Я стал бессмертным в мире смертных - Let me laugh

Он уже был на девятом уровне Сферы Прорыва Небес — пришло время совершить прорыв в Сферу Божественных Способностей!

Сяо Цзы подошла к нему и спросила:

— Господин, мы правда не сможем вернуться?

— Возможно. Ты боишься? — вопросом на вопрос ответил Фан Ван.

Он поднялся в воздух, высматривая место с самой плотной духовной энергией. Сяо Цзы поспешила за ним и, устроившись на его плече, хихикнула:

— Конечно нет! Так даже лучше. Рядом с господином осталась только я, и никаких других скверных женщин.

Фан Ван промолчал, не зная, что на это ответить.

Духовная энергия этого мира отличалась от энергии Восточного Мира. Ему было любопытно: поможет ли поглощение иного типа энергии его силе?

Спустя час он нашел подходящее место. Энергия здесь была в избытке, а в радиусе десяти тысяч ли не было ни одного зверя, способного угрожать Сяо Цзы.

Фан Ван сел в позу медитации прямо над поверхностью озера. С трех сторон водоем окружали величественные горы, и лишь с юга был открытый проход. Горный ветер, проносясь через ущелье, гулял среди пиков и развевал его одежды.

Сяо Цзы не могла усидеть на месте и принялась исследовать окрестности.

...

Божественная Династия Даюй, Императорский Город, Поместье Покровителя.

Чжоу Сюэ и Хунчэнь сидели друг против друга в беседке. На столе стояла масляная лампа, отбрасывающая тусклый свет.

— Небесный Император, похоже, вы возлагаете на Фан Вана большие надежды. Его талант беспрецедентен, но то, что он смог так развить Кость Дао Безмерной Чистоты, наверняка стоило вам немалых усилий, — с легкой улыбкой произнесла Чжоу Сюэ.

Хунчэнь покачал головой, и его взгляд стал сложным:

— Я лишь передал ему метод культивации, причем всего один раз. Того, чего он достиг сегодня, он добился исключительно благодаря собственному пониманию.

Сказав это, он налил себе чаю. Его рука слегка дрожала — было очевидно, что на душе у него неспокойно.

Чжоу Сюэ на мгновение замерла.

В беседке воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом опавших листьев во дворе.

Спустя некоторое время Хунчэнь нарушил молчание:

— Его мастерство в управлении Костью Дао, возможно, уже превзошло того человека. Как бы то ни было, он окончательно окреп. Никакие козни павших Великих Святых или Императоров ему не страшны. Даже небесным богам остается лишь молиться, чтобы время вознесения наступило как можно скорее.

Чжоу Сюэ посмотрела на него и спокойно спросила:

— В этом мире появилось много переменных. Его удача поистине велика, но нет ничего абсолютного. Ему все еще нужны ваши советы.

Хунчэнь кивнул:

— Будь спокойна. Сейчас я пекусь о его безопасности и будущем даже больше, чем ты.

Они подняли чашки, салютуя друг другу.

...

Огненные облака затянули небо, мир погрузился в сумерки, а над горами поплыл ядовитый дым.

Седовласый Фан Цзыгэн с обнаженным торсом парил в воздухе. В его правой руке была зажата окровавленная оторванная конечность. Он холодно смотрел вниз, где на склоне горы лежал Старый Бессмертный Цзиэ.

Старик лишился всех конечностей, его глаза были выколоты. Он лежал в луже крови, представляя собой жалкое зрелище.

Цзиэ потерял способность сражаться, но, казалось, совсем не чувствовал боли. На его губах играла усмешка.

— Неплохо... Ты превзошел меня... Но твоей культивации все еще недостаточно... Если хочешь стать непобедимым, как Фан Ван из Небесного Дао, тебе придется еще долго стараться...

Старый Бессмертный Цзиэ слабо рассмеялся, отплевываясь кровью.

Фан Цзыгэн швырнул оторванную руку на землю. Он поднял правую ладонь, и на ней вспыхнуло кроваво-красное пламя, похожее на распускающийся лотос.

— Мы были учителем и учеником. Если хочешь что-то сказать напоследок — говори сейчас. Скоро я верну тебе все те муки, которым ты меня подвергал, в стократном размере. Тогда тебе будет не до предсмертных слов.

Голос Фан Цзыгэна был ледяным, в нем сквозила нескрываемая жажда убийства и ненависть.

Цзиэ оскалился и прерывисто, но громко захохотал:

— Щенок... Думаешь заставить меня раскаяться? Знаешь ли ты, как твоя жена молила о пощаде в алхимическом котле? Ты точно не захочешь этого знать... Это было так уродливо... Так жалко...

Зрачки Фан Цзыгэна сузились. Раздался грохот, и всю землю вокруг, включая окрестные горы, поглотило море кровавого пламени.

...

Когда Фан Ван полностью погрузился в медитацию, время полетело незаметно.

Промелькнуло шесть лет.

В этот день Фан Ван наконец достиг момента прорыва. Мощное давление накрыло мир, поверхность озера пошла рябью, которая становилась все сильнее, пока не задрожали сами горы.

Сяо Цзы примчалась издалека, сжимая в когтях огромную рыбину. Та отчаянно билась, но не могла вырваться.

Духовная энергия мира безумным потоком хлынула в тело Фан Вана. Его уровень культивации начал стремительно расти.

Он все еще не открывал глаз, сосредоточившись на своей будущей божественной способности. После великой битвы шестилетней давности и долгих раздумий он наконец принял решение.

Сейчас в его сознании звучало множество голосов — все они принадлежали ему самому, но выражали разные чувства, словно олицетворяя различные грани его силы.

«Твоя способность должна быть властной!»

«Твоя способность должна искоренять зло!»

«Твоя способность должна подавлять все сущее!»

«Твоя способность должна сокрушать мириады врагов!»

«Небеса, Земля и Вселенная — все в твоей ладони!»

«Все законы космоса могут быть развеяны твоим прикосновением!»

Голоса в сердце Фан Вана звучали все настойчивее и громче. Он не находил их шумными. Его тело окутало серебристое сияние — это был свет Кости Дао Безмерной Чистоты.

Сяо Цзы почувствовала невыносимое давление и была вынуждена отступить. Рыба в ее когтях мгновенно рассыпалась пеплом.

Солнце сменялось луной, дни летели за днями.

Спустя ровно семь дней аура Фан Вана внезапно взорвалась невероятной мощью!

Он совершил прорыв!

Сфера Божественных Способностей!

В это же время в десяти тысячах ли от него из густого леса вышел человек и подошел к краю обрыва. На нем были шкуры зверей, волосы спутаны, а тело было мощным и крепким. Он пристально смотрел на горизонт, где менялись облака, предвещая небывалую бурю.

Плюх!

Он внезапно рухнул на колени и принялся неистово бить поклоны, что-то бессвязно бормоча.

С другой стороны, Фан Ван, парящий над озером, медленно поднял правую руку ладонью вверх, пока она не оказалась на уровне его глаз.

Все это время он не открывал глаз.

Словно что-то почувствовав, он слегка отвел руку в сторону и сжал ее в кулак, будто хватая пустоту на горизонте.

В то же мгновение в той стороне, куда была направлена его рука, горы рассыпались в прах, земля треснула, а облака в небе исчезли. Половина мира словно в одно мгновение разлетелась на куски.

Картина