Вечные клятвы - Ана Эм

Сандро стоит практически в центре комнаты. Серый костюм, руки расслаблено убраны в карманы брюк, и если не считать пятен крови, белоснежная рубашка. По его команде трое вооруженных солдат скрываются в коридоре справа от меня. Теперь в этой бетонной коробке только он, я, два моих телохранителя и…

Ломбарди отходит в сторону, и я едва не спотыкаюсь, замерев на месте. Фабио сидит привязанный к стулу, и на нем буквально нет ни единого живого места, ни одного чистого кусочка кожи. Кровь повсюду. Очень много крови. Мысленно я понимаю, что ему недолго осталось, но…

– Зачем ты хотела меня видеть? – спрашивает Сандро холодным безразличным голосом, наблюдая даже за малейшими реакциями на моем лице.

Ложь срывается с губ слишком быстро:

– Хотела узнать, что приготовить тебе на ужин.

Я вижу как дергается мускул на челюсти Сандро, а в глазах будто бы на мгновение вспыхивает разочарование. Ничего не ответив мне, он кивает моим телохранителям.

– Уведите ее.

Они тут же хватают меня и силой тащат обратно к выходу.

– Нет. – упираюсь, пытаясь вырваться. –Подожди.

Но Сандро уже даже не смотрит в мою сторону, отворачивается к Фабио, который вдруг приходит в себя и мучительно медленно поднимает голову. Наши с ним взгляды встречаются, и что-то внутри меня щелкает.

Ты сказал, что мы друзья?

Когда в последний раз тебя обнимали просто так?

Тело двигается рефлекторно. Освободив одну руку, врезаю Антонио по горлу, а затем локтем второму по носу. Хватка на мне исчезает. Мое колено встречается с лицом Антонио, и я выхватываю пистолет из его кобуры. Второй мужчина не успевает среагировать, как я без колебаний простреливаю ему ногу, чтобы не мог подняться. Антонио ловит пулю плечом и падает на колени.

В следующее мгновение мое оружие направлено на мужа, на босса гребаннойFamiglia.

– А вот и моя жена. – задумчиво протягивает он, и я слышу, как из коридора справа на выстрелы сбегается охрана. Сзади тоже. Со всех хреновых сторон.

– Назад. – произношу твердым, но совершенно спокойным голосом. – Иначе я вышибу мозги вашему драгоценному боссу.

Справа замечаю резкое движение, и не думая, отвожу руку в сторону. Выстрел эхом прокатывается по пустому помещению, отскакивая от стен, а следом и болезненный стон. Мне не нужно поворачиваться, чтобы узнать, что я попала. Явсегда попадаю в цель, ведь училась я у лучшей. Я училась у Доминики Эспасито.

– Прекрати дырявить наших людей. – бросает Сандро раздраженно, будто я всего навсего разбила дорогущую вазу какой-нибудь древней династии.

– Прикажи им свалить нахрен. А то клянусь Богом,наших людей станет человек на десять меньше.

– Оставьте нас. – тут же говорит он к моему удивлению, и спустя мгновение даже мои раненые телохранители покидают помещение.

Что я, блядь, творю?

– Клянусь Богом. – повторяет Сандро мои слова с насмешкой. – Ты хотя бы в него веришь или это тоже было маской?

–Тоже. Говоришь так, будто уверен, что я врала тебе.

– А разве нет? – делает шаг вперед, и мое тело рефлекторно напрягается. – Разве ты не лгала мне, скрывая свои «навыки»?

Сандро медленно приближается, точно хищник, не сводя с меня своих зеленых глаз. По какой-то необъяснимой причине сердце в моей груди начинает бешено колотиться. И я впервые ловлю себя на совершенно абсурдной мысли –я боюсь его.

Спокойно. Если бы хотел что-то тебе сделать, уже бы сделал.

– Ты никогда не интересовался моими «навыками». – парирую, приказывая ногам не двигаться. Нельзя отступать.

Уголок его рта слегка дергается вверх так, словно мои слова развеселили его. Расстояние между нами тем временем стремительно сокращается.

– Ты права. Моя ошибка. – он подходит ко мне настолько близко, что теперь дуло упирается ему прямо в сердце. – Но больше я ее не повторю.

Merda.

Спокойно, Елена. Думай, анализируй. Почему ты все еще жива?

Причин может быть две.

– Ты предала меня, Елена. – произносит он низким холодным голосом, от которого по всему телу проносятся мурашки, а волосы на затылке встают дыбом.

Либо у него вдруг проснулись ко мне глубокие чувства.

– И заэто, будь уверена, ты понесешь наказание.

Либо он нихрена не знает о масштабах моего предательства. Если бы знал, если бы взломал мой телефон, а Фабио сдал меня, я бы уже была мертва. Все это время Сандро постоянно проверял меня, пытался вывести на эмоции, намеренно провоцировал…

И вдруг меня осеняет.

Ему нужна настоящая Елена.

…это тоже было маской?

Что ж, не уверена, что она ему понравится, но пусть думает, что победил.

Опустив руку с оружием, я делаю два коротких шага вперед и встаю к нему вплотную. Настолько, что теперь наши лица разделяют считанные сантиметры.

– Надеюсь, это обещание,amore. – произношу шепотом практически у самых его губ, и замечаю как сильно, он стискивает челюсти. – Потому что будь уверен, если это так, ты пожалеешь о своих словах.

На его губах играет странная улыбка, словно я его и забавляю, и в то же время бешу.

– С этого склада живой ты сможешь выйти только в двух случаях. – протягивает, разглядывая меня с ног до головы, будто видит впервые. – Либо стреляешь в голову мне, либо ему. – кивает на Фабио за своей спиной.

Понятно.

С мафиозного это переводится как – выбирай, где лежит твоя верность, с ним или со мной. И в моем случае это вообще не выбор. Никогда им не был. Совсем поздно я понимаю, что оказалась здесь не чтобы спасти Фабио, а чтобы не дать ему умереть в одиночестве, как гребанной собаке.

Крепче сжав пистолет, обхожу Сандро и медленно направляюсь к своему…другу, телохранителю. Фабио смотрит на меня одним относительно здоровым взглядом и осуждающе качает головой.

– Придурок. – произношу шепотом, и он знает, что говорю я о ситуации, в которую он сам себя загнал.

На его губах появляется что-то вроде окровавленной ухмылки.

– Стерва.

Глаза застилает пелена, и я отказываюсь признаваться в том, что это слезы.

– Я оставил…тебе подарок. – хрипит он, когда останавливаюсь прямо перед ним.

– Мой день рождения уже прошел.

– Знаю.

Заставляю себя улыбнуться и просто смотрю на него, представляя здоровое, относительно счастливое лицо в лунном свете на крыше.

– Я рад, что это будешь ты. – тихо признается он, и я могу только кивнуть, чувствуя предательскую слезу