Черновик для Эффы 4 - Владимир Алексеевич Ильин

на современных машинах — и дополнилась дополнительной реальностью там, где обзора быть не могло в принципе из-за геометрии корабля. Остались только видны пульт, кресло, линия с датчиками и переключателями сверху и дорожка позади с участком стены за креслами.

Я быстренько пристегнулся и с удовольствием смотрел по сторонам — особенно, когда «Ацог» оттолкнулся от земли, и внизу показалась воинская часть сверху — сначала более-менее крупно, с плацом, зданиями и флагом, затем уменьшившись до диорамы среди вырубленного на большом протяжении леса.

— Ты не возражаешь, если по пути мы заглянем в одно местечко?

— Нет, сэр.

— Думаю, все равно придется ждать в мебельном — сегодня выходные, народу много. — Продолжил он. — А мы ненадолго.

— Как скажете, сэр, — не видел я причин возражать.

Обычное дело — слегка использовать служебный транспорт в своих целях. И без того нам сильно помогает.

Да и, откровенно говоря, мог бы даже не спрашивать — кто мы тут? Так, на птичьих правах.

— Это хорошо. — Кивнул майор Лоуд. — Ну а пока, чтобы просто так не сидеть, начни вот с этого. — Потянулся он от себя влево, подхватил пластиковый бокс за крепления по бокам и двумя руками передал мне.

Принял — масса имелась — и поставил себе на колени. Снял две застежки — замка не было — и уставился на тяжелые даже на вид серебристые браслеты, собранные из двух частей — вроде кандалов. Только крепились винтом с шестигранной гайкой.

На внутренней поверхности каждого имелась надпись — «БЭС», а еще «ТАЛЛИУМ, 1000 Гр». Всего — десять штук.

— Начинай заряжать. Двумя руками, осторожно — это тебе не скорлупки СЭПов. — Прокомментировал майор Лоуд. — Подлетное время до точки — двадцать минут.

Глава 14

Когда летишь в место, куда точно лететь запрещено вышестоящим командованием, невольно дорисовываешь к данному событию дополнительные печальные обстоятельства.

Например, что не может майор вот так просто взять с собой таллиума на десятки килограмм. А значит, он его позаимствовал, пока все руководство сидит в Сарги и руководит там спецоперацией. То есть украл.

И что план полета до Танера за этой клятой мебелью не утвержден, да и — скорее всего, вообще не существует. То есть «Ацог» майор, скорее всего, угнал.

А летим мы прямо к харритской границе, с кучей таллиума и биоэнергетом (мной), которого там очень хотят видеть связанным, а потом очень разговорчивым.

В таких условиях очень хочется верить, что майором движет именно долг и старая история с «точкой», из-за которых его переклинило настолько, что он наплевал на все возможные последствия. И что он не летит в один конец — торгануть таллиумом и родиной.

«Впрочем, если бы решил торгануть — настаивал бы, чтобы на борт поднялась Эффа. Да и остальных бы тоже забрал с собой — биоэнергет товар весьма ценный».

В конце концов, он бы загрузил все СЭПы в грузовой отсек с нашего склада — и это всерьез успокаивало. Когда человек идет на государственную измену, он думает об обеспеченной старости, а в таком вопросе надо тащить с собой все, что не привинчено.

Так что будем считать, что майор Лоуд летит именно на «точку» — завершать какую-то очень некрасивую историю возрастом в сорок лет. Бывают у людей в возрасте «пунктики» — вон, Гаус Хайни всех врагов Империи пытается уничтожить. По сравнению с ним краденный таллиум, угнанный гравилет и похищенный практикант — даже как-то не смотрятся. Мелочевка — так, разовая акция, чтобы душу успокоить. А тут и годы уже подходят, а застарелая мозоль ноет все сильнее — или как это у них ощущается?..

Важно другое — с учетом вышесказанного, как мне кажется, крайне вредно для здоровья начинать спорить с майором и указывать на незаконность его действий.

Легко можно получить по башке и делать то, что ему нужно, но уже под дулом пистолета. А я — не бронированный.

Да и вообще, с одержимыми идеей надо дружить — хотя бы до момента, когда появится шанс нейтрализовать, связать и доставить обратно в часть. Драться в воздухе, когда у человека под рукой джойстик ручного управления, я бы никому не рекомендовал. Особенно, когда под ногами — кирпично-черные холмы с мертвым кустарником, выветренные скальные обрывы и ни одной остановки общественного транспорта.

— Ну, раз коньяк выпил, надо отрабатывать, сэр, — добродушно произнес я, принимаясь заряжать необычного вида браслеты.

Надо показать, что я на его стороне, и ни о чем не догадываюсь. Целее буду.

— Вот это слова настоящего мужика, — хекнул довольно майор, слегка корректируя курс. — Как у вас там в коллективе складывается?

«Сегодня меня чуть не убила чем-то фиолетовым мэтр Шоун, Мар Дайни шпионит и спит с капитаном, похищенная принцесса потихоньку приручается, Эффу хотят повесить».

— Нормально, сэр, дружим. — Пожал я плечами. — Хорошие ребята и девчонки.

— С Данешом этим скверно вышло. Куда только разведка смотрит?

Разведка как раз таки его к нам сунула…

— По счастью, обошлось, сэр.

— Давай без чинов. Выходной, можно без «сэра».

— Хорошо. — Подавил я рефлекторное именование.

— Мне шепнули, это ты мятежника нахлобучил?

— Повезло. Он ведь в образе Данеша был. А из него боец так себе, даже руки у лица не держит. Потом Мелли подлетела и… В общем, двое нас было.

— Да, мне сказали. Жалко девчонку. Но отомстила, молодец.

— Она, как бить его начала, ну — по самому ценному — там весь облик поплыл. Ну и я тоже по голове добавил. Мисс Сойер сразу в штаб побежала, пока мы его держали. Если бы не облик…

— Простили бы и дальше жили бы рядом. — Продолжил за меня майор. — Эх. Очень повезло. Мятежников редко выявляют. Случай был, лет двадцать назад — приятель рассказывал. Прибыл к ним в часть офицер, в руках — бумаги на перемещение спецбоеприпасов. Солидные бумаги, все в красных печатях. В штаб позвонили — там тоже кивают, мол, все верно. Офицер такой-то такойтович — все как в удостоверении. Потом еще запоздалый факс приходит — мол, принять офицера, оказать содействие. Начали грузить. Мой приятель стоит с этим офицером, рядом тоже начальства немало — контролируют, значит, работу крана. А чужой сигаретку потянул из пачечки, прикурил. Курить так-то нельзя, но с его погонами — можно. И вот.

— Что? — Заинтересовался я.