Регрессор: Я разоблачу вашу суть. Книга 6 - Александр Кронос

у европейского отделения Корпуса была плачевной, так что Гвоздарёв не желал упускать ни единой свободной минуты. Планируя использовать всё время, которое осталось до начала мерцания Серебряного Столба.

Сам я побывал на побережье. Посмотрев на мир изнутри собственными глазами и убедившись, что там нет ничего такого, что бросалось бы в глаза. Что до новичков — они как раз охотились в лесу. Гвоздарёв отправил к ним посланника с приказом возвращаться, и спустя час все они действительно вышли из Столба. Поднятие рангов было крайне важной задачей, однако рисковать людьми, которые уже являлись членами Корпуса, я не собирался.

Пускать на самотёк ситуацию с Рё Ёсидой тоже не улыбалось. Поэтому вместо Бразилии Франсуа вылетел в Японию. Канадец должен был всё это время находиться рядом с главой Федерации Защитников Японии, обеспечивая его безопасность. Учитывая разницу между публикациями, Ёсида должен был погибнуть спустя семь с небольшим часов после инцидента с Серебряным Столбом. Добраться туда самостоятельно я никак не успевал. Разве что в Париже совсем ничего не произойдёт и можно будет немедленно сорваться с места. Но такой поворот событий означал бы, что и прогноз по поводу Рё Ёсиды совсем не обязательно должен быть верным.

Белый пока не вылупился из своего кокона, а вот я активно экспериментировал с новой энергией. Убедившись, что та может с молниеносной скоростью восстанавливать мою плоть и делать наносимые удары крайне разрушительными. Ещё у меня получалось выпускать небольшое её количество за пределы тела. Правда, объёмы были совсем скромными. Буквально облачко. К тому же я не совсем понимал, что мне с этим самым облачком делать.

Ещё внутри свербило небольшое сомнение по поводу Петербурга. Казалось, что, учитывая мою новую скорость, стоило туда залететь и побывать в обеих лабораториях. С другой стороны, неизвестно, как бы я отреагировал на ещё одну цветную энергию. Сейчас их и так было четыре. Отключись я после поглощения пятой, например, на сутки — ситуация вышла бы крайне неловкой. Если не сказать больше. К тому же я хорошо помнил, как реагировал на нашу находку из Жёлтого мира. Ничуть не лучше Наненды. С той лишь разницей, что мог чуть лучше себя контролировать за счёт высокого ранга.

— Скоро начнётся, Лагов-сан. Ещё десять секунд, и всё.

Покосившись на Каори, которая сидела рядом со мной на крыше высотки, потягивая мелкими глотками «Асахи», я перевёл взгляд на Столб. С другой стороны Оливер ударил меносом, распылив на атомы пустую банку из-под «Гиннесса».

— Ну чё? Понеслось!

Вскочив на ноги, он сделал движение, будто разминает плечи, тоже уставившись на серебристого колосса. Сейчас на него смотрели все. Начиная с нашей маленькой группы, которая находилась ближе всего, и заканчивая остальными Защитниками, что выстроились кольцом в радиусе двухсот метров.

Когда Столб действительно замерцал, я подался вперёд, остановившись на самом краю крыши. Перед глазами висело сразу несколько картинок, которые транслировали варрбаи. А сам я пытался обнаружить около Серебряного Столба любые признаки жизни. После пяти бликов мерцание прекратилось. Вот только ничего не произошло. Столб оставался на своём месте. Париж тоже был цел — ровным счётом никаких изменений в окружающей обстановке.

Так я думал ровно до того момента, как слева послышался звук, с которым что-то падает в лужу. Поднявшись в воздух, я рывком сместился в сторону. С удивлением обнаружив, что припаркованные внизу автомобили, владельцы которых, видимо, эвакуировались государственным транспортом, один за другим обращаются в расплавленные лужи металла. Стоило взлететь чуть выше, как стало ясно — то же самое происходит со всеми машинами вокруг. Причём каждая из этих луж блестящего металла устремляется прямо к Серебряному Столбу.

Потом заскрежетало одно из зданий. Следом сразу десяток построек. Относительно невысоких — тех, что находились ближе всего к серебряному колоссу. Из каждого плеснуло небольшое озерцо расплавленной лавы, а сами они осыпались вниз.

Долго наблюдать за этим мы не стали. Уже в следующую секунду я пустил в дело тепловую способность, пытаясь охладить металл и остановить процесс. Вот только из этого ничего не получилось.

Равным образом провалилась попытка остановить его с помощью воздуха. Сквозь воздушный барьер расплавленная жидкость не проходила, но с невероятной скоростью огибала его, просачиваясь к Серебряному Столбу. Тогда я установил барьер, который окружил со всех сторон сам Столб, сравнявшись с ним по высоте и прикрыв сверху. Его расплавленный металл преодолеть не смог. Рванул вверх, растекаясь по всей поверхности установленного купола. Однако глобально на ситуации это никак не сказалось. Все металлические предметы, которые находились недалеко от Столба, продолжили последовательно плавиться. Поэтому преграду пришлось убрать. Концентрация на ней отнимала ресурс, который я мог использовать для чего-то более нужного. Например, для попытки остановить этот процесс.

За следующие десять минут мы перепробовали всё. Начиная от объединённых воздушных ударов и молний Кремер, либо создания рва, который окружал бы Серебряный Столб, и заканчивая живым щитом из тысячи клонов Оливера, прикрытых бетонными доспехами. Ничего из этого не сработало. Жидкий металл продолжал стекаться к Серебряному Столбу. Благополучно перетекая через ров, двигаясь с колоссальной скоростью и постепенно формируя что-то вроде озера, которое окружало монолит со всех сторон.

— А это ещё чё такое? Зырьте!

Отвлёкшись от собирания расплавленного металла в гигантский ком, с тем чтобы поднять его на орбиту и запустить в космос, я повернул голову. Заметив краем глаза висящего в воздухе Оливера, который указывал на что-то около Столба. И тут же осознал, что наши проблемы вышли на качественно новый уровень. Из озера расплавленного металла, которое плескалось около Столба, вырастала гигантская человекоподобная фигура.

* * *

Каори Окада приняла окончательное решение по поводу своей будущей жизни. Казалось бы, девушка определилась ещё давно. Однако заявление на увольнение с государственной службы ею было написано только сегодня. Одновременно с этим ушёл рапорт, в котором она объясняла, что не способна проходить дальнейшую службу. Не может больше служить японскому правительству ввиду того, что отныне намерена сконцентрироваться на службе Корпусу и спасении человечества. При этом готова прийти на помощь Японии в случае необходимости.

Последняя формулировка была скорее данью уважения. Потому как у Японии имелась Федерация Защитников во главе с Рё Ёсидой. Не говоря уже о Всеяпонской женской гвардии Лагова. Которая Каори, с одной стороны, немного раздражала, а с другой — щекотала самолюбие. Пока тысячи молодых красивых девушек покупали себе вибраторы, на поверхности которых были изображены иероглифы, означающие имя Лагова, она имела возможность спать с ним лично. Чем не повод для гордости?

Однако имелся один небольшой нюанс — в нагрузку шла обязанность спасать мир. Например, сражаясь с гигантским великаном, который сам себя собрал из расплавленного