#совершеннолетние - Анна Кейв

Робко постучав в дверь родительской спальни, Мира, глубоко вздохнув, вошла. В это время родители обычно лежали в постели – читали или смотрели телевизор, попутно обсуждая дела. Но не в этот день. Девушка застала отца у окна, смотрящим на горы, а мама, так и не переодевшись после ужина, мерила шагами комнату. Когда Мира вошла, на нее устремились две пары встревоженных глаз. Родители молча смотрели на нее, не находя слов для начала разговора.

– Поговорим? – со смесью стыда и стеснения подала голос девушка.

Мама напряженно закусила губу и протянула руку дочери, приглашая присесть с ней на кровать. Прямо как в детстве. Когда Миру что-то тревожило, она точно также приходила в спальню родителей и робко застывала на пороге. Родители брали ее с собой в кровать, и они могли до полуночи смотреть телевизор.

Мира хотела зайти издалека, но поняла, что проще признаться сразу. Она выпалила:

– Я не хочусейчасвыходить за Ильдара.

– Сейчас? – уточнила мама, уловив, как Мира выделила это слово.

Девушка, которую терзали муки совести, кивнула:

– Да. Я не отвергаю его предложение. Но хочу выйти замуж позже.

Папа присоединился к ним, сев на край кровати. Он взял руку дочери и сжал с той же нежностью, что мама – другую.

– Самира, дочка, он тебя чем-то обидел? Скажи папе правду.

Мира качнула головой и поспешила заверить:

– Нет-нет-нет! Ильдар замечательный, и я вижу его своим будущим мужем. Мне кажется, у нас будет очень хорошая семья. Я хочу от него двоих детей – мальчика и девочку, прямо как мы с Тимуром у вас. Но я не хочу этого так быстро.

Мама потерла переносицу, уточняя:

– То есть ты хочешь перенести свадьбу?

– Да, на неопределенный срок. Я была бы рада назвать дочную дату – хотя бы год и месяц. Но не могу.

Папа покачал головой:

– Но почему ты сразу не сказала, Самира? Ты же сама приняла предложение, сама согласилась на свадьбу в конце лета.

Девушка виновато потупила взгляд:

– Я боялась, что поступлю неправильно.

– Неправильно? – выгнула бровь мама. – Дочка, это же не экзамен по математике, где есть только два ответа – верный и неверный. Это жизнь – твоя жизнь! – и ты должна распоряжаться ей, когда тебе будет лучше. А не как правильно или неправильно.

Мира с опаской посмотрела на отца, пытаясь уловить в выражении его лица – поддерживал он маму или нет? Все ее страхи развеялись, когда папа произнес:

– Ну конечно! Есть нормы поведения, нормы морали, которых нужно придерживаться. Но женитьба – это совершенно другой вопрос. В жизни много спорных аспектов, когда даже самый мудрый человек не знает, что будет правильно, а что нет. Нужно было сразу подойти и рассказать, мы с мамой тебя бы поняли. И Ильдар тоже.

Мире стало еще больше стыдно.

– Сперва я думала, что это просто предсвадебный мандраж. Это же нормально, когда у тебя есть сомнения. Понимаете, – девушка начала говорить более сбивчиво, торопясь донести до родителей свои мысли: – в этой поездке я осознала, что упущу очень многое, если создам свою семью так быстро. Я восемнадцать лет была дочерью и младшей сестрой, а теперь должна стать женой и матерью. Но я так и не успела побыть просто девушкой. Просто студенткой, не обремененной родительским контролем, мужем и детьми.

В ее памяти как в слайд-шоу пронеслись яркие моменты – вот они фотографировались на подсолнечном поле, а вот Илона и Рига отрабатывали на несчастных подсолнухах боевые приемы. Они подобрали попутчика с рюкзаком, полным кукурузы, а потом увезли его в Новосибирск вместо Иркутска. А вот Илона испробовала сомнительный шашлык и чебурек, и застряла из-за них на подсолнечном поле, удобряя растения. А после они приехали на Байкал, и в первый же день Мира решила пройтись без подруг. Эта прогулка завела ее на старый маяк. Даже о ночном клубе и «Алеше в стакане» Мира вспоминала с улыбкой. Это было неразумно, но до чего весело! А потом они приехали на базу и всю неделю после открытия носились с проблемными гостями. Даже это было в какой-то мере забавно. Но их приключение заканчивалось… вот только Мире не хотелось останавливаться.

– Сейчас уже поздно все отменять? – глухо проронила Мира.

Мама обняла ее:

– С чего ты это взяла?

– Уже почти все готово, даже приглашения разосланы. Если все отменить, такие слухи пойдут…

Папа резко встал на ноги, маша рукой:

– Да пусть что хотят думают, я свою дочь в обиду не дам! Если моя красавица не хочет замуж, она не выйдет замуж. С Ильдаром и его родителями я поговорю и все объясню, они поймут. Только не грусти, прошу, я не могу смотреть на то, как моя девочка изводит себя! Я все решу. Только пообещай, что больше не будешь все держать в себе. Если тебя что-то тревожит, если ты чего-то хочешь – подойди к нам с мамой и расскажи об этом.

На глаза Миры навернулись слезы.

– Я бы хотела кое-что еще, – призналась она.

Мама отстранилась, вопросительно глядя на дочь. Папа, кряхтя, присел на корточки перед Мирой и взял ее за руки:

– Чего ты хочешь, красавица моя?

– Можно я возьму свободный год? – пролепетала девушка, боясь, что просила слишком многого.

– А что это такое? – уточнил папа.

– Я хочу поступить в университет на следующий год. А этот посвятить самой себе. Хочу куда-нибудь поехать, например, в Ирландию или Мексику. Может, поживу на нашей вилле в Испании. У меня еще нет четкого плана, только мечты. Можно?

Она с надеждой обвела взглядом родителей. Папа с сомнением протянул:

– Одна? Самира, это неразумно…

Мама перебила его:

– Дорогой, мы уже об этом говорили, когда обсуждали поездку нашей дочери с подругами. Давай не будем начинать его снова? Наша малышка уже выросла, и мы не должны мешать ей расправлять крылья. Мы с тобой всегда и во всем поддерживали Тимура, во всех его начинаниях, так же мы должны поступить и с дочерью. Я знаю, что ты хочешь сказать – он мужчина, а она хрупкая беззащитная девушка. Но ты же хочешь, чтобы наша дочь была счастлива?

Папа грузно вздохнул, поднимаясь на ноги. Он задумчиво прошелся по комнате, переваривая разговор. Мира сжалась, как пружина, в ожидании ответа. И, наконец, папа произнес:

– Я