Поверенная изгнанных жен. Дракон, увидимся в суде! - Ангелина Сантос

добровольно передал журнал и свидетельствовал. Это уменьшило срок наказания, но не отменило его. Мастерскую передали управляющему до расчета долгов. Его сестра не отвечала за хранение журнала: она не знала содержания и отдала его по первому законному требованию.

— Сегодня можно не читать судебные новости за обедом? — спросила Тесса.

— Можно, — ответила я.

— Это записано в брачном договоре?

— Нет.

— Значит, исполнение добровольное.

Ранар поднял чашку.

— Один вечер в неделю без судов. Мы начали с этого.

— Сегодня еще день, — сказала Клара.

— Тогда правило не действует, — заметила Савина.

Мы все рассмеялись. Не слишком громко, чтобы не пугать клиентку в приемной. Тесса обещала не назначать приемы на время обеда, но первая же женщина пришла раньше. Ее проводили в отдельный кабинет и предложили чай.

Мира сидела рядом с матерью и рассказывала о серой лошади, которая наконец перестала кусать нового конюха. Савина слушала и время от времени уточняла детали. Вера спорила с Кларой о цвете лент. Ранар разрезал пирог ровными кусками, потом отдал мне больший без комментариев.

Я посмотрела на брачную пластину, лежавшую в закрытом футляре у регистратора. Ее должны были доставить в независимое хранилище после обеда. Она не обещала, что мы всегда будем счастливы, никогда не ошибемся и не причиним друг другу боль. Только фиксировала условия, которые мы выбрали и могли изменить вместе.

Впервые клятва не отнимала у меня свободу. Не потому, что металл стал добрее, а потому, что текст не писал за меня ни род, ни Палата, ни человек, уверенный, что лучше знает мою пользу.

Ранар коснулся моей руки под столом.

— Домой после обеда? — спросил он.

— Сначала закончу одну выписку.

— Я подожду в своем кабинете.

— Не проверяй мои бумаги.

— Даже дважды?

— Особенно дважды.

Он улыбнулся и отпустил руку, чтобы я могла налить Савине чай.

Мы не начинали новую тайну и не ждали следующего врага. У нас были работа, отдельные ключи, общий дом и вечер без судебных разговоров. Этого оказалось достаточно для конца и для жизни после него.