Филипп Красивый и его сыновья. Франция в конце XIII — начале XIV века - Шарль-Виктор Ланглуа

в конце XIII и в начале XIV в. пытался покорить оба больших фьефа на юге и севере королевства, которые еще не подчинялись его власти напрямую, — Гиень и Фландрию. Ему это не удалось. Филипп Красивый и Карл Красивый завоевали и вернули Гиень; брак Эдуарда II и Изабеллы, давший Эдуарду III права на французскую корону, с этой стороны уготовал стране ужасные беды. Филипп Красивый завоевал и потерял Фландрию; с 1305 г. Филипп Красивый и его сыновья выбивались из сил, навязывая фламандцам, не желавшим этого, мир, который тем не менее почти не менял взаимоотношений между Фландрским домом и королем, сложившихся еще при Людовике IX. Политика последних Капетингов по прямой линии в отношении Англии и Фландрии обошлась им очень дорого, но беды, какие Англия и Фландрия принесли династии Валуа во время Столетней войны, предельно убедительно показывают, что серьезных результатов эта политика не имела.

V. Священная Римская империя

Граница между Францией и империей

От Северного до Средиземного моря, от Голландии до Прованса в XIII в. c королевством граничили княжества, принадлежавшие к Священной Римской империи. У всех этих княжеств, больших и малых, — Голландии, Брабанта, Эно, Люксембурга, Бара, Лотарингии, Франш-Конте, Лиона, Дофине, Савойи и т. д. — случались ссоры с соседями, так что если в случае конфликта одно опиралось на императорскую власть, другое немедленно обращалось к Франции. Впрочем, главы этих феодальных государств меняли лагерь очень легко и очень часто: тот или иной князь, которого страх перед тем или иным императором привязывал к Франции, становился сторонником императора, если в результате выборов императорская корона доставалась его другу, а самые рьяные приверженцы империи порой позволяли королю привлечь их на свою сторону при помощи браков или просто субсидий. Большинство князьков бывшей Лотарингии и Арльского королевства таким образом торговали союзными отношениями. В результате возникали нестабильные комбинации, история которых очень сложна, но интереса не представляет[78].

Франция и Германия во времена Рудольфа Габсбурга

Цель французской политики в этих регионах всегда, естественно, состояла в том, чтобы поддерживать французскую партию в каждом из пограничных княжеств и при возможности аннексировать некоторые из них.

К моменту восшествия на престол Филиппа Красивого у Французского дома был в империи свой человек в лице Оттона, пфальцграфа Бургундии (Франш-Конте). Немецкие хронисты того времени, говоря о вассалах пфальцграфа, называли их «французами». Когда в этот регион в 1289 г. пришел Рудольф Габсбург, король Германии, «чтобы отомстить за немецкую честь», граф д'Артуа с французскими, артуаскими и пикардийскими рыцарями помог своему зятю Оттону. 12 июня 1291 г. Оттон тайно обещал руку Жанны, своей дочери и наследницы, одному из сыновей Филиппа Красивого, обязавшись добиться разрыва феодальной связи между Франш-Конте и империей.

В 1291 г. Рудольф Габсбург умер. В его царствование французское влияние по-прежнему просачивалось через все слабые места франко-имперской границы — в лотарингском регионе, в Лионе, где бюргеры отдали себя под охрану короля, в Эно, где город Валансьен, восставший против графа, претендовал на «принадлежность к Французскому королевству»: граф Эно, отказавшийся приносить королю оммаж за Остреван, был осужден парламентом, ему пригрозили, и он изъявил покорность.

Во времена Адольфа Нассауского

К новому королю Германии Адольфу Нассаускому, как мы видели, обратился Эдуард I с просьбой возглавить коалицию, направленную против Франции. 21 августа 1294 г. тот согласился. Через несколько дней он в высокопарных словах выразил намерение не терпеть долее незаконное присвоение земель, прав и юрисдикции империи и отстоять свое право на все, что было захвачено Филиппом Французским или его предшественниками[79]. «Когда король получил эти послания, — пишут "Хроники Сен-Дени", — он созвал свой совет. Потом рыцари короля Германии отнесли его ответ их государю. Тот сломал на нем печать, которая была очень велика, но нашел там всего два слова: Nimis germanicum, "Слишком по-немецки!" Этот ответ дали граф Робер д'Артуа и Большой совет короля». Интересно, что долго считалось, будто этот знаменитый анекдот отражает типичную для короля Филиппа Красивого высокомерную беззастенчивость[80]; но это не так, потому что еще в XII в. Вальтер Мап в своем сочинении «Забавы придворных» приписывал этот ответ Людовику Толстому.

Адольф Нассауский, вещавший столь громогласно, был не в состоянии подкрепить свои слова делами. Против союзников Эдуарда I в империи, графов Гельдерна, Юлиха, Бара, Феррета, Савойи и др., дипломатия французского двора сумела быстро мобилизовать дофина Вьеннского, оммажа от которого Филипп добился за пенсию в пятьсот турских ливров, Тибо Лотарингского, графов Эно, Голландии и пр., наконец, графа Люксембурга и Альбрехта Австрийского, то есть будущих Альбрехта I и Генриха VII. С 1295 г. началось заключение многочисленных договоров между князьями империи и королем Франции. Самый своеобразный из них был подписан 2 марта 1295 г. в Венсенне с Оттоном Бургундским. Оттон, персонаж одиозный, обремененный долгами, уставший от забот, связанных с держанием большого фьефа, не ограничился подтверждением брачного контракта 1291 г.: он уступил свои имения непосредственно королю за капитал в сто тысяч ливров и пожизненную ренту в десять тысяч турских ливров. После отречения он поехал прожигать жизнь в Париж. Он умер от раны, полученной в бою с фламандцами.

Не исключено, что и самому Адольфу Нассаускому заплатили, чтобы он не пускал в ход свои отсыревшие молнии. Во всяком случае, он не сделал ничего; он не оказал ни малейшей помощи тем немногим союзникам Эдуарда, которые посмели бросить вызов Парижу, — графам Фландрскому и Барскому. Впрочем, в июле 1298 г. он погиб в сражении при Гёльхайме. И после того, как его сменил победитель при Гёльхайме Альбрехт Австрийский, бывший союзник Франции, в течение некоторого времени империя больше не выдвигала претензий.

Во времена Альбрехта Австрийского

8 декабря 1299 г. Филипп Красивый и Альбрехт Австрийский встретились в Катрво, между Вокулёром и Тулем.

Совещания в Катрво

Там был заключен давно готовившийся союз: сестра короля Бланка Французская должна была выйти за старшего сына Альбрехта, наследника Австрии и Штирии; инциденты на границе между Францией и империей, столь частые, в дальнейшем должны были рассматривать арбитры. Люди короля, пытаясь принять Франш-Конте во владение, уже столкнулись с противодействием местной знати, образовавшей против них «конфедерацию»[81]; теперь между дворянами Франш-Конте и королем было заключено перемирие; впоследствии разрешать вопросы, по которым они расходились, призван был имперский суд.

Эти положения, ставшие известными благодаря подлинным и общедоступным документам, не особенно удивили современников, которых взволновала сама встреча как необычное событие. Во Франции и в Германии ходил слух, что Филипп тайно обязался добиться, чтобы империя и корона Германии стали наследственными в доме Габсбургов, а Альбрехт за это якобы уступил Филиппу