#совершеннолетние - Анна Кейв

– что едешь в Новосиб вместо Иркутска. Мира умолчала от обеих о своей свадьбе – которая уже и не состоится. Рига тоже ни тебе, ни Мире не поведала о своих планах о поступлении. Вы квиты. Если вы такие все из себя лучшие подружки, то можно и помириться. Знаешь ли, хорошие друзья под забором не валяются. Только если вы не напьетесь вместе и не упадете под ним. Так что чисто мое мнение – ты ведешь себя как маленькая обиженная избалованная девчонка. Хватит пиздострадать и жалеть себя. Бери себя в руки, тряпка, и помирись с подругами. Как я понял из твоих слов, они тебя чуть ли не на коленях молят о прощении.

Запыхтев, как еж, Илона прибавила скорость. Неожиданно для Антоши она спросила:

– Тебе сколько лет?

Он пожал плечами, поняв, что девушка решила перевести тему и соскочить с неприятного разговора:

– Девятнадцать. Недавно из армии вернулся.

– Я думала, тебе лет шестнадцать. Почему тогда ты так очковал, что родители тебя хватятся, если вовремя не вернешься домой?

– Потому что они думают, что мы с братом тусим в соседнем деревне с друзьями. Они против, чтобы я добирался на попутках в город. Ну тип, мало ли, кто попадется, люди разные бывают. Ты, например.

– Понятненько, – протянула Илона. – Значит, это никто не расценит за похищение несовершеннолетнего.

– Что «это»? – не понял Антоша и тут же вцепился в подлокотники, когда девушка, дрифтанув, резко повернула обратно. Он истерично проорал: – ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ, НЕНОРМАЛЬНАЯ?!

Илона сощурилась и многозначительно проговорила:

– Мы едем мириться с Мирой и Ригой.

Парень выпучил глаза. И ведь знал же, что не стоило садиться в машину к этой долбанутой!

– Высади меня и поезжай куда хочешь!

Девушка заблокировала двери, чтобы попутчик не надумал выброситься на ходу из машины.

– Ну нет, я без тебя передумаю. Давай, подзадорь меня!

– ТЫ БОЛЬНАЯ!

– О даа…

– ПОЕХАВШАЯ!

– Еще какая.

– СУМАСШЕДШАЯ!

Илона поморщилась:

– Это почти одно и то же, давай что-то не из синонимов.

– ТЫ РЕАЛЬНО СУМАСШЕДШАЯ, Я ТЕБЯ НЕ ПОДБАДРИВАЮ!

Девушка разочарованно протянула:

– Ну так неинтересно.

– Я тебе не массовик-затейник. Куда мы хоть едем? – уточнил Антоша, смирившись со своей участью.

– На Алтай. Тут недалеко, часа четыре без остановок.

Парень простонал что-то нечленораздельное.

– В туалет хоть выпустишь?

Самодовольно улыбнувшись, Илона задорно покачала головой:

– Неа, ты ж сбежишь тогда. Затеряешься в кукурузном поле, ищи тебя потом. Там сзади валяются пустые бутылки и банки, можешь воспользоваться.

Парень страдальчески закатил глаза:

– Ты серьезно предлагаешь мне пописать в бутылку?!

Она пожала плечами:

– Ну не хочешь, значит терпи до базы.

Антоша закусил губу и глянул на заднее сидение, изучая ассортимент бутылок.

– Прям при тебе ссать? – жалостливо поморщился парень

– Я не брезгливая. Могу включить музыку, чтобы тебя не смущало журчание на весь салон.

Он пробурчал:

– Я не этого смущаюсь…

Илона хмыкнула:

– Ну прикрой свой початок пакетиком от чипсов, развел тут трагедию.

Спустя четыре часа разговоров, перепалок и взаимного стеба, Илона и Антоша добрались до базы. Когда девушка разблокировала, наконец, двери, парень вырвался из салона и упал на землю, театрально целуя дорожку. Проходившие в тот момент гости – супружеская пара лет сорока с двумя детьми – притормозили и с опаской поинтересовались:

– Что с ним? Припадочный или из дурдома?

Антоша, вскинув лохматую голову, пожаловался:

– Она меня взяла в заложники и насильно удерживала!

Илона закатила глаза и подавила тяжкий вздох. Отмахнувшись, она по-детски наябедничала в ответ:

– А он мне свою пипирку показывал.

– Чего?! Ты что, подсматривала?! – взревел парень.

Семья, попятившись, приняла мудрое решение ретироваться от сумасшедшей парочки. Ухмыльнувшись, Илона деловито осмотрелась, прикидывая, где могла найти подруг. Но благодаря их с Антошей импровизированной перепалке, никого искать не пришлось. Гости, ставшие свидетелями их взаимных кляуз друг на друга, обратились на стойку ресепшена и попросили обратить внимание на ненормальных ребят. Не прошло и десяти минут, как к Илоне бежали Рига и Мира, а следом тащились Ильдар и Тимур. Парни намеренно медлили, не желая участвовать в девчачьих разборках.

Подруги нерешительно остановились в паре шагов от Илоны.

– Ты покрасилась? – округлила глаза Мира. – Тебе идет.

– Смело и ярко, – подхватила Рига, не зная, с чего начать разговор. Они с Мирой и так закидали подругу сообщениями и голосовыми. Но не получили ни одного ответа.

Девушка повела плечом и, недовольно поджав губы, произнесла:

– Ну так меня кто-нибудь обнимет или как?

Мира и Рига кинулись к оттаявшему бесенку. Крепко сжав подругу, Мира призналась:

– А мы уже хотели набить по миске с рисом, чтобы помириться с тобой.

Илона отстранилась и с горящими глазами воскликнула:

– Одинаковые татуировки? Погнали!

Рига поймала подругу за шкирку и, смеясь, осадила ее:

– Ну нет, это было на крайний случай.

Троица заключила друг друга в объятия. Растрогавшись, Илона протянула:

– Девчонки, давайте пообещаем, что больше никаких секретов? Если бы не это все… Риг, да я бы лично отвезла тебя в любой город, в который ты бы хотела поступить. Мир, а если бы ты не молчала, как партизанка, то уже давно бы все разрешилось с этой свадьбой.

Обменявшись счастливыми облегченными взглядами, подруги торжественно провозгласили в один голос:

– Отныне никаких секретов!

Антоша, наблюдая за примирением подруг со стороны вместе с Ильдаром и Тимуром, напомнил о себе:

– Меня кто-нибудь отвезет домой?

Глава 20

1 января, спустя пять с лишним месяцев

Илона нервно ерзала на диване, не зная, куда себя деть. Ждать было так утомительно! Она повернулась к маме:

– Ну как там бабка с шестого? Больше не выключает свет? А то смотри, у меня есть два новых плана ее отвадить. Первый – вылить на прокладку красную гуашь и заклеить ею выключатель. Вот она скуксится от омерзения! Второй план – можно ее запугать и сказать, мол, каждый раз, когда она щелкает выключателем, то я, как энергетический вампир, высасываю из нее десять дней жизни и здоровье.

Мама сделала большие глаза:

– Илона, это уже чересчур. После восстановления от травмы она вообще редко куда выходит. К нам на этаж даже не суется, а нас с папой если видит, то стороной обходит.

Девушка, прищурившись, уточнила:

–