Узники старых часов - Лена Александровна Обухова

— Ну ты же не со зла. Ты просто переживала за сына. Я все понимаю.

— Значит, мир?

— Даже не обсуждается!

Карина порывисто обняла ее, и Лина с удовольствием сжала подругу в ответных объятиях. После чего Костя предложил отвезти всех по домам. Правда, машина у него была всего одна, а их собралось немало.

— Вы езжайте, а я сама доберусь, — заверила Лина. — Мне еще с Интернационалом Николаевичем надо поговорить.

— Езжайте, молодой человек, не волнуйтесь, — велел Стомов засомневавшемуся Косте. — Я подвезу до дома вашу подругу.

Он снова вызвал такси, которое подъехало буквально через пару минут после того, как все попрощались друг с другом и патрульная машина увезла Костю, Карину, Кирюшу и Гошу.

— Как вы? — спросила Лина Стомова, когда они уже сели на заднее сиденье приехавшего за ними автомобиля.

Стомов ненадолго задумался, а потом кивнул, пояснив:

— Хорошо. Это был самый необычный, но в то же время самый вдохновляющий опыт в моей жизни. Теперь, наверное, мне будет чуточку проще двигаться к финалу жизни, точно зная, что с ним все не заканчивается.

— Да ну, скажете тоже! — возмутилась Лина. — Рано вам еще думать о финале...

Стомов не стал спорить с ней, лишь снисходительно улыбнулся.

— Как минимум я еще успею поделиться прожитым опытом со своими читателями. Конечно, нет смысла писать об этом серьезную научную книгу, все равно скажут, что я все придумал. Но вот мистический роман должен получиться интересным.

— Будет здорово! Я с удовольствием его прочитаю, когда он выйдет.

Стомов как-то странно покосился на нее, хитро щурясь и улыбаясь, и вдруг спросил:

— А как насчет того, чтобы написать его вместе со мной?

— Что? — Лине показалось, что она ослышалась. — Я не могу! Я же не писатель...

— Никто не писатель, пока что-нибудь не напишет, — философски заметил Стомов. — Но у тебя есть все ниточки этой истории, которыми ты могла бы со мной поделиться. Да и не стоит скромничать: я ведь читал тот очерк, что ты написала о гостинице, о случившейся в старой усадьбе трагедии. Это было довольно хорошо написано. Не без огрехов, конечно, но я мог бы помочь тебе поработать над слабыми сторонами твоего стиля. Кто знает? Может, из тебя получится новая литературная звезда? Что-то мне подсказывает, что материала для подобных историй у тебя будет еще много.

Лина задумалась. Предложение было слишком неожиданным, чтобы поверить в него. И слишком соблазнительным, чтобы отказаться.

— Хорошо, давайте попробуем. Не уверена, что у меня получится, но я буду очень стараться!

— Прекрасно! — Стомов, казалось, искренне обрадовался. — Тогда для начала расскажи мне, пожалуйста, что это за странный молодой человек? Тот, что помог нам попасть в башню.

Лина вздохнула, посмотрела в окно, за которым уже почти полностью стемнело, и тихо призналась:

— А вот это я и сама хотела бы знать.

Эпилог

Лина вышла из дома Стомова и жадно втянула носом свежий воздух. Август едва дополз до середины, но в воздухе почему-то уже чувствовалось дыхание осени.

Сашка, конечно, как обычно, предлагал отвезти ее домой, а она, конечно, как обычно, отказалась. В последнее время в доме Стомова она стала частым гостем: заглядывала туда каждые выходные для обсуждения совместной работы. На неделе выполняла задания Интернационала Николаевича самостоятельно, а в субботу или воскресенье они разбирали сделанное вместе.

Сочетать работу над книгой с работой в архиве было сложно, но очень интересно. Время от времени на Лину накатывало отчаяние, когда она осознавала, насколько у Стомова больше опыта — и, вероятно, таланта, — но он каждый раз находил слова, чтобы поддержать ее. И она изо всех сил старалась не подвести и не разочаровать его. Бросать точно не собиралась: если уж ввязалась, следовало довести начатое до конца.

Сегодня в гостеприимном доме она задержалась чуть дольше обычного, оставшись на ужин, и потому шла домой позже, чем привыкла, а темнело уже значительно раньше. Южная ночь всегда начинается внезапно: когда выходишь из дома, еще достаточно светло, а потом вдруг становится совсем темно. Пока Лина пересекала центр города, было не страшно: курортный сезон продолжался, в городе находилось много туристов, и по вечерам до поздней ночи они гуляли, сидели в кафе, танцевали на открытых танцплощадках.

Но стоило добраться до своего тихого района, как стало немного некомфортно. Однако Лина уже довольно долго жила здесь, и с ней ни разу не случалось ничего неприятного, поэтому она шла довольно спокойно, не озираясь по сторонам.

Однако мужчину, замершего у старой магнолии, заметила еще издалека. Казалось, что он прятался в тени раскидистого дерева, и это могло показаться подозрительным, но тот факт, что его руки были сложены на набалдашнике трости, заставлял лишь улыбнуться и ускорить шаг, чтобы поскорее добраться до него.

— Добрый вечер, Александр, — поздоровалась Лина, подойдя ближе. — Не ожидала вас сегодня здесь встретить.

Он как-то странно посмотрел на нее, тонкие черные брови сошлись к переносице, в глазах мелькнула растерянность.

— Ты меня видишь?

— Да... — Лина тоже удивленно нахмурилась. — А что, не должна?

— Откровенно говоря, не ожидал, — признался Александр. — Обычно люди видят меня в двух случаях: если этого хочу я и если этого хотят они. Но смертные редко по-настоящему хотят меня увидеть. А у меня сейчас не было намерения встречаться с тобой.

— И тем не менее вы здесь, у меня на пути, — безжалостно заметила Лина. — Но если вы не собирались мне показываться, я не буду к вам приставать.

Она уже собралась пройти мимо, когда Александр вдруг заявил:

— Раз уж так случилось, я, пожалуй, провожу тебя до дома. Никаких особых дел в ближайшее время у меня все равно нет. А вечер... вполне располагает к прогулкам.

— Я не против.

Лина зашагала вперед даже медленнее, чем шла до этого. Мимо них вскоре прошла какая-то припозднившаяся парочка, и ей вдруг стало интересно:

— А что сейчас видят окружающие? Только меня или нас обоих?

— Зависит от того, кто и как смотрит. Кто-то, может быть, вовсе нас не замечает. Но если кто-то обратит внимание, что ты с