П.С.И.Х.0. Том 2 - Никита Клеванский

[ Соц. взаимодействие с Морозовой Г. С.: устойчиво отрицательное. Рекомендация: не поворачиваться спиной.]

— Спасибо, без тебя бы не догадался.

— Так, стоп. — Влад отставил чашку и потер переносицу. — Ты, когда вернулся, сказал «легкий конфликт с завучем». Легкий. Конфликт.

— Никто не пострадал, уголовное дело не завели. По моей шкале это легкий.

— По твоей шкале лоботомия — это косметическая процедура. — пробормотал он. — Ладно. Что дальше?

— Уроки, уроки и еще раз уроки. С одним классом пришлось повозиться. В интернете рекомендуют завоевывать доверие подростков искренним интересом к их увлечениям, но оказалось, что их увлечение — доводить учителей. Так что мы зашли в логический тупик.

— И как ты из него вышел?

— Пришлось их слегка припугнуть.

— Господи, Ром! — вздохнула Елена.

— Это нормально. — поддержал меня Владислав. — У меня в школе тоже была училка, которую даже выпускники боялись. Чтоб ты понимала — ей двоечники текущие самостоятельные работы приходили переписывать уже после выпускного и последнего звонка! То есть с аттестатами на руках. Может, Рома таким же будет.

— Ага. Перепрыгивать придут. — фыркнула Лена. — И перебегивать. Потом что? — обратилась она ко мне.

— Потом было то, что вы уже слышали. Спортзал, тренерская, Анжела Владленовна.

— Как ты от нее ушел, кстати? — спросил Влад, глядя на меня сквозь слегка прищуренные веки. — Ты же говорил, что она вас заперла.

— Дверь оказалась открыта. — ровно ответил я. — Анжела Владленовна преувеличила для драматического эффекта. Возможно, это профессиональное у секретарей.

Проблем с враньем не возникло. Слова вышли сами — гладкие и удобные, как перила. Не рассказывать же им про магию? Тем более, что они, вполне возможно, знают о ней побольше моего. Это походило на игру, где первый, кто скажет особое слово, проиграл, и все пытаются вынудить остальных сделать это раньше себя.

Касательно лжи Психо на сей раз промолчал, и я счел это знаком согласия. Или знаком того, что некоторые директории закрыты не только для сотрудников НИИНС.

— И теперь она с тобой не разговаривает. — подытожила Елена.

— Понятия не имею. — честно признался я. — Но Психо выдал задание наладить с ней отношения. Плюс восемь Очков Адекватности. И вот тут мне нужен совет от людей с эмоциями. Дайте алгоритм действий, который вернет параметр взаимоотношений в плюс.

— Алгоритм… — повторила Елена без выражения.

— Желательно пошаговый. — уточнил я. — Можно с блок-схемой, у меня есть на чем записать.

Супруги переглянулись — впервые за вечер напрямую, без посредников в виде меня или котлеты. И я еще не знал, что своей невинной просьбой только что поднес спичку к газовому баллону.

Хотя нет. Вру. Баллон они бросили в костер без меня. Я просто сорвал вентиль и шарахнул сверху камнем.

— Никакого алгоритма. — первой заговорила Елена. — Тут не нужна программа, Ром. Надо по-простому, по-человечески. В понедельник первым делом подойдешь к ней, извинишься и скажешь, что она замечательная женщина, а ты растерялся, потому что… ну, потому что растерялся. Женщине в такой ситуации важно услышать, что дело не в ней.

— Так дело как раз в ней. — заметил я. — Это она запер… закрыла нас в тренерской.

— Неважно! Вернее, важно, но говорить об этом нельзя. Понимаешь, она сейчас чувствует себя отвергнутой. Это очень больно. Ей нужно вернуть ощущение, что она не на помойке себя нашла. Завтра купим ей что-нибудь. Цветы. Нет, цветы она поймет неправильно. Конфеты? Господи, конфеты от тебя это еще хуже.

— Может, канцелярию? — предложил я. — У нее в органайзере кончались скрепки.

— Скрепки… — повторила Елена и почему-то прикрыла глаза ладонью. — Нет. Точно не скрепки.

— Так. Можно я скажу⁈ — Влад развернулся на табурете, и тот скрипнул, как несмазанная дверь в фильме ужасов. — Рома. Ничего не покупай. Ни к кому не подходи. И уж точно ни за что не извиняйся.

— Влад!

— Что «Влад»? Лен, ну сама подумай. Взрослая женщина заперла его в подсобке и полезла обниматься. Он отказался. Все! Он ничего ей не должен. Начнет извиняться — распишется, что виноват. А виноватым в женском коллективе быть нельзя. Сожрут и не подавятся! Он тебе только что целую сагу про завуча рассказал.

— При чем тут завуч⁈

— При том, что это единая экосистема! Прогнешься перед одной — завтра об этом будет знать вся учительская, и каждый решит, что об него тоже можно вытирать ноги. Держи дистанцию, Ром. Вежливо. Ровно. Общение исключительно по рабочим вопросам. Через неделю сама остынет.

— Не остынет. — отрезала Елена. — Ты не понимаешь, как это работает.

— А ты понимаешь?

— Представь себе! Я девять лет проработала в разных компаниях. В том числе в женских. И прекрасно знаю, что бывает с человеком, которого обиженная секретарша решила съесть. Его съедают, Влад. С документами, отпусками и пропусками. Она сидит на всех бумагах!

— И поэтому надо ползти к ней на коленях с рафаэлкой в зубах?

— Не на коленях, а по-человечески!

— По-человечески — это как ты хочешь. А как я говорю — это, конечно, не по-человечески.

Пауза вышла настолько плотная, что в ней можно было хранить овощи. Я доел котлету и на всякий случай придвинул вазочку с печеньем, пока его не реквизировали в пользу одной из воюющих сторон.

За окном солнце начало клониться к горизонту, и кухня из желтой сделалась багрово-красной. Будто в ней расчленили пару-тройку человек. Электролобзиком.

Война пришла и на территорию нейтральной Швейцарии.

— Мы сейчас не об этом. — тихо сказала Елена.

— Да нет, Лен, мы именно об этом. — Влад сложил руки на груди. — Мы весь вечер именно об этом.

Я перевел взгляд с одного Воронова на другого. Разговор определенно шел про Анжелу Владленовну, но при этом каким-то образом уже минуты три шел не про нее. Так бывает с инструкцией к тостеру: раздел называется «Эксплуатация», а половина текста про то, что с ним нельзя принимать душ. Занятный феномен. Надо будет выяснить, есть ли у него название.

— Психо, у меня вопрос. Чья стратегия эффективнее для выполнения задания? Его или ее?

[ Хочешь получить системную подсказку? ]

— Если бы я хотел системную подсказку, я бы так и сказал. Подсказка