Лекарь из Пустоты. Книга 10 - Александр Майерс

— Спасибо тебе, Юра. Такая чудесная получилась свадьба, — сказала мне Алиса позже, когда мы стояли чуть в стороне у пруда.

— Пожалуйста. Главное, будьте счастливы, — улыбнулся я.

Иван подошёл, обнял жену за плечи и протянул мне руку. Я пожал её.

— Я твой должник, — сказал он.

— Поможешь мне с исследованиями в Карпатах — и будем в расчёте. Веселитесь, пока есть возможность! Там будет не до веселья.

Они рассмеялись и вернулись к гостям, а я ещё немного постоял у воды, глядя на отражение фонарей в тёмной глади пруда.

Хорошо, когда у близких всё складывается. Жаль только, что не у всех.

Я перевёл взгляд на освещённое окно второго этажа, где находилась комната Николь.

Завтра я возьмусь за неё всерьёз.

Франция, городок Сен-Клу, особняк рода де Мариньи

На следующее утро гости разъехались — Иван с Алисой через портал отправились в Новосибирск, чтобы оттуда успеть долететь до Омска и отметить свадьбу ещё и в особняке Курбатовых. Дмитрий увёл Татьяну с Алексеем гулять по Парижу. В доме стало тихо. Именно то, что мне и было нужно.

Я готовился к процедуре с самого рассвета.

Случай Николь я знал уже наизусть. После того, как я сделал слепок её ауры и столько времени изучал его, мог вспомнить расположение слоёв и каналов наизусть, просто закрыв глаза.

Сейчас из семи заблокированных каналов четыре были освобождены. Каждая из операций давалась и мне, и маркизе нелегко, а последняя вообще оказалась чрезвычайно сложной и привела к магической коме. На пару с магистром Дювалем мы вытащили Николь, но её аура так и не восстановилась до нужного состояния.

Долгое время я не знал, как это исправить. А недавно, благодаря работе с Виктором и Тимофеем Демидовым, а также своим исследованиям, нашёл способ. Потребуется тонкая ауральная коррекция: аккуратно перераспределить энергетические потоки, восстановить естественный рисунок ауры, дать ей вновь обрести устойчивость.

Звучит проще, чем операция, но на деле всё будет совсем не так.

Николь ждала меня в той же комнате, где мы проводили последний сеанс и где она в итоге провела чуть больше суток в коме. Увидев меня, она улыбнулась, но волнение за этой улыбкой было не скрыть.

— Маркиза, нам предстоит небольшая ауральная коррекция. На этот раз я погружу вас в сон, чтобы мне было проще работать. В отличие от полноценной операции, вам не нужно оставаться в сознании, — объяснил я, расставляя на столе необходимые эликсиры.

— Даже не знаю, беспокоиться мне или нет.

— Ни в коем случае не стоит.

— Я шучу, Юрий! С вами мне ничего не страшно, — заверила меня Николь.

— Приятно слышать, — я взглянул ей в глаза, задержался ненадолго, а затем протянул эликсир магического наркоза: — Выпейте и сразу же ложитесь.

Девушка сделала, как я попросил, и уже через несколько минут погрузилась в глубокий сон. Я проверил дыхание, сердцебиение, активность мозга и убедился, что всё в порядке.

После чего сосредоточился и погрузился в её ауру.

Она открылась передо мной — местами тусклая, истончённая, с мелкими трещинами там, где после комы каналы так и не пришли в нормальное состояние.

В целом картину нельзя было назвать плохой. И теперь, благодаря своему опыту, я знал, что нужно делать. Видел, где потоки сбиваются, где рисунок ауры нарушен, где нужно мягко направить энергию в правильное русло.

Первые манипуляции дались легко. Я подхватывал тонкие энергетические нити, разглаживал заломы, направлял силу туда, где её недоставало. При необходимости совершал микроразрезы с помощью Пустоты и соединял каналы заново.

«Получается», — подумал я.

Зря подумал.

Стоило мне коснуться сердечного узла, как аура вдруг дёрнулась. Потоки, которые я так аккуратно выстраивал, рванули в стороны, будто я задел что-то, чего не должен был трогать.

Энергия заметалась, аура начала буквально расползаться у меня под руками. Там, где минуту назад свечение выровнялось, теперь зияли новые разрывы — и они расширялись.

По лбу скатилась капля пота. Это была всего лишь коррекция, не операция — и при этом она выходила из-под контроля стремительнее всего, с чем я сталкивался раньше.

Аура теряла стабильность. Ещё немного — и наступит коллапс.

Глава 17

Франция, городок Сен-Клу, особняк рода де Мариньи

Аура Николь разрушалась у меня под руками.

Там, где минуту назад свечение выровнялось, теперь зияли разрывы, и они ширились с каждым ударом сердца. Дестабилизирующая энергия растекалась от сердечного узла, словно трещины по льду, и если она доберётся до жизненных каналов — наступит коллапс.

А коллапс ауры неизбежно означал смерть. Это, по сути, синонимы.

Времени на раздумья не было.

Я отбросил всё лишнее и сосредоточился только на одном — удержать. Подхватил расползающиеся потоки, попытался стянуть их обратно к центру. Я щедро вливал в Николь свою энергию, заполняя пустоты, но этого было мало. Дестабилизация шла всё быстрее.

Так не пойдёт. Если я буду просто затыкать дыры, то проиграю эту гонку.

Нужно отрезать источник. Заблокировать те каналы, по которым расползается разрушительная энергия, прежде чем она доберётся до жизненно важных центров.

На секунду сосредоточившись, я принял решение, полностью осознавая, насколько оно рискованно.

И призвал Пустоту.

Она откликнулась мгновенно — тонкая, как лезвие скальпеля, нить абсолютного Ничто. Одно неверное движение, и я могу окончательно угробить ауру девушки. Но другого выхода я не видел.

Я нашёл взглядом первый канал, по которому хлестала дестабилизирующая энергия. Примерился, и обрезал его.

Пустота прошла сквозь энергетическую ткань без сопротивления. Поток оборвался, и часть разрушения тут же замерла, лишившись подпитки. Я выдохнул и незамедлительно двинулся дальше — второй канал, третий. Каждый раз я задерживал дыхание, будто снайпер перед выстрелом, отсекал ровно столько, сколько нужно, и ни на миллиметр больше.

По спине тёк холодный пот. Где-то на краю сознания я слышал встревоженный голос Шёпота, который хотел помочь. Но увы, мой питомец был здесь бессилен.

Четвёртый разрез — и разрушение наконец-то остановилось.

Дестабилизирующая энергия, лишённая путей распространения, рассеялась в общем фоне ауры. Хаос замер, но расслабляться было рано. Передо мной находилась аура, изрезанная Пустотой, с оборванными каналами и зияющими дырами. Если оставить всё как есть, Николь станет инвалидом до конца своих дней.

Значит, нужно собрать всё заново.

Я погрузился в работу — теперь уже не торопясь, методично. Это была уже не та аккуратная коррекция, которую я планировал.