Юрист с Рублёвки. Том 2 - Дмитрий Лим

Поваров вошёл, осмотрел папку, сфотографировал её положение и титульный лист, переписал реквизиты.

— Изымать не буду, — сказал он. — Зафиксирую всё в материале проверки. Оригинал пусть остаётся там, где лежал.

— Участковый, — вмешался Лосев, который, как выяснилось, вернулся и стоял у входа. Я его не видел до этого момента. — Это не ваше дело! Это документ собственника!

— Виктор Павлович, — я обернулся. — Документ лежит в помещении арендатора, к которому вы ограничили доступ под предлогом аварии. Проект датирован раньше аварии. Если вы считаете, что документ ваш — заберите его. Но при участковом. И объясните, почему он оказался здесь.

Лосев подошёл к столу, протянул руку к папке.

— Виктор Павлович, — Поваров остановил его. — Я зафиксировал наличие документа. Если вы тронете его, я зафиксирую факт изъятия. Сможете забрать, но с записью в материале проверки.

Лосев отдёрнул руку. Поваров дополнил материал проверки, а мы с Натальей Игоревной дали пояснения. Полина переписала себе все реквизиты — дату, номер проекта, название компании, адрес.

Когда все ушли, Наталья Игоревна повернулась ко мне. Платье висело на манекене, белое, отделанное кружевом ручной работы. Она прикоснулась к нему, потом посмотрела на меня.

— Лёша, — её голос был тихим и хриплым. — Сколько сил ушло на одну ночь. Я простояла у запертой двери вчера весь день. И сегодня утром. И если бы не вы…

— Наталья Игоревна, не надо.

— Нет, надо, — она упрямо тряхнула головой. — Я должна знать. Как долго я смогу работать здесь без следующей атаки? А если он завтра опять сменит замки? Я же… не могу каждый день вызывать полицию!

— Можете, — ответил я. — Но не придётся. Потому что сейчас у вас есть то, чего не было вчера.

— Что?

— Косвенное подтверждение того, что передачу помещения начали готовить заранее.

Она молча кивнула, потом сняла платье с манекена, аккуратно сложила в чехол и прижала к груди.

Мы дождались жениха, а вот после пошли нашей «троицей» в кафе, которое называлось «У Палыча» и находилось через два дома от ателье. Кафе представляло собой маленький зал на шесть столиков… казалось бы, обычное кафе, напоминающее столовку, но запахи здесь были просто божественные.

Хозяином заведения был грузный мужчина с усами, который встретил Наталью Игоревну как родную:

— Наташ! Живая? Мы слышали, у тебя там полиция была!

— Живая, Палыч… а ещё голодная!

— Садись! Сейчас борщ принесу!

Мы сели за столик у окна.

— Лёша, — Наталья заговорила сразу, как я сел. — Я понимаю, сколько вам нервов пришлось потратить на меня… и я понимаю, сколько это стоит! Но я не могу заплатить… прямо сейчас… я могу… оплатить в рассрочку? Мол, аванс там… а всё остальное после суда⁈ Если он будет…

— Наталья Игоревна, не переживайте вы так…

— Ну а как ещё? — она выпрямилась. — Давайте я заплачу процент от простоя? Если мы выиграем суд, я отдам вам двадцать процентов от суммы, которую он заплатит!

— Пятнадцать, — я покачал головой. — И ещё одно условие.

— Какое?

— Мне нужна личная встреча с человеком, который контролирует «Лекс-Недвижимость» и принимает решения по помещению.

— Зачем?

— Потому что Лосев — исполнитель. Он делает то, что ему говорят. Пока мы не выйдем на человека, который принимает решения… не знаю, что они ещё придумают.

Наталья Игоревна задумалась. Палыч принёс борщ, хлеб и компот. Она взяла ложку, помешала, но не стала есть сразу.

— Собственник — Аркадий Львович Векслер, но я никогда его не видела!

— Мне нужно с ним встретиться.

— Я попробую. Но он не любит общаться с арендаторами напрямую.

— Тогда я найду другой способ. Но встреча состоится. И второе условие: каждый следующий шаг в этом деле вы подтверждаете после личного разговора со мной. Я не хочу, чтобы вы звонили мне в три часа ночи в панике, потому что вам показалось, что кто-то подошёл к двери.

Она кивнула, и мне тоже принесли еду. Я взял ложку, попробовал и, если честно, готов был провалиться на месте, ибо это было безумно вкусно! Борщ был горячим, наваристым, с фасолью и копчёными рёбрами.

— Полина, — я обернулся к стажёрше. — Ты тоже кушай.

— А дальше-то что делать будем? — озаботилась она. — Дело же…

— К уже подписанному договору подготовим дополнительное соглашение: аванс — тридцать тысяч, плюс пятнадцать процентов от фактически взысканных убытков. Иск о признании действий незаконными, запрете повторно ограничивать доступ и взыскании убытков — готовим сегодня. Ходатайство об обеспечительных мерах подадим вместе с иском. Заявление в полицию о самоуправстве — завтра.

В офис я вернулся к трём. Полина пошла к своему столу, а я направился к Когану. Постучал, вошёл.

Семён Борисович сидел за столом, перед ним лежала раскрытая газета и кружка с остывшим чаем. Левое веко подрагивало… привычный ритм, ни больше ни меньше.

— Ну? — он поднял глаза. — Что там у тебя?

— Так, ну с ателье временно разобрались. Ключи у хозяйки появились. Состояние помещения зафиксировали при участковом… внутри обнаружен проект перепланировки от нового арендатора, датированный за неделю до смены замков.

Коган отложил газету.

— Э-э-э, проект?

— Да. «Модус-Ритейл». Проект перепланировки под магазин готовой одежды. Документ лежал на столе в подсобке арендатора. Участковый зафиксировал.

— И?

— Папку оставили на месте. Но копия данных у Полины.

Коган снял очки, протёр их краем рубашки и отложил. Открыл ящик и достал оттуда пепельницу.

— То есть её хотели выкинуть, чтобы просто открыть новый магазин?

— Похоже на то. В стиле девяностых. Версия об аварии ничем не подтвердилась, а проект показывает, что передачу помещения новому арендатору начали готовить заранее. Но знал ли сам «Модус-Ритейл», как именно освобождают помещение, ещё нужно установить.

— Э-э-э, и что дальше?

— Составим иск о признании действий незаконными, запрете повторно ограничивать доступ и взыскании убытков. Подготовим ходатайство, заявление о самоуправстве, ну и, главное, я хочу встретиться с тем, кто стоит за «Лекс-Недвижимостью». Ибо, ну, сами понимаете, — я выдохнул. — Это уже какая-то грязь.

— В духе старого времени, — кивнул Семён Борисович, подкуриваясь. — Кто собственник?

— Аркадий Львович Векслер. Стоит за «Лекс-Недвижимостью».

— Понятия не имею, кто это, — он выдохнул прямо в мою сторону, отчего у меня в носу зачесалось. — Найдёшь его сам?

— Да.

Коган кивнул, ничего не сказал. И… ну, мы просидели в этом «тумане» пару минут, прежде чем начальник снова заговорил:

— Что по гонорару от дела? Решили уже?

— Пятнадцать процентов от фактически взысканных убытков. Аванс — тридцать тысяч. Наталья уже перевела его на счёт конторы.

Коган