Негаданная Судьба - Лунная Кошка

И тотчас свет полной луны, полускрытый облаками, вытянулся в струнку, указав на маленькое, похожее на замочную скважину отверстие в двери. Гермиона сглотнула и судорожно сжала в руке ключ.

Где-то на ведущей вниз лестнице орал благим матом Бильбо, призывая гномов вернуться, а Гэндальф стоял на ступенях, освещая их белым магическим светом своего посоха.

Она уже поднесла ключ к замочной скважине, но потом остановилась, почувствовав чье-то присутствие, и, подняв голову увидела рядом Торина. Она улыбнулась, протягивая ему на раскрытой ладони ключ, и гном до боли сжал ее руку.

В лощину уже успели подняться все остальные, они молчали, словно даже словом боялись нарушить торжественность момента.

Гермиона сделала шаг назад, когда Торин повернул ключ в замочной скважине и с силой нажал ладонями на каменную дверь. Та подалась вперед с тихим шорохом, являя путешественникам расщелину в стене. Она словно выплюнула темноту, еще более густую, чем темнота обступившей их ночи.

Девушка услышала за спиной тихий всхлип Балина.

— Эребор... — выдохнул Торин.

* * *

Он шагнул в подгорную темноту несмело, словно не веря собственным глазам и не слишком четко отдавая себе отчет в том, что происходит. Он не только не выпустил Гермиону, но и безотчетно вцепился в нее еще крепче. В голове девушки мельком пронеслась мысль о том, что на плечах обязательно появятся синяки...

Из всего отряда только Балин и Торин возвращались сюда. Остальные никогда не ступали под своды пещер Одинокой горы. Все они были слишком молоды, и родились уже после разгрома Эребора.

Гэндальф споткнулся о полу собственной хламиды и тотчас засветил огонек на конце посоха, и Гермиона заметила, насколько искусно и тщательно вытесан в теле скалы коридор, по которому они передвигались. На стенах не было не единой зазубринки. Уровень пола медленно и ненавязчиво понижался, уводя путников вглубь Горы.

Они не прошли и двадцати футов, как стены коридора разошлись и вывели их в небольшую круглую залу. Против них в стене было высечено изображение трона, увенчанного сияющим камнем и надписью на кхуздуле.

— Здесь лежит Седьмое Королевство народа Дарина, — торжественно прочел Гэндальф, осветив барельеф. — Вы у цели своего путешествия, Торин.

— Это Камень Государя, Аркенстон, — сказал Балин, указывая на изображение.

— Это то, что моему деду было дороже всего золота, погребенного в этой Горе, — проговорил Торин, и глаза его заблестели. — За этим вы здесь, мистер Беггинс. Смауг вероятно спит, и не проснется, если нам повезет, и если вы оправдаете звание Взломщика. Дракон знает запах гномов, но существ, подобных хоббитам, он никогда не встречал.

— Постой, ты хочешь отправить его туда одного? — воззрилась на Торина Гермиона, уразумев, наконец, куда он клонит. — Вы все сошли с ума? Там огромный свирепый зверь! А сами вы, полагаю, планируете отсидеться?

— Это не твоя забота, Эмин, — понизив голос и стараясь сохранять спокойствие, сказал Торин. — Мистер Беггинс не возражает, — с нажимом сказал он, стрельнув глазами на Бильбо, который невольно оказался центром событий и теперь стоял, простодушно хлопая глазами. — Он сам согласился на эту договоренность.

Бильбо не боялся идти на разведку. Он не лгал, когда сказал племяннице, что решил запрятать свои страхи как можно глубже внутрь себя. Судя по всему, ему это неплохо удавалось, коль скоро он был спокоен и несуетлив. Однако Гермиона его настроений не разделяла. Когда он раскрыл рот, чтобы успокоить ее, она жестом остановила его и тотчас приняла непримиримую позу, скрестив руки на груди.

— Отлично! Я иду вниз вместе с дядей, — тоном, не терпящим возражений, объявила она.

Почему я не удивлен?..

— Эмин!.. — зарычал Торин. — Ты останешься тут. Ты не будешь со мной спорить.

Гермиона сердито сощурилась и, не удостоив его ответом, направилась к Бильбо, который, деловито поправив на поясе Жало, уже спускался ниже по проходу. Увидев это, Торин окончательно растерял самообладание.

— Ты не станешь мне перечить!.. — взревел он, хватая девушку за плечо. — Ты не смеешь меня ослушаться!

Она ошалело выдралась из его рук и отпрянула, заглядывая в его горящие бешенством глаза с нескрываемым страхом. В отряде повисла гнетущая тишина.

— Торин, я ни в коем случае не хочу вмешиваться, но советую остыть, — осторожно вмешался Гэндальф.

— Вот и не суй свой нос в то, что тебя не касается! — оборвал его гном, не сводя глаз с Гермионы, которая уже начала терять последнее мужество. Она отчаянно не понимала того, что творилось на ее глазах. Этот взбешенный, полыхающий яростью гном не был тем Торином, которого она знала.

— Ты перегибаешь! — прогремел маг, стукнув в гневе о землю посохом. Торин моргнул и отвел взгляд, однако и препираться больше не стал. — Эмин, — уже спокойнее обратился он к девушке, — Бильбо ловок и умеет очень тихо передвигаться. Уверен, что с ним будет все в порядке. К тому же, ты всегда можешь наложить на него чары невидимости.

Когда Бильбо, невидимый и практически неслышный, ушел вниз по коридору и скрылся за поворотом, остальные вернулись наружу, ко входу в Гору и расположились лагерем в знакомой лощине. Ночь раскинула над ними звезды, вокруг была такая тишь и спокойствие, что даже не верилось, что под Горой затаился свирепый дракон.

Торин нервничал. После гэндальфовой отповеди он немного успокоился, но теперь, помимо всеобщего мандража и периодически покалывающего беспокойства за Бильбо — все же он отправил маленького беззащитного хоббита в недра горы совсем одного — его мучили и собственные демоны. Он напугал Эмин. Он сделал ей больно. Вероятно, девушка больше и близко к нему не подойдет по доброй воле.

Гермиона же, снедаемая тревогой за своего дядю и ошарашенная поведением Торина, свернулась клубочком в отдалении от остальных, забравшись под теплый плащ с головой. Она опять ничего не понимала.

Торин зорко следил за нею, не сводя глаз и будто бы опасаясь, что она сбежит. Гермионе казалось, что только присутствие Гэндальфа удерживает его от того, чтобы связать ее. Несколько минут назад никто из гномов не защитил ее, несмотря на откровенно грубое поведение Торина. Только Кили стоял, попеременно краснея и бледнея, и сжимал кулаки, но был остановлен братом, как только сделал шаг в ее сторону. Что-то происходило у нее