Мастер Трав. Том 11 - Ваня Мордорский

Поднявшись, я задумался. А действительно ли мой нюх острее, чем у обычного человека? Я ведь никогда не обращал на это внимания, привыкнув полагаться на Анализ и особо не «внюхиваясь». А надо бы.

Отряхнув колени, я заметил Седого. Мурлык лежал кверху пузом, раскинув лапы, и тихо похрапывал, переваривая свой роскошный завтрак из ядовитых жуков. Я почесал ему сытое брюхо и использовал Анализ. Раз уж поход к Хабену ограничился семью рецептами, Анализ можно смело тратить.

[Трансформация: 6.5%]

За один день обжорства — отличный результат! Но этот процесс определенно можно ускорить. Я понимал, что мне нужно снова идти к Прелому Низовью — той самой «речке-вонючке» — за кристаллами, растущими на камнях, которые так хорошо стимулировали Седого. А еще нужно добыть свежего сока едкого дуба и попытаться сделать из него концентрированную вытяжку.

Глядя на спящего мурлыка, я задумался. Любопытно, как он будет выглядеть после полной трансформации? Что вообще значит «первая ступень» для вполне обычного зверя? Он станет больше? Быстрее? Сильнее? Или у него появятся какие-то особые способности?

С другой стороны, даже если он будет идти с такой скоростью к следующей ступени, на переходе всё равно возникнут трудности. Тран ведь говорил, что для перехода зверя на следующую ступень понадобится либо очень мощный кристалл с идеально подходящим типом живы, либо специализированный эликсир прорыва для животных. То есть даже когда я докормлю Седого до 99%, перед самим скачком придется изрядно поломать голову. Но это потом… Сейчас же Седому предстоит куча едкого и ядовитого. И лопает пока он это с огромным удовольствием.

Продолжая обход сада, я вдруг зацепился взглядом за улитку-живосвета, медленно ползущую по камню. Вернее, мой взгляд привлек не сам живосвет, а влажная, мерцающая дорожка слизи, которую он оставлял за собой.

Я ведь уже анализировал ее. Слизь обладала слабым заживляющим эффектом. Тогда я решил, что она мне не особо нужна — любая восстанавливающая трава в моем саду работала лучше. Но сейчас, после лекции Хабена, я посмотрел на это иначе.

Тихие компоненты, — вспомнил я слова алхимика. — Те, что не имеют своего громкого голоса, но идеально растворяются, дополняют и многократно усиливают свойства других.

Может ли слизь улитки быть таким связующим звеном?

Я сходил в дом, взял небольшую глиняную мисочку и аккуратно собрал в нее тягучую радужную слизь с камня. Нужно будет набрать побольше и провести тесты с каждым регенерирующим растением в саду, а затем уже в различных вариантах «варок». Может при обычном контакте она и не раскроет своих свойств, а вот при готовке вариации отвара вполне.

Сейчас, правда, у меня была другая насущная проблема — эссенции. Мои запасы стремительно таяли. Смеси гидролатов уходили на лечение Золотого Женьшеня, а концентрированные эссенции требовались для новых эликсиров себе, Грэму и гнилодарцам.

Предупредив Грэма, я взял две самые большие корзины и направился на луга у Кромки. Через двадцать минут я был на месте. На удивление, за это время листья даже той восстанавливающей травы, которую я срезал, успели восстановится. Как и мяты.

Почти два часа я монотонно срезал восстанавливающую траву и обычную серебрянную мяту. Работа успокаивала, позволяя мыслям течь свободно. Дала время подумать и о сказанном Хабеном, и о не сказанном. Ни к каким выводам не пришел, может потому что и не хотел приходить.

Когда я вернулся во двор, тяжело нагруженный зеленью, то увидел Кироса. Старик-приручитель сидел на корточках прямо над жар-сердцем.

— Ты вовремя, Элиас. Сейчас полезут, — не оборачиваясь, бросил он.

Я поставил корзины у крыльца и присел рядом. Все мелкие ящерята из первого выводка сгрудились вокруг, с любопытством наблюдая за пульсирующим сердцем пеплошкура. Рассветница тоже подползла поближе, поглядывая на него. Кирос же, когда решил что пора, наклонил, перевернул сердце и убрал его верхушку. Едва он это сделал, наружу недовольно и медленно выбрались еще три ящерицы.

Первая была покрыта тонкими, но плотными костяными наростами, идущими вдоль всего хребта — ну самая настоящая броня. Она двигалась тяжело, но как-то уверенно, и поглядывала на других с небольшим превосходством. Всё потому, что она была крупнее раза в полтора. Вторая выглядела…необычно. Она была двухцветной. Левая половина тела пылала огненно-красным, а правая была матово-серой, цвета остывшего пепла. И смотрела она как-то слишком осмысленно. Это меня как-то сразу напрягло. Третья ящерица была самой мелкой, но на ее лбу, прямо между двумя обычными глазами, открылся третий, вертикальный глаз, полыхающий чистой огненной живой.

— Вот это приплод, — восхищенно выдохнул Кирос, поглаживая подбородок. — Ну что, Элиас, решил, кого продашь мне?

Он выжидающе посмотрел на меня.

— Давай чуть позже, Кирос, — мягко ответил я. — Я еще толком их даже не рассмотрел. Пусть окрепнут пару дней.

— Ладно-ладно, — понимающе кивнул старик, хотя я понимал, что кого-то отдать ему придется. Еще и просто потому, что за всеми я не услежу. Да и не нужно мне так много ящериц, как бы не хотелось оставить их себе.

Я улыбнулся, протянул руку и кончиками пальцев коснулся каждого новорожденного, используя Анализ.

[Броненосная рассветница.

Свойства: Высокая физическая защита, генерация внутреннего жара.

Редкость: Высокая.]

[Двуликая рассветница.

Свойства: Способна поглощать и использовать как чистый огонь, так и пепел.

Редкость: Невероятная.]

[Трехглазая рассветница.

Свойства: Способна с помощью особого глаза создавать концентрированный огненный луч.

Редкость: Невероятная.]

Я убрал руку, скрывая удивление. Этот выводок был просто сокровищницей мутаций. Да, оно было понятно и так, анализ это лишь подтвердил. Но трехглазая действительно была чем-то невероятным.

Рассветница подошла к своим детям и они тут же облепили ее. Да, Кирос говорил, что у них есть связь.

Двое других ящерят (Огнеплюй и Кристаллик) забрались в жар-сердце и там возились. Так что я решил чуть отложить их Анализ. Подождут.

Пока мы с Киросом завороженные наблюдали за возней рассветницы со своими детьми, к нам подошел Грэм.

— Элиас, пошли есть.

Я встрепенулся.

— А, сейчас. Мне надо только быстро с травами закончить.

Я быстро (насколько это было возможно) вымыл от грязи собранные травы и погрузил их в воду, чтобы к тому моменту, как я буду делать из них эссенцию они не завяли.

После этого был обед. На удивление, Кирос решил присоединиться.

— А что? — пожал он плечами, отвечая на недовольный взгляд Грэма, — Всё утром бегаю туда-сюда, даже кусочка хлеба не успел в рот закинуть.

— Ешь уже молча. — фыркнул Грэм, — Разболтался.

Дальше все ели уже