Чёрт из Чертаново. Том 3 - Антон Панарин

— Я-а-а орё-о-о-ол!!! — заорал боровичок вращаясь в воздухе и звучно шлёпнулся в воду.

Пока компания хохотала, над Борром, из леса долетел волчий вой. Борисыч тут же навострил уши.

— За мной, щеглы! — прокричал он шепотом шагая на звук. — Если это волчара сниму с него шкуру и шапку сделаю.

— Ага, а из хвоста воротник, — усмехнулся Саня.

— А мне варежки, — заплетающимся языком заказал Караваев раскачиваясь из стороны в сторону.

Ежжи, Борисыч, Саня и Караваев крались по тёмному лесу, хотя это им казалось что они крадутся. На самом деле треск от ломающихся веток стоял такой, что их бы услышали и за километр. В лесу было темно и пахло псиной. Выбравшись на поляну четвёрка замерла увидев огромную чёрную тень. Тварь рвала в клочья коровью тушу, разбрасывая во все стороны кровавые брызги.

— А разве волки бывают такими большими? Ик. — подумал вслух Димон.

— Не знаю, — Борисыч прищурился. — Но если такого завалим, шапок на всех хватит.

— Шапкам Хой!!! — выкрикнул Ежжи и ринулся в атаку.

Атака незадалась, причём сразу. Сделав пару шагов ёж запнулся о корень, пропахал носом дёрн и моментально захрапел.

Тень оторвалась от туши, посмотрела ярко-жёлтыми глазищами в сторону четвёрки. Зверь по-человечески стоял на задних лапах. Окровавленная морда с огромной пастью, длинные конечности с острыми когтями. Одним словом эта тварь напоминала волка, но в привычном понимании волком не являлась.

— Оборотень… — прошептал Саня.

Зверюга разинула пасть собираясь зарычать, но не успела. Борисыч молниеносно сократил дистанцию и со всего размаха влепил волчаре в промежность. Оборотень жалобно пискнул и уже собирался бежать, но Саня использовал навык «рывок». Мелькнув в темноте он очутился сбоку от твари, заскочил ей за спину и стиснул чудище в замке, прижав лапы волчары к туловищу.

— Борисыч, гаси его! — проорал Саня пьяным голосом.

Борисыча не нужно было просить дважды. Башка оборотня дёрнулась слева направо и тут он взревел на вполне человечьем языке, правда переполненном нецензурной бранью:

— Вы чё сучары, совсем озверели⁈

Оборотень крутанулся так, что Саню отшвырнуло в сторону и тот кубарем полетел в кусты. Когтистая лапа со свистом вспорола воздух стремясь выпустить кишки Борисычу, но тот стал бесплотным и лапа пролетела сквозь него.

— Ты кого сучарой назвал? — Возмутился Борисыч ничуть не удивившись тому что оборотень разговаривает.

Саня вылез из кустов и ухватил волчару за хвост. В ту же секунду из темноты возник мокрый Борр.

— Мне тоже нужна шапка! — заорал он формируя в руке гриб размером с хорошее полено.

Размахнувшись боровичок обрушил его на темечко противника. Боцман усмехнулся радуясь тому что молодёжь не совсем пропащая и тут он услышал:

— Доской!

Караваев заорал несуразицу, принял стойку сумоиста, топнул и понёсся на оборотня, стремительно набирая скорость. У самой цели он взмыл в воздух выбросив вперёд обе ноги и врезал пятками по оскаленной пасти. Одновременно с ударом он успел активировать морозную поступь.

Затрещал лёд покрывший зубы хищника, а вместе с ним и сами зубы, обломившись под самый корень.

Зверюга взвыла от боли и завалилась набок. Шерсть стала стремительно осыпаться, а оборотень приобретать человеческое обличье. Минуту спустя перед ними сидел обычный мужик в драных трениках. Он прикрывал разбитый рот и обиженно шепелявил:

— Муфыки, вы чё тфорите? Я ж ваф не трогал.

Четвёрка уставилась на бедолагу неловко переминаясь с ноги на ногу. Не хорошо получилось… Оказалось что неловко было всем кроме Борисыча, кашлянув в кулак он спросил:

— А ты обратно превратиться можешь? Нам шапки из волчатины позарез нужны.

— А мне новые фубы нуфны, — горестно прошамкал пострадавший.

Борр поскрёб репу и подытожил:

— Дэээ ситуёвина…

Караваев икнув присел рядом с оборотнем на корточки и зыркнул на Борра:

— Налей ему грибовухи. Пусть забудет печали и то что у него вообще были зубы. Хи-хи.

— Вы чё, мыфики? — услышав это оборотень опешил. — Я ф не пью!

— Все мы не пьём, — философски изрёк Саня раскрывая рот перевёртышу.

Пока боровичок вливал в глотку оборотня грибовуху, Борисыч сказал что это принудительное лечение и оно точно пойдёт на пользу.

Спустя пять минут, компания накатила ещё грибовухи, а волчара дошел до кондиции в которой приключения находят себя сами. Блаженно пошатываясь он запрокинул голову к небу и пронзительно завыл обращаясь в оборотня. Пьяная четвёрка вскарабкалась на зверя и с гиканьем поскакала вдоль берега.

— Гони Акелла! — Орал Борр.

— Борисыч! — надрывался Димон, схватив оборотня за уши. — Это куда круче шапки!

— Согласен! — сквозь смех откликнулся тот. — Но от затеи с шапкой я всё ещё не отказался!

Волчара перевёз их через мост, а после доставил до самых ворот турбазы, а после планировал вернуться к доеданию туши коровы, но ему предложили шашлык и ещё грибовухи. Оборотень не долго думая решил остаться. Мохнатый ушел разжигать мангал, а Караваев пошатываясь посмотрел на ногу Сани стоящего под фонарём:

— Эт чё такое? Ик! — Спросил Дмитрий.

Из-под закатанной штанины по коже разбегались вверх чёрные прожилки.

— А, это… — отмахнулся Саня. — Когда в администрацию спускались, скверна под кожу попала. Особо не беспокоит, так что пофиг.

— Щас я тебя лечить буду, ик! — Караваев присел на корточки, но не удержал равновесие и плюхнулся на пятую точку, что его нисколько не смутило.

Он приложил ладонь к ноге друга, а через секунду растерянно потряс кистью, как будто стряхивал градусник.

— Хммм… Не работает… — пробормотал он. — Странно…

Саня помог другу подняться и они вернулись к мангалу где продолжили пить грибовуху. Мясо потихоньку подрумянивалось, волчара смотрел на свинину голодными глазами, а Борр смотрел на оборотня с злобным прищуром, намекая что будет драться с ним за каждый кусок мяса! И тут из темноты вывалился Ежжи. Ёж был в тине с головы до ног. Она свисала с игл, гриндерсы чавкали от воды при каждом шаге.

— Вы чё, блин⁈ — возмутился он. — Забыли про меня⁈ Я глаза открыл, рядом никого и только волчьи следы!

Услышав это компания покатилась со смеху. Так уж вышло что после драки с оборотнем про Ержана не вспомнил ни один из бойцов. Борисыч крякнул опрокинув ещё стопку грибовухи и произнёс:

— Всё же умеете развлекаться, щеглы.