Чудовищная алхимия. Том 8 - Борис Фёдорович Тролль

— Потрясающе! Это как иметь при себе в путешествии целый дом! — проговорила спутница восторженно, когда они остановились у каморки из эфирода. — А там что? Какой-то знакомый материал…

Мила указала на черную дверь и вопросительно посмотрела на парня.

— Там лежит средоточие зеленого выдоха, а эфирод — этот черный металл — от него защищает.

— Зачем оно тебе? — подозрительно уставились на командира голубые глаза.

Что она там себе надумала, он не знал и поспешил объясниться:

— Я же тебе рассказывал: Эден может проводить улучшенную вторую эволюцию. И делает он это, как раз с помощью средоточия, а эфирод отлично защищает от дикой энергии.

— Ладно… — протянула девушка.

— Мила, ты чего? — немного обиделся парень. — Мы не делаем из людей мутантов, как еретики.

— Прости, — повинилась та. — Не знаю, что на меня нашло.

Зато командир знал — одержимость культом Истины. И что с этим делать, он не особо представлял. По идее, время должно было лечить, но девушке это не особо помогало. Во всяком случае, пока что.

— Пойдем, — Зефир ухватил блондинку за руку и потянул к широкому окну в углу.

Через несколько секунд они оказались перед панорамным видом на пустоту со светящимися сферами, и чемпион пораженно замерла.

— Это там ты плавал? — она попыталась указать рукой, но парень быстро перехватил ее.

— Да, там. И не нужно высовывать пальцы. Чернота снаружи агрессивно и очень быстро разъедает все, до чего прикоснется.

— Хорошо, — смутилась девушка. — Что это за шары такие?

— Да Бойня его знает, — пожал плечами Зефир.

Мила еще немного посмотрела во тьму и странные штуки, висящие в ней, и парочка благополучно вернулась в реальный мир.

Остальные были уже готовы и ждали только их, поэтому стоило им появиться, как группа отправилась в город. Но не на постоялый двор, а в особняк к блондинке — все выразили желание, чтобы командир что-нибудь состряпал.

Никто не спешил, и путь обратно занял у них примерно час, а под конец дороги, перед самыми воротами, Леопольд вдруг спросил:

— Мила, как думаешь, почему у нас после возникновения источников, не пробудились такие же силы, как у вас, чемпионов?

Командир с удивлением глянул на чернявого, ему такой вопрос и в голову не пришел. Хотя должен был.

Тем не менее, девушка когда-то давно рассказывала, что сразу начала чувствовать свои новые способности, как только поднялась на уровень выше. Друзья же не были чемпионами, точнее, не совсем ими. Поэтому, скорее всего, и не могли обращаться к стихиям.

Мила тем временем задумалась, размеренно шагая, и вскоре начала говорить:

— В наставлениях сказано: когда адепт создает источник, путем объединения резервов и жизненной силы, у него появляется возможность управления определенным элементом. В тексте это описывалось как окраска источника в землю, воду, огонь и так далее. У вас же, как я поняла, был жуткий перекос в жизненной энергии. Может, та подавила резервы маны настолько, что ни одному не хватило сил проявиться?

— Возможно, — кивнул Леопольд.

— И, к слову, такое редко, но случается и у чемпионов, — добавила блондинка.

— Серьезно? — удивился Зефир. — Это ж приговор для них.

— Ага, — согласилась девушка. — Таким неудачливым людям никогда не встать вровень с другими чемпионами.

…

Следующие две недели прошли в спокойном ритме. До обеда они тренировались под присмотром Милажены за городом, потом разбредались по своим делам и интересам.

Командир пытался побольше времени проводить со своей блондинкой, Леопольд — со Стрелой и Ладой. А мохнатый… Честно говоря, Зефир не знал, чем тот занимался. Но толпы разгневанных женщин с факелами к постоялому двору не приходили, значит, ничем преступным.

С Шагом у молодого человека наметился прогресс. Дней семь назад он первым смог зациклить оба потока. Правда, опять переборщил с количеством эны, и в итоге улетел примерно на пару километров, в соседнюю рощу.

При этом конечной точкой стал ствол довольно массивного дуба, где он частично застрял. Дальше произошло нечто странное и плохо объяснимое: будто кто-то попытался занять место его руки, плеча и половины торса, которыми он сидел в древесине, но этому кому-то не хватило силенок.

Мгновение спустя, командир напряг мышцы, вырываясь на свободу, и тут же часть древесины изнутри взорвалась, разлетаясь щепками в стороны от парня.

Следом ствол переломился и повалился на землю, а юноша замер, рассматривая свою немного покрасневшую руку. Непонятное ощущение давно прошло, а он всё пытался понять, что же это такое было.

— Зефир, ты цел⁈ — в паре метров из ниоткуда появилась Мила и бросилась к нему.

В следующий миг примчался Леопольд, а за ним уже появились и все остальные. Они тревожно глядели на молодого человека, а чернявый держал наготове пузырек с зельем.

— Да, — командир повернулся к девушке, которая вцепилась в него и взволнованно осматривала. — Вот, в дуб угодил.

Он мотнул головой на поваленный и размочаленный ствол.

Убедившись, что с ним все хорошо, Мила подняла глаза. Она несколько секунд гипнотизировала юношу, а затем вдруг громко захохотала, отчего Зефир даже бровь приподнял в легком недоумении.

— В дуб угодил… — отсмеявшись, произнесла блондинка. — Ты хоть знаешь, что происходит с адептами и даже чемпионами, если они оказываются в древесине или камне?

— Нет, — последовал короткий ответ.

— Часть плоти, которая застревает в предмете, начинает бороться с изначальным материалом вещи. Они одновременно пытаются занять одно и то же место. И как думаешь, у кого больше шансов: у нежного куска мяса или дерева?

Командир посмотрел на свою руку, на которой даже покраснение к этому моменту прошло. Потом глянул на поваленный ствол и уверенно произнес:

— У дерева, конечно.

— Ой, да иди ты, — бросила девушка немного обиженно и вогнала этим юношу в небольшой ступор.

Похоже, правильного ответа на ее вопрос не существовало, в принципе. И лучше было просто промолчать.

— А что это за взрыв такой был? — поинтересовался Зефир, решив сменить тему.

— Нам рассказывали, что когда человек попадает в препятствие, то плоть, проиграв противостояние, будто разрывается изнутри. Бум! — взмахнула блондинка руками, — и неудачник размазан по всей округе. У тебя, видимо, произошло то же самое, но только с дубом.

— Охренеть! Этот Шаг оказывается такой опасный, — поежилась Стрела, а Лада нервно икнула.

— Извините, — тут же понуро проговорила Мила. — Из меня плохой учитель.

— Да все нормально, — глянул на нее командир, — ты отличный учитель, а мы теперь просто будем осторожней.

Зефир, после этого случая, больше в такие опасные для жизни ситуации не попадал. Юноша старался жестко контролировать расходы эны и тем более