Сорок третий 8 - Андрей Борисович Земляной

Талис не стал спорить.

— Совет?

— Подтверждаем участие. Закрытый режим. От нас — я, вы, канцлер, военный представитель и один маг, способный понять, что именно говорят про установку. Без Министерства эфиристики, пока там идёт чистка.

— Формально это уже государственная комиссия.

— Тогда без тех, кто вчера ещё считал себя самостоятельнее короля.

Канцлер записал.

— Ответ Эльгаронне и Витильскому Астархату?

— Поблагодарить за сведения, подтвердить готовность к срочному Совету, запросить первичные материалы без раскрытия агентурных каналов. Гиллару — отдельное: если у них есть данные по прежним призывным объектам, сейчас самое время перестать делать вид, что они не понимают вопроса.

— Жёстко.

— После домика в «Белых липах» я стал хуже переносить вежливость.

Талис взял копии донесений.

— Ларнас быстро узнает о Совете.

— Конечно. Пусть узнает. Иногда полезно, чтобы человек, спрятавший пожар в подвале, услышал шаги соседей на лестнице.

Канцлер поднял глаза, но король уже перешёл к следующему листу.

— Подготовьте закрытый пакет для Совета, — сказал Логрис. — Включить дело Ордена, след Ларнаса, Храм умиротворения, сведения о Палате Первого Зова и всё, что у нас есть по Аврелу Лаорну. Отдельно — без подробностей о том, как Ардор вышел из взрыва. Это не предмет для международного обсуждения.

— Будет сделано, Ваша Милость, — сказал Талис.

Логрис подписал подтверждение участия в Совете, потом второе письмо — Эльгаронне, третье — Витильскому Астархату. Канцлер забрал листы и передал секретарю у двери. В соседней комнате уже готовили шифровальные аппараты, проверяли линии связи и поднимали ночных курьеров.

Глава 12

Закрытый Совет Властителей собрали без обычной торжественности, что потихоньку становилось новой традицией.

В этот раз связь открывали через сверхзащищённые государственные узлы, списки участников проверяли дважды, а служителей храмовых представительств к залам не подпустили вовсе. Формально это объяснили характером технических консультаций и вопросами государственной безопасности. На деле все понимали: если хотя бы часть донесений о Ларнасе верна, то именно храмовые каналы теперь были самым плохим местом для тайны.

Логрис Девятый прибыл в малый зал дворцовой связи за десять минут до начала. Вместе с ним вошли Ингро Талис, канцлер, коронный прокурор Хальден Мор, генерал Зендо Корвос и маг-эксперт из новой государственной комиссии по эфиристике, сухой пожилой человек по имени Рендар Ольс, который успел за два дня стать ненавидимым в собственном министерстве. Это было хорошим признаком. В Марсане давно знали, что если старые чиновники дружно ненавидят нового ревизора, значит, ревизор хотя бы иногда делает свою работу.

Ардора вызвали позже, только на техническую часть. На нём был не парадный мундир, а строгая форма без лишних украшений, потому что сегодняшнее заседание не требовало блеска, а требовало людей, способных слушать плохие новости и не хвататься сразу за саблю.

Талис молча положил перед Ардором закрытую папку. В ней были только те материалы, которые Логрис решил показать ему до Совета: сведения о смерти Сордена Вайра, формула о Предвестнике, обрывки из Ларнаса, данные об Авреле Лаорне и краткое описание В-3 и В-4. Без агентурных подробностей и медицинских догадок по самому Ардору после «Белых лип». Этого хватило, чтобы понять главное, и недостаточно, чтобы он не начал немедленно строить маршрут к Храму умиротворения.

Ардор прочитал первые листы, потом вернулся к имени.

— Аврел Лаорн, — сказал он. — Предстоятель Первых Врат.

— Да, — ответил Талис.

— Тот, кто хотел меня как вместилище.

— По нашим выводам, да.

— И теперь у них появился Предвестник, а по сути существо неизвестного нам уровня и силы.

Логрис посмотрел на него.

— Именно поэтому вы будете говорить только тогда, когда я вас попрошу, и только о Машине призыва. Не о поездке в Ларнас, не о том, что надо сделать лично, не о том, что вы уже ходите почти нормально.

Ардор закрыл папку.

— Понял, Ваша Милость.

— Не верю, но принимаю к сведению.

Эфирные образы стали включаться ровно в назначенный час.

Первым появился король Балларии. Молодой государь держался осторожно, но уже не выглядел человеком, которому достаточно сказать «Ларнас» для прекращения разговора. После ухода в почётную ссылку короля Этроса Энгиса он унаследовал не только корону, но и страну, где церковные дома успели пустить глубокие корни в школы, больницы, университеты и благотворительные фонды. Баллария не хотела войны с Церковью, но ещё меньше хотела проснуться однажды и обнаружить, что в её городах есть учреждения, подчиняющиеся не королю, а тайным решениям Храма.

Потом проявился король Гиллара. С ним было труднее. Гиллар уже обжёгся на незаконной установке, похищении Ардора и собственных людях, которые слишком долго не задавали вопросов частным лабораториям. Теперь он говорил мало, но каждое слово будто взвешивал на аптекарских весах.

Витильский Астархат представлял старый властитель Астархата вместе с начальником внешней службы. У них на столе лежали собственные донесения, и по лицам было видно: они пришли не слушать шардальские жалобы, а требовать, чтобы Ларнас больше не прятался за общими фразами о вере.

Эльгаронна прислала правительницу и начальника тайной канцелярии. Именно их агент дал часть сведений о закрытой формуле «Предвестника», и Эльгаронна поэтому держалась не как сторонний наблюдатель, а как государство, уже рискнувшее своей сетью внутри Ларнаса.

Сарангия и Инис подключились вместе. Герцог Харгона — через отдельный защищённый узел. Ещё несколько меньших властителей присутствовали без права долгой речи, но с правом голоса по итоговому решению. Никто не улыбался. Даже те, кто обычно начинал заседания с вежливых замечаний о погоде или здоровье двора, сегодня молчали.

Председательствующим выбрали старого властителя Витильского Астархата. Это тоже было знаком. Шардал теперь не выглядел стороной, которая тащит всех в войну ради личной мести, а Витильский Астархат слишком давно жил рядом с храмовыми землями, чтобы его можно было обвинить в легкомысленной ненависти к Церкви.

— Начнём без лишних слов, — сказал он. — У нас есть сведения о закрытом опыте в Ларнасе, изменении статуса Аврела Лаорна, появлении формулы о Предвестнике Первого Ответа и связи этих событий с незаконной Машиной призыва. Мы не собрались судить веру. Мы собрались решить, что делать с учреждением, которое может держать под храмом устройство, способное протащить в мир неизвестную сущность.

Король Балларии поднял глаза к своему секретарю, потом снова к Совету.

— Баллария просит сначала отделить доказанное от предположений. Иначе мы получим не решение, а панику.