Киберсант - Анатолий Белоусов

Продолжал безостановочно писать на форумах, занимаясь саморекламой, отвечал там же на вопросы, развеивал сомнения. Вел активную переписку по электронной почте (так как много писем с вопросами стало приходить именно на e-mail). Продолжал активно спамить через специальные программы. Словом, вел боевые действия на всех доступных ему фронтах с максимальной силой.

Шаг за шагом Алексей Николаевич пришел к пониманию, что на одном энтузиазме далеко не уедешь, и часть заработанного начал вкладывать в платную рекламу. Покупал «визиты» на специальных сервисах типа Visits.ru, Pilot.ru и им подобных, заказывал платную рекламу в чужих популярных e-mail-рассылках (параллельно открыв и несколько своих собственных, на «Субскрайбе» и «Мейл.ру»). Вкладывался в баннерную рекламу и даже заказал специалистам поисковую оптимизацию продающего сайта «Рулетки». Так в его финансовом балансе, помимо доходной, появилось и множество расходных статей. Пришлось вести нечто вроде собственной мини-бухгалтерии в программе Microsoft Excel.

К началу лета его чистая прибыль составляла уже порядка трехсот – трехсот пятидесяти долларов в месяц. А поскольку деятельность велась исключительно в Интернете, регистрироваться в качестве «частного предпринимателя» Барский не считал нужным. Все равно для налоговиков Интернет остается совершенно непонятной диковинкой, экзотикой, в которую они нос свой боятся сунуть, да по большому счету и не догадываются, что отдельно взятые люди здесь потихонечку начинают колотить бабосики.

«Потом, – отмахивался он, – зарегистрируюсь позже. Либо когда начну рубить от штуки бакинских в месяц, либо когда наша доблестная налоговая освоит Сеть и заинтересуется теми, кто здесь зарабатывает. Сейчас я и объяснить-то им внятно не смогу, чем занимаюсь и за что именно собрался платить налоги».

Из всех тех, кому Алексей Николаевич рассказывал о своем новом увлечении, хобби, способе заработка, единственный, кто отнесся к нему с пониманием, был его старый закадычный друг Николай Петрович Змеев. Он не только не стал иронизировать и смеяться, не только не выразил никакого скепсиса, но, напротив, очень заинтересовался необычными финансовыми экспериментами Барского. С первых же дней всячески поддерживал его и живо расспрашивал, как у того идут дела, как развивается его необычный для российской глубинки бизнес.

Они часто собирались вместе либо у Алексея Николаевича в комнатке, либо у Змеева дома (если тот оставался один). Несколько раз даже встретились поболтать в ресторане, чего раньше (…в своей прошлой жизни…) Барский не мог себе позволить банально из-за хронического безденежья. Все долги перед другом он давно погасил в полном объеме и даже пытался всучить ему несколько сотен долларов «сверху» в качестве благодарности за столь длительно предоставляемую кредитную линию, но тот отказался.

– С ума сошел, что ли?! – замахал он руками. – С друзей проценты берут только евреи, банкиры или законченные мерзавцы. Я (…московский студент, а не Шариков…), как ты знаешь, не являюсь никем из вышеперечисленного.

– Большое спасибо, профессор, – с улыбкой ответил Алексей Николаевич, убирая стодолларовые банкноты обратно в бумажник. – Приятно осознавать, что у меня есть такие друзья. Настоящие друзья!

Он рассказывал Змееву обо всем и во всех деталях. Как продвигает и рекламирует свою электронную книжку. Через какие сервисы привлекает посетителей на сайт. О чем его спрашивают на многочисленных интернет-форумах и что он на эти вопросы отвечает. Рассказывал, как растет или падает посещаемость сайта. Делился динамикой доходов и расходов. Советовался перед принятием тех или иных решений. И потому, когда в середине лета продажи вдруг резко пошли на спад, а чистая прибыль по итогам июля составила всего сто двенадцать долларов, Барский в панике позвонил Николаю Петровичу и предложил в ближайшие выходные устроить за городом «пикничок с шашлычками», посидеть на берегу пруда и поболтать на природе.

– Я не понимаю, что происходит, – жаловался он своему другу, разгоняя специальной дощечкой дым над шкварчащими кусочками мяса, нанизанными на металлические шампуры. – Продажи упали почти втрое. И это при том, что расходы на рекламу и продвижение, напротив, я только увеличиваю! Колян, ты же не только профессор, ты еще и разными бизнесами занимался. Да и сейчас что-то такое, помимо университета, слегонца мутишь. В чем может быть дело? Как исправить ситуацию?

– Лёшенька, приятель ты мой наивный, вот сколько тебя знаю, не перестаю удивляться, как в одном человеке могут уживаться глубокий аналитический ум и невероятная, почти детская непосредственность. Я бы даже сказал, наивность, – язвительно произнес Змеев, томно полулежащий в походном раскладном кресле. – Вот что мы сейчас с тобой делаем?

– Что делаем? – не понял Барский. – Шашлык жарим. Пожарим – жрать его будем.

– Верно! А как этот процесс называется?

– Как называется? – продолжал тупить Алексей Николаевич.

– Отдыхом он называется. Мы с тобой от-ды-ха-ем! Бросили все дела, ты вон свой Интернет даже оставил без присмотра. И уехали за город отдыхать. Так вот, ровно то же самое летом делает и подавляющее большинство людей. Лето, а особенно июль и август, – сезон традиционных отпусков. Не до Интернета сейчас людям, не до покупок твоей казиношной методики. Да и денежки свои они в это время более охотно на какую-нибудь путевку потратят или на поездку к морю дикарями, чем на приобретение сомнительных электронных книг.

– Ты хочешь сказать, что это сезонное? – сообразил наконец Барский.

– К гадалке не ходи. Уверен, что по итогам августа у тебя еще более глубокая просадка в продажах окажется. А вот с сентября и далее все начнет возвращаться на круги своя. И снова продажи попрут вверх.

Змеев потянулся, вылез из своего кресла и, подойдя к самой кромке пруда, осторожно попробовал воду босой ногой.

– Тепленькая, – удовлетворенно констатировал он, – искупаться, что ли?

– Давай-давай, только за буйки не заплывай, – пошутил Алексей Николаевич.

– Не, не буду. Кто его знает, какая зараза в этом пруду водится. Все же не море, да и черт его знает, что они в эту воду сбрасывают. – Николай Петрович кивнул на расположившийся на противоположном берегу дымящий трубами металлургический комбинат. – Тут, поди, вся таблица Менделеева присутствует.

Надев на мокрую ногу шлепанец, он вернулся обратно в кресло. Вытянулся, надвинул кепку на глаза, а руки скрестил на груди. Немного помолчал, изображая дремоту, затем произнес:

– Впрочем, рано или поздно, но продажи твоего «е-бука» все равно пойдут на спад. Скорее всего, уже этой зимой или весной. Примерно через годик с начала продаж.

– Это еще почему? – испуганно спросил Барский, переворачивая шампуры с мясом и брызгая на них шашлычным маринадом из специальной бутылочки. – Кончай