Ведьма - Василиса Мельницкая

— Что там у вас с Кощеем? — спросила я, когда мы спустились на кухню. — Мишка сказал, что все получилось. Он принял наследство?

— Да, я об этом и хотела рассказать. Все еще не уверена, что можно обсуждать ведьмака при Вениамине, — ответила Глафира.

— Навряд ли Кощей обрадуется, если еще один студент узнает его секрет, — согласилась я. — Особенно теперь. Когда договорились обряд проводить? Ночью? Опять в морг пробираться? Александр Иванович поможет?

— Завтра вечером старшему Шереметеву тело отдадут. Нам запретили там появляться.

— То есть…

— То есть, Кощея в дом без нас впустят. Он слово взял, что мы следом не полезем.

— Но как же? — растерялась я. — Я должна услышать ответы. И мне нужно спросить…

— Миша так и сказал, что ты расстроишься, — согласилась Глафира. — Но из двух зол, сама понимаешь… — Она открыла холодильник. — Слушай, сегодня не до ужина как-то было. Но ведь всех надо покормить, да? Может, картошки пожарить?

Да дался ей этот ужин!

— Глаш, я хотела спросить…

— Расходимся? — На кухне появился Мишка. — Мы всё, вопрос закрыт. Яр, ты проклятие снимать будешь?

— Я вам разойдусь, — проворчала я. — Гони всех сюда, ужин готовить будем. Чего все на Глашу свалили? Заодно договорим.

Обстановка заметно разрядилась. Мишка повеселел и не кидался на Венечку. Сава, наоборот, помрачнел, но я предполагала, что так и будет. Ничего, с ревностью он справится. А что стыдно, так это хорошо. Я его предупреждала.

— Ты о чем спросить хотела? — напомнила Глафира, раздав всем задания.

Работа кипела: Ваня чистил картошку, Сава разделывал мясо, Мишка разводил огонь во дворе, Венечка одной рукой кромсал огурцы для салата. Я отмеряла продукты для пирога, а Глафира взбивала яйца.

— А, так о том, что происходило, пока я в машине злилась. Я давно научилась контролировать свои эмоции. И силу тоже. Ты сказала, что структура мира трещала по швам. Это как?

— Я ж не знала, что у тебя все под контролем, — ответила Глафира, яростно орудуя венчиком. — Выглядело все паршиво. Ты хоть на будущее имей в виду, что по краю ходишь. А мир… Вот как ты его не видишь и не чувствуешь, если у тебя десятка?

— Говорила уже. Я как медитировать начинаю, в Испод проваливаюсь. Несовместимость… — Я взглянула на Мишку через открытое окно. — Магических полей.

— Мы не ощущаем структуру мира так, как ведьмы, — сказал Венечка. — Если такое раньше бывало, то никто и не замечал, потому что не мог.

— А костылем ты что делать собирался? — поинтересовалась я. — Стихию земли призывать?

— Живчика по лбу бить, — спокойно ответил он. — Если прорыв начнется. У меня еще нет призывного оружия.

— Как минимум, один способ совладать с князем у нас есть, — заключила я. — Но я его на крайний случай оставлю.

— Это какой еще способ? — Сава нахмурился.

— Мм… Соблазню, расслаблю, запечатаю нас обоих в кокон и рвану. Главное, чтобы вы успели прорыв закрыть.

Сава с размаха загнал нож в доску, на которой разделывал мясо. Хорошо, доска толстая, сантиметров пять, а то он и столешницу бы прикончил. Глафира таращилась на Саву в восхищении, Венечка — с завистью. Ваня тут же попытался вытащить нож из дерева, но безуспешно.

— Сказала же, на крайний случай, — невозмутимо произнесла я. — Вы что, до сих пор не поняли? Все серьезно. Или я его, или он меня. Поэтому первое, что мы делаем — это спасаем Матвея. А дальше берем в оборот князя.

— Кстати, — встрепенулся Вениамин. — Мы только законные способы рассматриваем или…

— Или — тоже, — ответила я.

— Угу. — Он кивнул. — Тогда жертву еще можно допросить.

— Не глупее тебя, — заявил Мишка, вернувшись на кухню. Он отобрал у Глафиры миску с яйцами, застучал венчиком. — Только ведьмаки в очередь не выстраиваются, чтобы с мертвым миром пообщаться.

— Ты знаешь ведьмака? — спросила я. — Он далеко отсюда?

Еще один ведьмак лишним не будет. Мало ли, вдруг у Кощея ничего не получится?

— Я сам могу провести обряд, — сказал Венечка.

Я просыпала муку. Ваня уронил в таз неочищенную картофелину. Сава снова вогнал нож в доску, и она дала трещину. Глафира тихонько ойкнула.

— Гонишь, — буркнул Мишка, продолжая стучать венчиком. — Ни один ведьмак в здравом уме не передаст такое знание магу. И ты не ученик, иначе в академию тебя не приняли бы.

— У меня есть артефакты, сделанные ведьмаком. Свечи, кристаллы, мел, — перечислил Венечка. — Нужные масла, наверняка, найдутся в доме. Я знаю порядок ритуала. Ведьмак нужен, чтобы правильно произнести слова. С этим справится и ученик.

Мишка только крякнул.

— Артефакты из хранилища? — уточнила я.

Венечка кивнул.

— А ритуал… Неужели малый ковен?

И вновь кивок.

— А если что-то пойдет не так, то Испод покажется нам раем, — усмехнулся Сава. — Я нашел ведьмака, но он отказался.

Так вот почему Александр Иванович упомянул Саву! Значит, он знает о Кощее.

— Уже согласился, — сказала я. — Но…

— Нет! — произнесли одновременно Сава, Мишка и Глафира.

— Сколько времени нужно, чтобы все подготовить? — спросила я у Венечки.

— Ровно столько, сколько понадобится для того, чтобы приготовить смесь масел, — ответил он.

— У нас есть ориентиры для перехода в морг через Испод. Защитный контур внутри Испода беру на себя. Сегодня нас там никто не ждет. Завтра тело заберут. Мишаня, Глаша, вы же давали слово не лезть в дом Шереметева? О морге речи не было?

— Ну… Да… — подтвердили они.

— Вот! — обрадовалась я. — Идеальный же вариант. Наш шанс опередить князя.

— Вениамин, ты артефакты с собой носишь? — язвительно поинтересовался Сава. — В кармане?

— В машине, — ответил он. — Я комнату в городе снял, забрал вещи из гостевого дома. Там не только это. Из дворца пришлось вынести, а своего дома у меня пока нет. Вот и таскаю с собой.

— Да черт с вами, — вздохнул Мишка. — Пойдемте, что ли… покойника поднимать.

—