И меня вылечат! Сексоголики для булочки - Бетти Алая

Он босс-ловелас, для которого женщины лишь развлечение, а работа — царство тотального контроля.

Они встретились при весьма интересных обстоятельствах, а теперь вынуждены работать вместе...

Сможет ли он разглядеть за пышными формами красивую женщину, и даст ли она ему шанс после всего, что между ними произошло?

Глава 5

Елисей

Просыпаюсь с дурацкой улыбкой на лице. И с членом, который стоит колом, будто мне опять восемнадцать, а не тридцать четыре.

Вчерашний день в кабинете Русланы Щекоткиной прочно засел в мозгу, вытеснив все остальное. Мысли о предстоящей планерке в ветклиниках кажутся серыми и незначительными.

А я ведь люблю свою работу!

В памяти всплывают кадры, один жарче другого. Как сладкий доктор вздрагивала от моего прикосновения.

Как ее строгий костюм превратился в кучу тряпья на полу. Ее стоны, когда мой язык нашел ту самую сладкую точку.

А этот момент, когда Руслана, вся дрожащая от оргазма, взяла в рот сначала мой член, а потом Булата… Черт! Стояк становится крепче, словно я пацан в пубертате. Яйца гудят от желания.

Я, взрослый мужчина, чувствую себя несмышленым студентом после секса в кабинете сексолога. А наш доктор — настоящая девушка мечты. Под строгим пиджаком скрывается тело богини: пышное, мягкое, невероятно отзывчивое. И этот контраст сводит с ума.

Уговорить Булата на этот «сеанс терапии» было ой как непросто. Он бубнил что-то про этику и «кончим в психушке». Но я-то чувствовал: Руслана — наша последняя надежда. И не ошибся. Оно того стоило. О да!

Голышом иду в душ и там пытаюсь хоть немного унять порочные мысли, пока не вернулось мое стандартное состояние тревоги.

На планерке в офисе стараюсь вникнуть в отчеты по расходу медикаментов, а сам вижу не графики, а большие карие глаза, обрамленные пышными ресницами, полные страха и желания.

Замечаю, что пялюсь на офис-менеджера Иринку, которая в чем-то похожа на Руслану. Правда, наша доктор в сто раз сочнее. Ирка тощая, и я уже пытался ее трахнуть соло, но у меня ничего не вышло.

— Елисей Матвеевич, вы меня слушаете? — бухгалтерша смотрит на меня укоризненно.

— Конечно, Людмила Петровна, — бодро вру я. — Продолжайте. Ушки на макушке.

Она что-то говорит про налоги, а я вспоминаю, как пальцы Русланы впивались в мои волосы. Господи, я окончательно спятил.

Больше не могу! Выхватываю ключи от машины.

— Все свободны! Людмила Петровна, я верю, что с налоговой вы справитесь! — вру напропалую и несусь к выходу.

Еду к медцентру, где работает доктор Щекоткина. Хочу просто ее увидеть. Убедиться, что это не мираж. Что такая женщина действительно существует и позволила нам… все это.

Подъезжаю, паркуюсь. И что я вижу? Возле входа в тени стоит каменная гора мышц. Булат. Руки в карманах, взгляд угрюмый, будто на задании по разминированию подъезда.

— Анкезов? — подхожу. — А ты чего тут, как супермен на дежурстве?

Булат бросает на меня короткий взгляд.

— Гулял.

— Гулял, — фыркаю я. — Ага, а я тут мимо проезжал. Случайно. Дай, думаю, тоже прогуляюсь.

Он молчит. Но по напряжению его челюсти я все понимаю. Наш суровый спецназовец тоже запал. И запал по уши, раз стоит тут под окнами, как юнкер.

— Признавайся, этой ночью ты не спал, — подначиваю я.

— Заткнись, Лис, — рычит он беззлобно.

В этот момент мимо нас проходит какой-то тип. Щегол в дешевом костюме, с огромным безвкусным веником из красных роз. Неприятное ощущение копошится где-то в животе.

Он заходит в клинику. Мы с Булатом переглядываемся. Без слов. Чувствуем: дело пахнет керосином.

— Пошли, — коротко говорит Булат, и мы вместе вваливаемся в здание.

Девушка на ресепшене заливается румянцем и строит нам глазки.

— Добрый день! А вы ко…

Но мы уже мчимся по коридору к лифту. Затем бежим к кабинету Русланы. Дверь приоткрыта. И оттуда доносится противный скрипучий голос:

— …жирная корова, еще и нос воротишь? Нашла себя, да? Кому ты, такая надутая, занудная баба нужна?

У меня внутри все закипает. У Булата от напряжения играют желваки. Он уже на грани.

Анкезов распахивает дверь. Не говорит ни слова. Просто берет этого щегла за шиворот, как котенка, и буквально вышвыривает из кабинета. Слышу испуганный визг и глухой удар о косяк. Элегантно. Без лишнего шума.

Вхожу в кабинет. Руслана стоит посреди комнаты, бледная, дрожащая. Боже, какая же она красивая даже в таком состоянии! И уязвимая.

Ярость мгновенно сменяется жгучим желанием защитить ее. И еще… черт, снова хочу ее. Чувствую, как кровь приливает ниже пояса. Я готов взять ее прямо здесь, на этом чертовом диване, где все и началось.

Подхожу, беру девушку под локоть. Она вздрагивает.

— Всё, сладкий доктор, сеанс экзорцизма окончен. Пойдемте выпьем воды. Выглядите потрясающе, кстати.

Веду ее к кулеру, наливаю воду. Она нервничает, руки слегка дрожат. Булат возвращается, молча стоит у двери, дышит тяжело, как бык после боя.

Я смотрю на Руслану и понимаю: сейчас не время для моих похотливых фантазий. Она как раненый зверек. Испугаешь — убежит навсегда.

Страх подкрадывается холодной змейкой. А вдруг она одумалась? Поняла, что мы — ее роковая ошибка, и решила отказаться от нашего безумного эксперимента?

— Ну что, Руслана Михайловна? — спрашиваю, и мой голос звучит мягче, чем обычно. — Готовы дать нам ответ? Или вам нужно еще немного времени?

Она смотрит на меня, потом на Булата. В ее глазах идет борьба. И вот что-то щелкает. Она выдыхает:

— Хорошо. Я согласна.

Облегчение и триумф накатывают волной. Улыбаюсь во весь рот. Булат молча кивает, и в его холодных глазах я вижу вспышку того же чувства.

Руслана начинает ставить условия. Наука, исследования, отель… Я готов на все, лишь бы это продолжалось. Лишь бы снова прикоснуться к ней.

— До завтра, сладкий доктор, — говорю, словно давая обещание целого мира наслаждений. — Мы заедем в семь.

Мы уходим. Я еду домой, восторг не утихает.

Весь вечер трачу на подготовку: заказ столика в самом лучшем ресторане, отбор вина, продумывание каждой детали. Выбор люкса в отеле.

Завтрашнее свидание должно быть идеальным. Для нас троих. Потому что я, кажется, попал…

Глава 6

Булат

Тишина в машине давит на уши сильнее, чем взрывная волна. «Я согласна». Всего два слова, а в груди — кромешный ад.

Не еду домой. В квартире будет еще хуже. Разворачиваю внедорожник и гоню на стрельбище, впиваясь пальцами в руль. Город за окном мелькает размытым пятном. В голове лишь Руслана. Ее испуганные, но жадные глаза, когда Елисей рвал ее трусики.