Свергнутые - Агни Тлеющий

— Может есть другой способ? — спросил Вадим еле слышным голосом. — Отдадим его Инквизиции? Пусть сидит всю жизнь в колодце или жарится под палящим солнцем.

— И сколько времени пройдет прежде, чем тебе удастся его посадить? Месяц? Год? И всё это время он будет ходить с наглой и самодовольной мордой? И все наши враги будут прекрасно видеть, что убийца твоего младшего брата чувствует себя лучше всех?

— Но ты знаешь, что говорят про этого Семёнова? Я слышал, что он отбил пулю. Кулаком! Он уничтожил троих сверхов, включая «Монаха», в одиночку. Да я сам видел, как он создал что-то нереальное! Будто открыл портал прямо в космос, к другим мирам!

Виктор резко поднялся из-за стола и подошел к Вадиму. Тот ощутил как воздух вокруг нагрелся на градусов десять. На лбу выступил пот.

— Мне плевать какие о нем ходят слухи. Ты сделаешь это, сын. Или в этой семье только ваш отец что-то из себя представляет? Ты ведь убил настоящего демона! Неужели для тебя станет проблемой какой-то первокурсник?

Вадим громко и нервозно выдохнул.

— Понял, отец. Я сделаю…

— Сделай. — Виктор сильно хлопнул того по плечу. Сильнее, чем должно было быть. — Я рассчитываю на тебя. Вся семья на тебя рассчитывает.

Старший сын вышел из кабинета и прикрыл дверь. Теперь его настроение заметно упало. Он рассчитывал, что отец собирает конференцию для заявления прессе. Еще думал, может отец наконец-то стал мягче и хочет по душам поговорить с единственным сыном… Но нет. Отец скинул на него работу, которая ему вовсе не нужна. А смерть младшего тупого брата, скорее была облегчением, чем утратой.

Вадим спустился по огромной лестнице особняка. Теперь с этим ничего уже не сделаешь, придется выполнить приказ, иначе отец может вычеркнуть его из завещания.

Он вышел во двор, вздохнул и тут его телефон зазвонил. Номер неизвестный. Обычно Вадим такие звонки не принимает, но не сейчас, когда всерьез начал работать на Маску.

— Алло.

В трубке раздался голос, от которого по спине пробежали мурашки. Искажённый, странный и страшный, который казалось пропустили через какую-то звуковую мясорубку.

— Червяк получил приказ от отца. — сухо произнес Маска.

«Откуда он знает⁈»

Вадим молчал, зачем-то кивал и боялся даже дышать, пока инстинктивно не использовал ментальный щит. Даже звук голоса этого существа вызывал оторопь.

— П-получил… — кивнул он, медленно подходя к машине.

— Глава семьи попросил червяка сломать жизнь Семенову, но червяк этого делать не будет.

— Не буду… — машинально ответил Вадим.

В какой-то степени он был даже рад этому.

— Вместо этого — Червяк убьет Семенова.

Глаза Вадима расширились, а сердце забилось чаще. Во-первых, он никогда не дрался за жизнь с другими сверхами, только с демонами низшего ранга. Таков был его путь — Младший охотник на демонов. Во-вторых, он видел, что Семенов совсем не похож на обычного первокурсника. Кто из первокурсников может разрывать пространство? Демоны предсказуемы, а этот пацан… Он может выкинуть что-то не поддающееся обьяснению. К тому же, в его деле не сказано ничего о его титульной способности, и это пугает вдвойне.

— Зачем вам это? — спросил он.

— Почему червяк пытается думать, если это совсем не для него? Червяк должен выполнять, а за него подумают другие.

— Но… я ведь получу бонусы за это дело, ведь так? Извините, но вы ведь понимаете…

— Я даю выбор червяку. Он может отказаться и посмотреть что будет, а может выполнить задание и стать ближе к новой семье.

Вадим закрыл глаза и глубоко вздохнул. Отец или Синдикат? Строгость, постоянные отчеты и контроль или деньги, свобода, статус и опасность. Даже учитывая, что Фраги — сильнейшие в стихии огня, на членов Синдиката смотрят исключительно с ужасом в глазах, в то время как на богатых аристократов Фрагов смотрят только с напускным уважением. Он не хотел уважения, он хотел чтобы его боялись. Абсолютно боялись и лебезили вокруг него так же, как он лебезит перед Маской. Вот чего он жаждал.

— Я сделаю, как вы сказали. — наконец ответил Вадим.

— Не сомневаюсь.

* * *

В новой исследовательской лаборатории Лоскутик с упоением безумного гения ковырял тело Валерия Фрага.

Все три его руки орудовали инструментами — две держали расширитель и зажим, а третья беспощадно резала скальпелем, пробираясь вглубь. При этом Лоскутик напевал какой-то стишок на детский манер.

"Чакра, чакра, отзовись.

В кровавой, вязкой чаще ты зажгись.

Мой скальпель входит глубоко.

Где же ты? Алло?"

Валера был жив. Кроме того, чувствовал всё, что делает сумасшедший уродец, но не было сил кричать. Он едва мог удерживать сознание, чтобы не отключится уже в сотый раз.

— Где же ты, где… — приговаривал Лоскутик, отбросив скальпелем розовый кусочек. — Я чувствую, что уже близко, близко… Где-то здесь. Я найду тебя-я-я… Перестань прятаться…

Валера ощущал себя просто тушей. Он не понимал, почему всё еще здесь, почему его все еще не убили. Мысли в голове переворачивались настолько лениво, что он мог забыть ее в процессе прихода. Плюс сказывалась огромная кровопотеря, повреждения внутренних органов и конечно, выгоревшая чакра. И это всё было у него до того, как Лоскутик приступил к своей работе. Теперь же его дела намного хуже.

Валера предпочитал не смотреть на своего палача. Его безумные разноцветные глаза, в совокупности с рваным в лоскуты лицом, вызывал животный страх. Во время всей операции «горбун» излучал энергию чакры. Она была темно синего цвета и постоянно циркулировала во всем его теле, обжигая тело Валеры.

— Вижу! Вижу! — вскрикнул Лоскутик, сделав очередной надрез. — Сейчас я тебя утащу… Так… Иди-ка сюда…

Валера дёрнулся и издал слабый не то крик, не то скулеж. Его тело крепко было привязано ремнями к операционному столу.

— Хм… — задумался Лоскутик — Это не она, это вовсе не блистяшка… Это всего лишь селезенка.

Одной рукой он дотянулся до тумбы, на которой стоял с десяток разных бутыльков. Он открыл что-то похожее на зеленку и прыснул прямо с горла в открытую рану.

— А-а-а-а-а! — заорал Валера, а затем его взгляд мгновенно расфокусировался, а глаза закрылись.

— Прости-прости, ошибочка вышла… Сейчас я ее найду, она где-то рядом… Где же ты спряталась, моя блистяшка? Где…?

Через некоторое время Валера снова открыл глаза. Он всё еще видел это чудовище, которое копается в его теле.

— Пожалуйста… — еле слышно сказал он. — Убей меня…

Лоскутик замер, его руки мгновенно остановились. Он поднял голову, и разноцветные глаза уставились