Кайрин 3. Тень алхимика - А. Мирт

жизни. Мне просто нужно было, чтобы она осталась одна в подходящем месте. В голову пришла идея, что гораздо проще было бы, если бы кто-то вроде Корна пригласил её на свидание. Эх, что ж я раньше до этого не дошёл? Хотя, немного зная её характер, подозреваю, что она бы наверняка всех отвергла.

Экза сразу двинулась на выход, не обращая внимания на окружающих. Меня она не заметила. Оставалось надеяться, что Корн не столкнётся с ней на выходе.

Я выскользнул вслед за ней, девушка быстро шла, и не думая оборачиваться. Оглядевшись, я заметил Корна, спокойно прислонившегося к стене недалеко от выхода.

— Как она тебя не заметила? — тихо спросил я.

— Даже если и заметила, мне что, запрещено здесь стоять? Идём, — так же тихо ответил куратор.

Мы двинулись следом. Между дворцами было довольно приличное расстояние, и между ними располагался парк. Это было идеальным местом для затеянного нами.

Мне отчего-то казалось, что я заделался в преступники. Как разбойник пытаюсь напасть на девушку исподтишка. Хотя она первая так поступила! Корн же выглядел как всегда спокойным. Похоже, он не считал это чем-то неправильным. Что, признаться, меня немного удивляло. В последнее время куратор всё больше напоминал человека, который полностью подчиняется старшим и делает только то, что следует. Ладно, чего это я обвиняю его в непорядочности? Мне повезло, что он со мной.

Когда проходили через парк, а вокруг практически не попадалось студентов, мы с Корном переглянулись и сократили расстояние до Экзы. Только сейчас она что-то почувствовала и обернулась. Увидев меня, она презрительно ухмыльнулась. Скользнула по Корну взглядом, но, казалось, не признала его достойным соперником, обращаясь лишь ко мне, будто бы куратора здесь вовсе не было. Он сегодня был в синей форме, а лицо его она, похоже, не узнала. Это было единственным объяснением, почему она вела себя до сих пор так спокойно в присутствии третьего капитана.

— Хочешь вернуть дэва? — спросила она.

— Именно этого и хочу, — я уже готовился, поэтому заранее использовал покров. Потоки воздуха вокруг меня уплотнились, в любое мгновение я был готов использовать щит.

Корн отошёл назад. Чтобы не спугнуть Экзу, он всё ещё не использовал покров.

— Если хочешь помериться силой, то мы можем найти более уединённый уголок парка или даже пойти на арену. Я, знаешь ли, совершенно не хочу, чтобы все увидели, как я тебя жестоко избиваю…

Мои кулаки сжались от злости. Я прикусил губу, чтобы не наговорить ей ничего, это было бы слишком по-детски. Всё решит бой. И в нём она, конечно, сильнее меня, но со мной был Корн.

Мы углубились в парк и дошли до лужайки с красными тюльпанами. Здесь были только тропинки, виляющие влево-вправо, да кусты с деревьями. Ни одного постороннего.

Экза резко развернулась и сделала движение, словно что-то швырнула в Корна. Я шёл слева, а куратор справа, он сделал шаг в сторону от меня, желая увернуться. От чего я так и не понял — никакого снаряда так и не появилось. Полетела небольшая водная стрела. Она была быстрой, но направлялась мимо цели, между мной и Корном, чуть ближе к нему.

— Совсем косая? — спросил я.

Раздался звук бьющегося стекла. На шее Корна появились царапины и брызги тёмно-фиолетовой жидкости. Но откуда? Опустив взгляд вниз, я заметил разбитую склянку, из которой вытекали остатки тёмного вещества.

Я укрыл Корна и себя плоским щитом, в который тут же ударилось несколько водяных снарядов.

— Ты в порядке? — спросил я куратора. Но он не ответил.

Корн вёл себя странно.

Печать 20

Кошмарного зелья

Корн замер, смотря в пустоту перед собой.

— Эй⁈ Да что с тобой⁈ — я толкнул его в плечо. Он отошёл на шаг, почти покинув пределы щита, и всё.

Я передвинул щит так, чтобы он прикрыл куратора.

— Что ты с ним сделала? — заорал я на Экзу.

— Ничего страшного. Он просто видит сны наяву. А главное, тебе ничем не поможет!

Вокруг неё уже сиял покров. А на расстоянии жезла от меня засветилась чёрная печать, озаряемая всполохами синего.

На ней было всего одно кольцо, но узор внутри был многократно сложнее любой другой печати. Шавр! Это призыв дэва!

Я вспомнил габариты дракона, и, схватив Корна за одежду, отбежал с ним назад. У меня было крайне мало шансов справиться с Экзой и один на один, но если мне придётся ещё и Корна защищать от неё… Это невозможно. Стоп, а зачем мне его спасать? Экза же не убьёт его, она просто хотела вывести его из строя, чтобы он мне не помог. Со стороны куратора слышалось бормотание:

— Нет, отец, нет… Ты… не можешь… Пожалуйста, не надо!

Он поднял дрожащие руки перед собой и уставился на них, как будто они вдруг превратились в нечто страшное. Неожиданно, но похоже, что у Корна была психологическая травма…

Мой щит уже не выдерживал непрекращающихся ударов Экзы, и я создал ещё два, но дэва ими не удержишь…

— Да очнись же ты! — я дал Корну оплеуху. Его голова дёрнулась в сторону от удара, а затем вернулась обратно. На щеке расплылось красное пятно, а он всё так же смотрел на руки и бормотал нечто бессвязное. Демоны!

Тогда я, окружив куратора круговым щитом, побежал от него в противоположную сторону. Удалившись на достаточное расстояние, с облегчением понял, что Экза направляет удары в меня, а не в Корна. Хоть так… Остаётся надеяться, что он придёт в себя раньше, чем водница раскатает меня в блин. Боюсь, что в дырявый…

Раздался низкий рык. Я обернулся и увидел дракона.

Иссиня-чёрные чешуйки бликовали в дневном свете, а голубые на морде сверкали, словно зеркала. Огромные синие глаза смотрели на меня, я разглядел на них странный розовато-красный узор, будто их изнутри покрыла замысловатая паутина, окрасившаяся кровью. Я хорошо помнил, что ранее она была белой. Рога, хвост, крылья… Всё, как полагается дракону, но главное… Он был не таким уж и большим! Только размером с пару человек в высоту.

Я облегчённо вздохнул: повезло, что он не размером с дворец или с четверть того, каким он казался, когда его морда возникла из озера.

Но я рано расслабился. Всё-таки это был дэв. И когда он начал применять магию, я понял, что дела мои не просто плохи, а ужасающе хреновы.

Воздух стал влажным, словно в бане. По коже заструились капли воды. Они скользили по рукам, вызывая премерзкое чувство, что по ним ползают насекомые,