Американские трагедии. Хроники подлинных уголовных расследований XIX–XX столетий. Книга XII - Алексей Ракитин

Из сказанного вовсе не следует, что преступник будет жить прямо между точками «знакомства с будущей жертвой» (обозначено «1» на карте ниже) и «совершения нападения» («2» — там же), но, скорее всего, место его проживания будет находиться примерно на равном расстоянии от «1» и «2». На карте ниже показаны районы возможного проживания нападавшего — это область, известная под названием Южный Эверетт, невысокие возвышенности Адмирал-хиллс, город Чарлстон, северный пригород Бостона, и, наконец, Восточный Бостон. Можно уверенно утверждать, что в Челси и Бостоне нападавший не проживал.

Эта карта северных пригородов Бостона позволяет получить наглядное представление о взаимном расположении мест похищения Джонни Бэлча и нападения на него. Точка 1 — место знакомства преступника с Джонни Бэлчем у детского магазина на Парк-стрит, 2 — возвышенность Поудер Хорн на окраине Челси, где нападавший оставил избитого мальчика. Пунктирная линия показывает примерный маршрут злоумышленника, двигавшегося вместе с будущей жертвой. Тёмным цветом выделены области возможного проживания преступника.

Район Южный Эверетт в описываемое время представлял собой заболоченную пойму реки Мистик и был населён мало — там располагались лишь отдельные фермерские хозяйства. Также малонаселённым являлся район Адмирал-хиллс — все его земли находились в частной собственности сравнительно небольшого числа владельцев. Это означает, что проверка проживавших в Южном Эверетте и в Адмирал-хиллс лиц не представляла особых затруднений и могла быть проведена в кратчайшие сроки. Полиции надлежало бы сосредоточиться на проверке жителей Чарлстона и Восточного Бостона — с большой вероятностью преступник проживал именно там.

Разумеется, рассуждения эти весьма общи и для сегодняшнего дня не вполне годятся [это связано с резко возросшей мобильностью населения, наличием в частном владении автомобилей, широким распространением общественного и служебного транспорта, велосипедов и прочего]. Сегодня логика детектива работала бы немного по другим законам, и осторожный сыщик вполне разумно заявил бы, что имеющейся информации по четырём эпизодам недостаточно для построения достоверного «географического профиля». И был бы, безусловно, прав. Но для 1872 г. те рассуждения, что приведены выше, были вполне адекватны и, кстати, довольно точны. То есть детективы — если бы только они немного порассуждали, глядя на карту — могли бы правильно понять, где им надлежит сконцентрировать свои усилия.

К сожалению, как мы увидим из последовавших событий, должных выводов должностные лица не сделали. Не смогли, опыта не хватило…

Разумеется, полицейские спросили у Джонни: известно ли ему о том, что нападение на него — отнюдь не первый случай такого рода и поиски преступника ведутся не первый месяц? Мальчик ответил утвердительно и добавил, что мама предупреждала его о необходимости быть осторожным. Но она говорила о том, что нападает мужчина с рыжими кудрявыми волосами и бородкой «клинышком», а мальчик, который его увёл от магазина игрушек, выглядел совсем иначе! Это был как раз тот самый случай, когда общественная молва сработала против усилий полиции и помогла преступнику.

На следующий день после нападения на Джонни Бэлча — 23 июля, во вторник — газета «Boston Evening Transfer» объявила о назначении премии в 500$ за содействие в поимке «Мучителя детей» («Boy Torturer»). Так преступник приобрёл своё прозвище, которое в считанные дни стало известно далеко за пределами Бостона и его пригородов.

Расследование нападения на Бэлча оказалось сосредоточено в руках малочисленной полиции Челси, которая вновь приступила к бессистемному опросу жителей города, разумеется, с тем же самым нулевым результатом, что и прежде.

А менее чем через месяц — в субботу 17 августа 1872 г. — последовало новое нападение таинственного «Мучителя детей», и притом там, где этого никто не ожидал.

В тот день, около 15 часов, рыбак, заглянувший в заброшенный эллинг на старом, не используемом уже 20 лет причале в Южном Бостоне, на берегу залива Саус-Бэй, обнаружил там измученного, едва живого полураздетого мальчика. Подняв мальчика на руки, мужчина бегом помчался к ратуше, где находился офис городского маршала. Мужчина с мальчиком на руках преодолел почти весь город, так что весть об очередном жестоком нападении облетела Бостон с быстротой воспламенения пороха.

Бостон последней трети XIX столетия.

Мальчик ещё находился в офисе городского маршала, где ему оказывал помощь врач, а на площади перед ратушей уже собралась многотысячная толпа, требовавшая отыскать «Мучителя детей». А до тех пор, пока изувер не будет найден, ораторы призывали патрулировать улицы города отрядами добровольцев, для управления которыми предлагалось создать специальный «Комитет бдительности» («Vigilance committee»). Этот орган власти должен принять на себя функции штаба по розыску преступника и распоряжения силами полиции и её добровольных помощников.

Городские власти, разумеется, никакой «Комитет бдительности» создавать не стали, но гарантировали, что примут неотложные меры по поиску негодяя, напавшего в Южном Бостоне.

Потерпевшего звали Джордж Прэтт (George Pratt), ему недавно исполнилось 7 лет. 17 августа он впервые вышел из дома после краснухи, которую перенёс очень тяжело.

Мальчик рассказал, что приблизительно без четверти 10 утра он в одиночестве гулял по пляжу в Южном Бостоне. К нему приблизился подросток лет 14-ти и солидно сказал, что готов заплатить 25 центов за выполнение поручения, и для того, чтобы это поручение выполнить, надлежит пройти к полуразвалившемуся эллингу на берегу. Джордж не мог преодолеть соблазн заработать 25 центов и потому согласился отправиться к развалинам.

Войдя внутрь, подросток ударил Джорджа в ухо и сбил его с ног, после чего раздел и двумя кусками верёвки связал руки и ноги. Чтобы мальчик не кричал, нападавший заткнул его рот носовым платком. Убедившись, что ребёнок крепко связан и не способен двигаться, нападавший снял ремень и принялся стегать лежавшего пряжкой. Удары приходились в различные части тела, преступник особо не целился. В какой-то момент он остановился, склонился к лицу Джорджа и… сильно укусил его. При медосмотре выяснилось, что преступник откусил кусочек щеки. Через некоторое время нападавший откусил часть плоти с ягодицы мальчика. Затем подросток вытащил большую портновскую иголку и нанёс ею несколько уколов — в руки, грудь и промежность мальчика.

Страдания Джорджа Прэтта описать вряд ли возможно, он периодически впадал в беспамятство, и тогда преступник приводил его в сознание пощёчинами. В какой-то момент нападавший полез пальцами к зажмуренным глазам Джорджа, по-видимому, он хотел разжать веки, но Джордж, испугавшись того, что преступник выколет глаза иглой, принялся отчаянно крутить головой. Некоторое время они боролись с отчаянным упорством, нападавший никак не мог крепко зафиксировать голову мальчика, влажную от слёз, пота и крови.

В