Я стал бессмертным в мире смертных - Let me laugh

— Еще бы, ведь это гений, которого ценит наша старшая сестра. В строительстве Куньлуня есть и ее заслуга.

Ученицы Дворца Чистой Истины оживленно переговаривались, проявляя живой интерес к Куньлуню и его главе.

Тайси обернулась к Гу Ли и с улыбкой сказала:

— Младшая сестра Гу, это твоя родина, почему бы тебе не стать нашим проводником?

Глава 319. Название секты Дао, Император Шэньмин

В ответ на вопрос Тайси Гу Ли слегка кивнула и, сделав шаг вперед, произнесла:

— Это наверняка Куньлунь. Когда я уходила, здесь не было таких высоких гор.

Сердце Гу Ли трепетало при мысли о скорой встрече с Фан Ваном. Все эти годы, даже практикуя во Дворце Чистой Истины, она постоянно слышала легенды о нем.

Когда она впервые попала во Дворец Чистой Истины, ей казалось, что она открыла новый мир. Обитель секты была величественнее всех дворцов и малых миров, что она видела прежде, а глубина их познаний в техниках Дао превосходила всякое воображение. Ей казалось, что она сразу шагнула за врата бессмертия.

Однако это чувство новизны длилось недолго — слава Фан Вана стремительно ворвалась в ее жизнь даже там. Слушая, как соученицы и наставники восхищаются его мощью, Гу Ли чувствовала одновременно гордость и какое-то странное недоверие. Она никогда не сомневалась в его таланте, но скорость, с которой росла его известность, поражала. Он вечно совершал нечто невообразимое.

И вот теперь, снова ступив на Континент Покорения Драконов, она не могла унять волнение. Она жаждала встречи и в то же время боялась ее — это чувство было трудно описать словами.

Тайси, заметив ее состояние, мягко улыбнулась:

— Не тревожься так. Ты ему явно не безразлична. Он не только просил меня позаботиться о тебе, но и твой отец, Гу Тяньсюн, до сих пор пользуется особым почетом на Озере Небесного Меча. Хотя его уровень культивации там теперь считается низким, к нему относятся с уважением. Это наглядно показывает, какое место ты занимаешь в сердце Фан Вана.

Видя, как Фан Ван становится все сильнее, Тайси и сама начала ощущать некое беспокойство. Она боялась не поспеть за его шагами, и это касалось не только ее, но и всего Дворца Чистой Истины. Чтобы удержаться рядом с Фан Ваном и организацией Путь Надежды, ей нужно было укрепить связи между ними.

Ученицам Дворца Чистой Истины запрещалось выходить замуж, и Тайси была обязана соблюдать это правило. Ее чувства к Фан Вану были скорее восхищением, чем любовью, поэтому она сделала ставку на Гу Ли. Та подходила идеально: формально не была ученицей дворца, но обучалась там. Если у Гу Ли и Фан Вана родится дочь, Тайси заберет ее во Дворец Чистой Истины, и тогда их союз станет нерушимым.

Слова Тайси немного успокоили Гу Ли, и она бросила на нее благодарный взгляд. С самого начала их знакомства Тайси была к ней очень добра. Конечно, Гу Ли понимала, что все это из-за Фан Вана, но не могла игнорировать проявленную заботу.

Тем временем на Озере Небесного Меча царило небывалое оживление.

Одетый в серое Сюй Цюмин шел вдоль берега, с глубоким вздохом глядя на нынешнее процветание этих мест. Рядом с ним шел человек в просторном темном даосском халате с метелкой-хвостом в руке. За спиной у него был персиковый меч, а на голове — шапка книжника. Он постоянно оглядывался, словно кого-то высматривая.

— Можешь не искать. Он практикует некую чудесную технику: пока сам не захочет показаться, ты его не найдешь, — с улыбкой произнес Сюй Цюмин.

Даос вздохнул:

— Поистине поразительно. С моими способностями к предсказанию и восприятию я не могу его обнаружить. Неудивительно, что он зовет себя Небесным Дао.

Сюй Цюмин посмотрел на группу мастеров меча, медитирующих на озерной глади в попытках постичь Меч-Намерение Неба и Земли.

— Нынешнее Озеро Небесного Меча и впрямь внушает трепет. Похоже, стать Святым Меча будет не так-то просто.

Даос обернулся и, похлопав его по плечу, рассмеялся:

— Чего ты боишься? Это состязание в искусстве меча, ты не проиграешь. Лучше скажи, какую секту Дао мне основать? В Пути Надежды уже есть Секта Таинственного, Секта Будды и Секта Меча. Моя должна быть величественнее всех.

Он говорил так непринужденно, будто место главы секты уже было у него в кармане.

— Величие не главное. Важно, чтобы секта отражала твой Путь. От этого зависит, какие ученики к тебе придут. Если твоя ветвь будет достаточно сильной, даже самое простое название прогремит на весь мир.

Сюй Цюмин говорил спокойно, но в его глазах разгорался азарт. Он уже чувствовал присутствие множества могучих мастеров меча. Раз Фан Ван смог привлечь столько великих практиков, насколько же силен он сам?

Сам Фан Ван, медитировавший в густом тумане, не заметил прибытия Сюй Цюмина и Гу Ли. Он был полностью поглощен практикой. После создания Пути Надежды новые ученики прибывали ежедневно. Даже если бы напал сильный враг, Фан Вану не пришлось бы вмешиваться лично, поэтому он тренировался со спокойной душой.

Прошло пять лет с тех пор, как Бессмертный Меча бросил ему вызов. За это время Фан Ван вплотную приблизился к пятому уровню Сферы Прорыва Небес. Несмотря на шум, доносившийся с Озера Небесного Меча, он оставался невозмутим, стремясь к истинному Дао.

Время в медитации летело незаметно, как вдруг мощная аура прервала его покой. Он открыл глаза, и в них промелькнуло удивление.

В небе над озером яростно сражались две фигуры. Их скорость была столь велика, что обычный человек не смог бы уследить за ними взглядом. Заклинания сменяли друг друга мгновенно, а в небе расцветали видения, рожденные духовной энергией. Над Озером Небесного Меча поднялся золотой барьер, защищающий землю.

Два мастера Сферы Ступеней Небосвода!

Фан Ван приподнял бровь. Десятки лет назад встретить хотя бы одного такого практика было удачей, а теперь на его территории двое устроили дуэль. Впрочем, они сражались высоко в небе, явно оберегая озеро, что говорило об их благоразумии.

В этот момент из тумана позади него вышел Хунчэнь.

— Твоя удача прибыла. Не ожидал, что к тебе явится перерождение Великого Императора! — произнес Хунчэнь с легким волнением в голосе.

Перерождение императора?

Фан Ван на мгновение замер, вспомнив кое-что. Точно, Император Призраков говорил, что послал к нему на помощь перерожденного императора. Он почти забыл об этом.

Он присмотрелся, пытаясь понять, кто из двоих — тот самый. Вскоре один из бойцов заставил его в этом убедиться.

— Этот император непрост.