Демон - Михаил Алексеевич Ланцов

Она вскочила с мягкого дивана, на котором сидела, поджав ноги, и быстро проследовала к Арине, которая, как ни странно, на эту взбалмошную особу реагировала вполне доброжелательно, хотя любые движения троицы демонов все еще вызывали у нее раздражение и злость.

— Девочка моя, — начала рыжая поглаживать взбешенную демонессу, — успокойся. Наши гости не причинят вреда твоим детям. Ведь так? — с ласковой улыбкой спросила их Морриган, а из ее глаз, ставших ярко-зелеными, струилась легкая зеленоватая дымка.

— Богиня, — медленно произнес Бхенар, вежливо кивая. — Полагаю, вы Морриган?

— Верно, — кивнула девица. — А это моя Верховная жрица — Арина и три ее сына, рожденные от вашего внука.

— Жрица? — удивленно вскинул брови огненный дракон. — Но ведь она же…

— Демон? — перебила его с лукавой улыбкой Морриган.

— Да… — как-то неуверенно ответил Бхенар, вновь вдыхая воздух полной грудью и стараясь понять, что же перед ним.

— Вы правы лишь отчасти. Когда я поняла, что совершенно стихийно породила моя собственная сила, мне пришлось подпитывать бедняжку. Иначе она просто не выносила бы крошек. Поверьте, я делала это исключительно из добрых побуждений — мне нужна эта жрица, — оправдывающимся тоном произнесла Морриган.

— Что вы хотите этим сказать? — спросила Шер, странно косясь то на жрицу, то на Богиню.

— Полагаю, дочка, что мы снова по уши в… эм… проблемах, — уже более спокойно сказал, а точнее, прошипел Бхенар и взревел, только уже на Богиню: — Ты что натворила?! Рыжая морда!

— Папа… — коснулась его плеча Шер.

— Что «папа»? Из-за этой дуры мы поставили под удар род, а возможно, и клан.

— Как символичненько, — донесся от стола голос Азуры, которая с интересом крутила в руках небольшое круглое печенье. — Арина, — как можно доброжелательнее улыбнулась она, — как давно ты кушаешь эти… эм… печенья?

— С первого дня, как приехала сюда, — уже немного успокоившись, ответила она.

— Переходи на сторону зла! У нас есть печеньки! — продекламировала Азура и хихикнула.

— Не смешно, — фыркнул Бхенар.

— Да что здесь происходит?! — снова вспыхнула Арина.

— Тише, тише, девочка моя, тише, — обняла ее Морриган и хитро сверкнула глазками из-за ее плеча. Впрочем, это заметил только Бхенар.

— Слушай, рыжая, ты точно допрыгаешься. Думаешь, Хель простит тебе эту выходку?

— Выходку? — холодно переспросила она. — А ты думаешь, едва воскреснув, я должна была прикладывать все усилия к тому, чтобы избавиться от своей первой жрицы? Какая выходка? Желание выжить?

— Арина, — спокойно и с некоторой жалостью в глазах спросила Шер, — ты знаешь, кто ты?

— Странный вопрос… — пожала плечами та. — Я — это я.

— Хороший ответ, — хмыкнул Бхенар. — Лучше и не скажешь в сложившейся обстановке. Полагаю, тебе не сказали, что теперь мамой тебе стоит называть вот эту рыжую морду? Нет? Я не удивлен.

— Что вы несете?! Какая мама?! Это Богиня, жрицей которой я и являюсь! При чем здесь мама? — возмущенно выпалила Арина и, обернувшись к Морриган, спросила: — Что они несут?

— Девочка моя, — начала рыжая с серьезным лицом. — Когда ты понесла от Макса детей, я еще не знала, что у демонов все так плохо, и не контролировала свою силу. Поэтому она действовала, стремясь сохранить род. Только не твой, а его. Ведь, если не считать Макса, перед тобой стоят все представители этого некогда могущественного и древнего рода высших демонов. Ты тогда была варгой, или, говоря в терминологии демонов, низшей смертной, и выносить маленьких демонов не могла. Вы бы погибли. И ты, и они. Поэтому… — Морриган повела плечом и улыбнулась.

— Поэтому, — продолжила за нее Азура, — ей пришлось магически изменять тебя. Грубо говоря, тебя латентно переродили, и ты теперь полукровка — полубог-полудемон. К счастью, если судить по запаху, обошлось без извращений. Вообще, тебе очень повезло. Я бы сказала — божественно. Этот метод обычно сильно порицается из-за того, что может не только превратить обращаемого в неуправляемое чудовище, но и лишить разума… эм… в общем, не важно. Тебе… вам повезло успешно пойти по краю бездонной пропасти.

— Э-э-э…

— Да, это очень хорошо, — кивнул, соглашаясь с внучкой, Бхенар, внимательно взглянул в глаза Морриган и поинтересовался: — Так кто же папа?

— Да какая вам разница? — пожала плечами рыжая бестия и скорчила самое невинное выражение лица, которое только могла. — Все ведь честно. Причем потратилась я изрядно.

— Много жертв? — уточнила Шер.

— Шесть сотен, — ответила Морриган и хлопнула ресницами. — Варгам пришлось целый месяц охотиться на жителей Эмиратов. Я сильно рисковала, пытаясь ее спасти.

— О, ты даже не представляешь, насколько, — усмехнулся Бхенар. — И все-таки. Кто ее папа? Запах такой необычный. Но определенно он мне знаком. Очень странно. Кровь как будто запечатана. Оу… Папаша вообще в курсе, что ты натворила?

— Полагаю, что если бы он был жив, то не осудил. Его род давно пресекся, поэтому… — рыжая бестия снова пожала плечами. — Поэтому он всецело поддерживает меня в моем начинании.

— Как его звали?

— Элигор, — после минутной игры в молчанку выдавила из себя Морриган.

— Что?! — в ужасе отпрянул Бхенар.

— Элигор ар Йог-Сотхотх ор Азаг-Тот, — буквально прошипела рыжая бестия и победно посмотрела на него, слегка оскалившись, демонстрируя свои милые, маленькие зубки.

— Вот те раз… — хмыкнула Азура. — Он же умер в незапамятные времена. И как тебе удалось сохранить…

— Тебя это не касается, смертная, — фыркнула Морриган.

— Ой, да ладно тебе. Интересно же.

— Интересно? — удивленно переспросила Шер и, массируя пальцами виски, направилась к ближайшему креслу. Бхенар же продолжал ловить свою челюсть, лихорадочно соображая.

— Морри, расскажи! — не унималась Азура. — Мне очень любопытно. Да и вообще — почему ты выбрала его? Про него столько страшилок рассказывают.

— Неудивительно, — смерив Азуру холодным взглядом с явно сквозящим презрением, произнесла Морриган. Эта особа, еще несколько минут назад выглядящая шаловливой и бесшабашной девушкой, неуловимо изменилась. Лед и озлобленность сквозили буквально из каждой клетки ее тела.

— Внучка, — беря себя в руки, произнес Бхенар. — Полагаю, что у Богини с Элигором связано много личных и вполне приятных воспоминаний. Поэтому будь добра, не пересказывай ей анекдоты и байки, порожденные после гибели последнего из Азаг-Тот. При жизни о них либо молчали, либо говорили с почтением.

— Все-таки ты помнишь, — фыркнула, но уже не так раздраженно Морриган.

— Конечно, — вежливо кивнул Бхенар. — Если я все правильно понял, то вы были возлюбленной Элигора. Но прошло столько лет…

— Две тысячи четыреста сорок два, — механически выдала Морриган.

— Поразительно… — прошептала Азура.

— Да, прошло столько лет, но даже я не могу предугадать, как отнесутся к его потомкам! — сказал Бхенар. — Я ведь хоть и смутно, но помню грязь тех лет…