Дневник рыжей кошки - Ева Адлер

***

Еда была терпимая… или это я была очень голодная? Но проглотив предложенный паштет, я с надеждой поглядела на сидящих возле меня парня и девушку. Если они меня не бросят, то я получу шанс объясниться. Но как? Поглядела на свои лапы, которые дико болели от сегодняшних забегов от собак и бывшего парня, и тяжело вздохнула. Написать что-то ими я вряд ли смогу, разве что если в грязи, оставшейся после дождя, сейчас вытопчу что-то вроде «Помогите». Посмотрела туда, в сторону клумбы,и уже хотела отправиться топтаться, как эти двое, которые обеспокоились судьбой несчастной грязной кошки, приняли судьбоносное решение.

   – Я ее заберу, - вдруг услышала я не очень увeренный голос Ярика. - Ну не бросать же… смотри, какая голодная, будто неделю не ела.

   Вскинула на него изумленные глаза. То есть заберет? Куда заберет? Тьфу ты, с улицы, что ли? А куда? И как далеко это от моего дома? Вдруг он живет в каком-то отдаленном районе вроде Черемушек? Оттуда я до свoего колдуна точно не доберусь. С одной стороны, если я останусь бродягой – то или от голода умру,или собаки разорвут… Я растерянно замерла, обдумывая, убегать или нет. С другой стороны – шанс обогреться и выдохнуть, рассказать о себе. Ну то есть – промяукать? Жуть какая, я даже не могу ничего рассказать! Только пищу как… как кошка, что уж тут сказать!

   Но вот поверит ли Ярослав, если я найду способ? Странно ждать, что поверит… Я еще помнила, как бабушку ребятня в селе ведьмой дразнила. И им повезло, что ведьмой она хоть и была – но доброй… Я еще раз посмотрела на дорогу в сторону дома, потом на задумавшегося Ярика. Кажетcя, он сам в шоке от тoго, что решил завести кошку.

   Но попробовать стоит. И я как можно жалобнее мяукнула.

   – Рыжая лиса, – улыбнулся парень, погладив меня.– Будешь Лисицей. Тебе идет. Лиса Алиса…

   Я замерла. И как имя-то угадал?

   А девчонка радостно вскочила.

   – Мне почему-то тоже было сейчас жалко оставлять ее на улице, - сказала она — Не знаю… что-то в ней есть oчень… странное и волшебное. Будто я ее сто лет знаю. Милая кошечка такая…

   Конечно! Я фыркнула в ее сторону. Еще бы тебе меня не знать. И замурчала, когда Ярик подхватил меня на руки. Надо же – и не боится свой бежевый свитерок испачкать! Тут же захотелось выпустить когти и кого-то укусить, когда вспомнила, что тот, кого я считала лучшим мужчиной на свете, сегодня утром швырнул меня прочь, еще и оказался таким… таким… одни ругательства шли на ум! Козлом, в общем, он оказался. Вдалеке послышался лай, и я забыла про когти и свою злость, спрятала голову у парня на груди. Так спокойно было сидеть на его руках! Черт, Алиса,только не превращайся окончательно в кошку! Не вздумай! Помни, что тебе срочно надо расколдоваться!

   Иначе… кто знает, когда и правда можно полностью перевоплотиться в животное? Вдруг все эти проклятия работают так, что ты забываешь себя настоящую?

   Стало очень страшно, а потом я ощутила, как меня гладят за ушком – тем самым, порванным. И все страхи отступили. Все будет хорошо. Иначе и быть не может.

   И мы с моим новым… мм, нет, не хозяином!.. другом, и только так! – отправились в новый дом.

ГЛАВА 3

Вот так я и превратилась из бродяжки в домашнюю пoрядочную кошку. Какoе-то время я смотрела на дорогу через плечо своего… хозяина?.. после этой мысли захотелось укусить его за ухо, хотя он-то ни в чем не виноват, даже наоборот! Накормил, спас… если бы не Ярик,то меня наверняка или собаки бы разорвали,или… да мало ли что может случиться на опасной улице с той, кто даже не кошка! Так что я просто не буду даже мысленно говорить это жуткое слово, от которого веет рабовладельческим строем, а отнесусь к Чарову как к своему новому другу. Вот расколдуюсь и обязательно его отблагодарю. Как друга.

   Осознав, что теперь я в безопасности, я спокойно устроилась у парня на широком плече и замурчала , рассматривая проплывающие мимо городские пейзажи. Пошипела при виде стаи собак и получила ласковое поглаживание Ярослава. А руки у него мягкие, ласковые… Задумчиво провела взглядом исчезающий среди пышной зелени шпиль нашей университетской башни и подумала, что если не расколдуюсь хотя бы за неделю – то меня точно отчислят. Хотя… если меня признают без вести пропавшей, то какое-то время же будут искать? И данные об этом попадут в универ?.. Хотя… вопрос – кто меня искать-то кинется? Родители – далеко, не так часто мы и общаемся… после того, как я отказалась с ними уезжать, как-то у нас все охладело. А друзей у меня не густо… Ну то есть друзья вроде как были, но… Я загрустила, осознав, что все эти девчонки, с которыми мы ходили в спортзал или клубы, вряд ли кинутся меня спасать или вообще заметят мое отсутствие. Я вдруг осознала , что у меня никогда не было настоящих друзей – только в детстве и юности в деревне, но прошло столько лет… На работе я мало с кем из коллег общалась, да и работала всего несколько часов в офисе, а в универе… да тоже как-то не успела задружиться – заочники только и успевают, что сессию сдать в быстром темпе, а на лекции не всегда и не всем составом ходят…

   От всех эти размышлений стало вовсе тоскливо. Про парня своего… бывшего то есть парня – я старалась и вовсе не думать. Потому что как вспомню его зажимания с этой белобрысой – так и хочется кому-то глаза выцарапать.

   Мы долго шли с Ярославом по центру, потом ехали в трамвайчике. Оказалось, живет он неподалеку от меня, и этот жутко тяжелый день закончился в мoем районе. В соседнем доме.

   Вот колдунство! Я радостно махала хвостом, глядя на родные окна, когда мы проходили мимо, – теперь есть шанс как-то привести Ярика домой, там попытаться вызвать бабулю из портрета или же как-то обратить на себя внимание соседа-колдуна…

   – Ты чего так нервничаешь, Лиса? - погладил меня Ярик. – Сейчас в магазин заскочим, купим тебе еды, приспособления всякие… Главное правило дома