Вполне, — кивнул я. — Добрый вечер, Вика.

Я прошёл в комнату, ещё раз окинул взглядом стену. Все материалы Вика покупала сама, по моим рекомендациям. Пакет с ними стоял в углу. Так, баллончики с краской фирмы Montana, хороший выбор. Акриловая грунтовка тоже на месте, плёнка, скотч.

Первым делом я приступил к защите мебели. Всё передвинул на другую сторону комнаты, пол застелил плёнкой, проклеил плинтуса. Чтобы нигде ничего не испачкать.

Вика с интересом смотрела за моими приготовлениями. Далее я перешёл к стене. Она была ровная, дополнительного выравнивания не требовалось. Первым делом освобождение стены от пыли, паутины и прочей грязи.

Затем проверка, чтобы точно не было неровностей. Для художника идеально ровная поверхность — вопрос профессиональной гордости. И даже если работать приходится баллончиком, принципами своими я не поступлюсь.

Далее надо покрыть стену акриловой грунтовкой. Она обеспечит хорошее сцепление краски с поверхностью и защитит от влаги.

Невольно вспомнил, как в Империи готовил холсты, смешивая пчелиный воск и мел. А тут всё гораздо проще однако.

После грунтовки надел респиратор и перчатки, и взял первый баллончик. Серо-голубой тон, идеально для тумана. Я аккуратно «прострелял» всю стену, создавая первый слой.

Краска ложилась ровно, почти прозрачно. То, что надо.

— Так, перерыв, — объявил я. — Надо, чтобы краска просохла.

И заметил, что Вики в комнате уже не было. Вот это я заработался! Давненько не творил именно в таком ключе. А ведь за холстом время летит всегда незаметно…

— Я на кухне! — услышал я девушку.

Прошёл к ней, и увидел, что она уже накрыла стол на двоих. Салат, запечённая курица, картошка. А какой аромат!

— Решила, что моего мастера нужно покормить, — улыбнулась Вика. — Не переживай, это не в счёт оплаты.

Выглядело всё настолько великолепно, что я даже из вежливости не смог бы отказаться.

— Только руки помою, — кивнул я.

Ужин был просто великолепный. Да, мне с моими навыками в кулинарии ещё тренироваться и тренироваться. Курица таяла во рту, картошка приятно хрустела корочкой.

— Слушай, я тоже рисовать люблю, — вдруг сказала девушка. — Посмотришь?

— Конечно, — кивнул я.

Она сбегала в комнату и принесла альбом. Я принялся просматривать её рисунки. В основном, пейзажи. Река в свете закатного солнца, цветочная поляна.

Не профессионально, но со вкусом.

— Красиво, — улыбнулся я. — Ты молодец.

— Хотела бы людей научиться рисовать, — забрав альбом, поделилась Вика. — Но мне кажется их тяжело рисовать живыми. Не знаю, как объяснить. Рисуешь, а выходит маска.

— Потому что надо рисовать не лицо, а состояние, — ответил я.

Любимая фраза Верещагина, один из его первых мне уроков.

В этом мире неожиданно много людей, которые умеют что-то делать руками, но почему-то стесняются об этом говорить.

— Но в любом случае это не более чем хобби, — добавила Вика. — Кстати, я хотела сказать по сообществу…

Звонок в дверь заставил её оборваться на полуслове. Она поспешила в прихожую.

— Где он⁈ — услышал я грубый мужской голос. — Пусть выходит, я его на куски порву!

Этот мужчина говорит обо мне? Интересно.

От автора: пробовал создать эскиз тату-рукава, это лучший вариант из всего, что получилось. Может быть, потом создам вариант получше, пока вставил этот. Не ругайтесь, и спасибо, что читаете меня!

Глава 18

Ну, целуй меня, целуй!

Я вышел в коридор вслед за Викой. Не только потому что решил, что мужчина говорит про меня. А потому что так повышать тон на даму в принципе считалось очень плохим тоном. Придётся научить этого фетюка уму-разуму.

На пороге стоял молодой человек лет тридцати. В расстёгнутой крутке, рваных джинсах и с красным обиженным лицом.

— Вот, вот, я так и знал! — завопил он, показывая на меня пальцем. — Вот! Кто это? Кто это⁈

— Денис, это мастер, который мне делает стену, — выдохнула Вика. — Но я не обязана тебе ничего объяснять! Зачем ты вообще пришёл?

— Мастер, — хмыкнул молодой человек. — Все мастера в такое время ходят, и вдвоём с тобой в квартире остаются, да? Шалава! Мы же только недавно расстались!

Из его сумбурной речи я сделал несколько выводов. Молодого человека зовут Денис, у него были отношения с Викой. Которые уже закончились. Но он решил устроить сцену ревности на пороге квартиры девушки.

Я встал перед Викой, заслонив её спиной.

— Молодой человек, не пристало в приличном обществе повышать голос на даму, — проговорил я. — Тем более если в прошлом у вас были близкие отношения.

— Ты чё, щенок, — захлопал глазами Денис. — Меня ещё и учить тут будешь? Ты кто вообще такой?

— Артём Краснов, художник и тату-мастер, — представился я. — Я расписываю Виктории стену. А вы ведёте себя непозволительно, скоро на крики выглянут все соседи.

— Да ты оборзел что