Жена дракона дознавателя. В моем браке убивают - Юрий Фурсов

Зеленая линия там все еще сохранялась, но стала слабее.

— Если связь закроется, придется возвращаться через государственный двор.

— Отличный вариант, — сказал Ренар.

— А если нам нужно доказать двусторонность?

— Нам не нужно.

Саверн повернулся.

— Тальв, мы обнаружили неизвестную сеть между родовыми домами, которая позволяет обходить Памятные контуры и, вероятно, использовалась при нескольких преступлениях. Мне нужно знать, можно ли двигаться в обе стороны.

— Тогда отправь предмет.

Я сразу посмотрела на Ренара.

— Именно.

Саверн нахмурился.

— Какой?

Элвар взял со стола в галерее небольшую металлическую подставку.

— Эту.

Ренар покачал головой.

— Зарегистрируем сначала.

Через несколько минут предмет описали, поставили на нем две печати и положили в центр старой комнаты.

Проблема оставалась прежней.

Мы не знали, как выбрать направление.

Я подошла к трем кругам.

Один уже светился.

— Когда я шла сюда, ярким был этот.

— Значит, он соответствует Вассенам, — сказал Саверн.

— Нет. В доме Тальвов этот круг соответствовал Вассенам. Здесь тот же круг может соответствовать Тальвам.

— Почему?

— Потому что это узел, а не карта.

Ренар задумался.

— Ты считаешь, каждая точка обозначает не дом, а тип связи.

— Возможно.

— Тогда как система выбрала нас?

— Не знаю.

Саверн тихо сказал:

— Ненавижу это слово.

Я посмотрела на свое кольцо.

Когда шла вслед за Ренаром, контур отозвался на брачную печать.

Он попал сюда первым.

Не я выбрала Вассенов.

Связь уже была открыта между двумя узлами.

— Может, направление сохраняется, пока линия активна.

Ренар понял.

— То есть нам не нужно выбирать. Только использовать существующую связь.

— Да.

— Чем активировать предмет?

— Никак. Современные переходы переносят человека вместе с вещами.

— Но старый мог быть рассчитан только на живой след.

Саверн посмотрел на нас.

— И снова мы пришли к тому, что кто-то должен войти.

— Нет, — одновременно сказали мы с Ренаром.

Саверн усмехнулся.

— Наконец-то семейное согласие.

В результате отправили Ордена из столицы к нашему узлу и договорились о простой проверке.

Он положил на линии дома Тальвов второй предмет с печатью.

Через несколько минут зеленый свет у стены Вассенов усилился.

Металлическая подставка исчезла из центра комнаты.

Вместо нее появилась небольшая каменная пластина с печатью Ордена.

Никто не произнес ни слова.

Саверн подошел.

Проверил печать.

— Свежая.

Ренар взял пластину.

— Орден отправил.

— Значит, сеть двусторонняя.

— При активной связи.

— Пока да.

Я посмотрела на три круга.

Семь домов.

Возможно, больше.

Старые комнаты, спрятанные внутри новых стен.

Переходы, которых не видел Памятный Дом.

— Вот как человек с безупречным алиби может оказаться в доме за три дня пути, — сказала я.

Саверн посмотрел на меня.

— Ты про Севрину.

— И не только.

— Ее алиби теперь ничего не стоит?

Ренар ответил первым:

— Стоит.

— Почему?

— Потому что мы не знаем, имела ли она доступ к активному узлу в тех местах, где находилась. И не знаем, сколько времени занимает открытие связи без уже активного второго конца.

— Но физическое расстояние больше не исключает ее.

— Верно.

Саверн убрал пластину в доказательную коробку.

— Прекрасно. Мы вернулись к началу.

— Нет, — сказала я.

Оба посмотрели.

— Мы знаем больше.

— Например?

— Убийце не нужно входить в дом через дверь.

— Это мы уже предполагали.

— Теперь доказали. И еще знаем, почему Дом записывает не того человека.

Ренар сразу стал серьезнее.

— Пока только на одном примере.

— На двух. Он сделал это с тобой и со мной.

— В одном доме.

— Тогда проверим старые дела.

Саверн вздохнул.

— Разумеется.

В дом Тальвов мы вернулись через государственный переходный двор.

Ренар отказался еще раз пользоваться древней сетью.

Я не спорила.

Пока хватало того, что сеть вообще существовала.

После возвращения Саверн занял кабинет Ренара так естественно, словно всегда там работал. Элла приехала вместе с архивными материалами. Лоран принес записи Дома за ночь смерти Тирена. Орден остался внизу с технической группой.

На стол легли семь дел.

Шесть старых.

И одно нынешнее.

— Ищем не само преступление, — сказала я.

Саверн сел.

— А что?

— Последний достоверный след человека, которого Дом потом поместил рядом с погибшим.

Элла посмотрела на Ренара.

— Поясните.

Он взял дело Лестенов.

— Дарен Кор. Дом показывал его рядом с Кайром Лестеном.

— При этом девять свидетелей видели его в восточной столовой.

— Верно.

— Но это уже известно.

Я пододвинула план.

— Важно не алиби. Важно, что Дарен был зарегистрирован Домом в момент преступления.

Элла медленно поняла.

— Настоящий след существовал одновременно с восстановленным.

— Да.

Ренар раскрыл следующее дело.

— Вассены. Элина утверждала, что находилась в северной галерее.

Саверн нашел старую запись.